Космогон
Шрифт:
Марсианин опередил, потянувшись через плечо капитана, включил радио.
– Хьюстон, здесь «Актеон». Нам нужна ваша помощь. Программа требует привязки, дайте наши координаты.
– «Актеон», у нас нет ваших координат с требуемой точностью, телеметрии по-прежнему нет.
– Откуда взяться телеметрии, если не загружен навигатор, – проворчал Марси, потом спросил: – Хьюстон, какая требуется точность?
– Ошибка по радиусу не должна превышать тридцать сантиметров, угловые отклонения…
Капитан переглянулся с Марсианином. Молча. Говорить было не о чем, дать координаты с такой точностью казалось делом немыслимым. «Тридцать сантиметров. Из-за такой малости! Может, нас отсюда как-нибудь вытащат? Есть ведь «Гефест»… Но его, кажется, подключили к марсианской программе, он далеко. Неужели никак нельзя определить? Есть ведь координаты этого железного лома на колёсах, лунного трактора. Аттракцион-1… Вот вам, ребята, и аттракцион».
– Хьюстон, слышите нас? – вызвал Марсианин. – Инженеры DRS рядом? Прекрасно. Уточните, действительно ли их ретранслятор с высокой точностью даёт относительные координаты модема. Спросите, правда ли, что известно направление на ретранслятор.
С минуту все молчали. Капитан поднялся из кресла, – не сиделось. Увидел в дверном проёме Хань Симен. Чёрные прямые волосы, заколка-бабочка. Лицо непроницаемо. «Нервы у неё…» – подумал капитан, но подходящее сравнение не приходило в голову.
– «Актеон», информацию подтверждаю, – скороговоркой сообщил старший диспетчер. – Углы есть с достаточной точностью, координаты модема относительно ретранслятора – с избыточной. Нет только расстояния до ретранслятора. Дальномер не даст нужной точности. Не к чему привязаться.
– Понял вас, Хьюстон, – ответил Марсианин.
Взгляд его стал бессмысленным, он шептал еле слышно: «Привязка по радиусу. Нужна база. Лазерный дальномер…»
– Уголковый отражатель, – сказала Хань Симен.
– Уголковый отражатель, – повернувшись к ней, повторил Марсианин. – Будь у нас… Но ведь нет!.. Нет же его на «Актеоне», кэп?
– «Актеон» не оборудован уголковым отражателем, – с сожалением подтвердил капитан.
– Бессмысленно вспоминать о том, чего у нас нет, – раздражённо сказал мистер Марси.
– Есть, – возразила китаянка. – Я читала, что на советском луноходе он был установлен. Кажется, им до сих пор пользуются.
– Да! – выдохнул Марсианин.
Лицо его прояснилось, он перегнулся через спинку капитанского кресла, чтобы включить дальнюю связь, но Джошуа остановил его.
– Погоди. Всё это без толку. От «Актеона» до русского трактора метров пятьдесят, а точность нужна – сам слышал.
– Кто-то выйдет на поверхность и отнесёт модем туда. Получим расстояние от «Актеона» до отражателя.
– Кто? – спросил капитан, непроизвольно покосившись на модем, висевший на шее Уильяма С. Портера.
– Почему я? – возмутился тот, но никто ему не ответил.
Марсианин уже вызывал Землю.
– Хьюстон, мне нужна информация. Можете ли вы измерить расстояние до уголкового отражателя советского лунохода? Есть ли на «Актеоне» скафандр, пригодный для выхода на лунную поверхность в ночных условиях? Есть ли возможность использовать шлюз в аварийном режиме? Можно ли…
Капитан снял наушники, вышел из рубки, отстранив Симу, и глянул на восьмиколёсное чудо техники прошлого века сквозь толстую прозрачную стену пассажирского салона. Джошуа знал ответы на некоторые вопросы Марсианина, но не знал, что с этими ответами делать. Да, скафандр капитана, если надеть шлем, годится для выхода на поверхность Луны ночью. Часа на два его хватит. Да, шлюз можно использовать, чтобы покинуть корабль в случае аварии, но нельзя будет вернуться. Внешняя дверь шлюза откроется, в шахте лифта сработают пиропатроны, и тяжёлая переборка наглухо запечатает салон. Да, можно будет вынести модем наружу, но тот, кто это сделает, останется рядом с лунным трактором навсегда.
«И кто же это сделает?» – спросил себя капитан Росс.
Выбор
– Его оставили здесь, – элегическим тоном говорила мисс Гилберт. – Бедняжка, ему так одиноко. Вы видите, Джошуа, как он оттуда смотрит на нас?
«Она о луноходе. Ещё ничего не знает, – думал Джошуа, украдкой глядя на Бэлу. – Кому-то из нас скоро будет одиноко, это точно. Почему она так боится оставаться одна?»
– Тебе ещё не надоело сидеть на полу? – донеслось из рубки. – Можешь уже отключить кабель. Всё равно придётся нести модем наружу.
В салон ввалился Портер, был он зол и встрёпан. Плюхнулся в кресло и с ходу напустился на капитана:
– По какому праву вы все мною помыкаете? Почему я должен делать за вас грязную работёнку? Кому сидеть на полу? Уильяму Портеру. Кому нести наружу модем?
– Уильяму Сидни Портеру, – ответил за него Марсианин.
Он стоял, подперев дверной косяк, одну ногу поставил на комингс, на Свистуна Дика смотрел, прищурившись; кивал со словами:
– Ты же не можешь со своей игрушкой расстаться, потому что прервётся связь. Если пойдёшь ты, миллионы зрителей смогут увидеть, как Уильям Славный Портер отдаст жизнь во имя спасения жизни.
– Отдаст жизнь? – хрипло повторил за ним Портер.
«Марси тоже понял, что к чему. Наши ему сказали про шлюз».
– Зачем вы его мучаете? – с великолепным апломбом осведомилась Изабелла Гилберт. – Что за глупые шутки? Капитан, объясните, что происходит?
– Шоу, мисс Гилберт, – с галантным поклоном ответил ей Марсианин. – Что-то вроде детской считалочки. Диги-диги-диги-дон, выходи скорее вон. Кто-то из нас должен выйти на поверхность и вынести туда благословенную штуковину, которая висит на шее у Портера. Может, это сделаете вы?
– Я?
– Забыл предупредить, вернуться на борт вы не сможете.
– Почему? – Удивление мисс Гилберт было безграничным.
– Потому что «Актеон» – не десантный корабль. Шлюз работает нормально, только когда он в портале и есть стыковка.
– В аварийном режиме, если открыть внешние двери, салон блокируется автоматически, – подтвердила Хань Симен. – Внешние двери остаются открытыми. Так написано в инструкции.
– Спасибо, Сима, – Марсианин отвесил китаянке шутовской поклон и снова обратился к мисс Гилберт: – Но вам нельзя выходить, вы окажетесь наедине с собой. Останется ли от вас хоть что-нибудь там, где не будет зрителей?