Кости. Навье царство. Книга 2

Ядвига

Мокрые ветви били в лицо, оставляя на коже тонкие жгучие следы, а возможно это были мои слезы, что помогал маскировать лес. На душе скребли кошки.

«На что уж только не закрывала глаза. Но такой жестокости от Кира не ожидала!»

В голове гулко стучали молоточки – не то от бушевавшей в груди обиды, не то от слишком быстрой ходьбы. Я почти бежала, чтобы не передумать, чтобы не вернуться и не наговорить того, после чего не будет больше жизни мне ни в Могилев-Кощееве, ни где бы ни было. Перед глазами плясали цветные блики. Деревья, чудилось, становились все выше и гуще. И словно стонали, шептали непонятное.

Грязь комьями забивалась в неприспособленные для плохой погоды ботинки. Толстые корни дубов-исполинов цеплялись за ноги, будто пытались остановить от необдуманного поступка и решения бродить в лесу в одиночку.

«Я твоя хозяйка! – твердила даже для самой себя не особо убедительно. – Ну что ж ты не помогаешь?»

Темное небо разрывали молнии. Над кронами раскачивающихся деревьев грохотала небывалая гроза. Острые капли тянулись вниз, к земле.

– Черт бы вас всех побрал! – выругалась в голос. – Ненавижу!

Устало опустилась на мокрую землю, прислонившись к шумевшей на ветру сосне. В воздухе витал запах озона с примесью прелой хвои. От него спирало дыхание. В голове стояла муть от событий вечера, от мужчин, которых я не понимала, от чувств. Порезы на руках и лице горели словно рассеченные раскаленным ножом. С досадой потерла место, где была начертана руна.

Можно, конечно, смалодушничать и вызвать Светослава. Он ведь для этого ее мне начертил… или просто для того, чтобы озверел Кирилл…

Стало горько.

«Доверчивая дурочка!»

Стукнувшись о кору затылком, слизнула капли дождя, что зависли на губах.

«Пожалуй, стоит передохнуть, а потом дальше пойду».

Земля под ногами как будто раскачивалась. В голове стояли шум и гул. И уже непонятно, то ли дождь так шумит, то ли говорящие деревья, а может, просто нет больше сил, вот и давит виски. А гул… Он точно под ногами. Живой и оттого пугающий. Как будто сотни голосов разом пытаются заговорить.

«Это точно не деревья. Оно исходит из-под толстых корней».

Скосив взгляд на поляну, прищурилась. Казалось, что старые корни шевеелятся, пытаются вырваться из земли. Жутко и страшно, вот только сил нет двигаться дальше.

От быстрой ходьбы кололо под ребрами и стучало в висках. Ноги дрожали от усталости, а тело сотрясала дрожь. Настолько сильная, что стучали зубы. Костюм, годившийся для тусовки, не помогал согреться. Мокрая насквозь ткань, стылая на ветру, промораживала сильнее.

– Так и знала, что ничем хорошим приезд Красовской не закончится, - бубнила себе под нос в голос, чтобы хоть как-то отвлекаться от окружающей тьмы и творящейся чертовщины. Молния в очередной раз озарила темные кроны ночного леса.

– А все Сири со своими подписчиками! – обвинила подругу, тут же опомнившись, - Как будто совей головы у тебя нет, Яда! Надо было сразу, как узнала про Навь, позвонить и отменить их приезд!

Собственную браваду заглушил громыхнувший раскат. В глубине ночи полыхнула ярко-белая зарница, озарившая меня и поляну, на которой я оказалась. Словно резко наступил день. Крупный дождь хлестал по лицу, скатывался струйками с обвисших розовой паклей волос.

– Так, ладно, - оттолкнувшись от дерева, встала. – Назад я путь уже и не найду, значит – топай вперед.

Где-то слева послышался шум. Испуганно прислушалась…

Река! Шумит река. А значит… это та же, что течет недалеко от «Костей» на берегу которой костры жгли и Купалу праздновали!

«Значит, иду к речке. Если сама не выйду никуда, то хоть по берегу найдут»

– А может кто-то и живет в лесу, недалеко от воды, вдруг и обогреют, - обнадежила саму себя.

Небо, в очередной раз сотрясая верхушки деревьев, раскатисто громыхнуло, сверкнуло, разрезая тьму, словно подгоняло топать быстрее.

– Да иду я, иду, - проворчала себе под нос.

«Вернутся бы к утру, конечно. Если узнает бабуля… страшно представить, что будет!»

Дождь, слава богам, потихоньку стихал. Правда, это мне совсем не помогало ни в поисках Красовской, ни в поисках пути домой.

Река показалась внезапно. Тянулась черной простыней, то сужаясь до заболоченной канавы, то разрастаясь на необъятную широту. Что странно, в ней не отражались ни деревья, ни белесые молнии.

– Куда-нибудь, да выведет…

Ага, как же!

Уже битых три часа я обыскивала вдоль и поперек заболоченные берега реки в поисках мостика или тропинки, чтобы перейти на другой берег, и единственное, что нашла — это пустые пивные бутылки, шипящую черепаху в плохом настроении и старый красный мяч, который, очевидно, валялся здесь уже не один год. Мысли то и дело возвращались к «Костям» и Киру.

– Боже, боюсь представить, что доберман обо всем этом скажет! Он же с катушек слетит! – разглагольствовала я. – Ну и что что послал, Яда? Это же не значит, что надо было топать по адресу! А если бы он куда в более интересное место послал, тоже бы пошла? Идиотка! Ай…

Неожиданно поскользнулась на, казалось бы, совершенно ровном месте. Мокрый костюм теперь был безнадежно испорчен илом, грязью и гнилой листвой.

«Чудище болотное ты, а не Баба Яга!»

Размазывая грязь по одежде и щекам, в попытках хотя бы что-то отлепить от себя, неожиданно замерла: вокруг, мигая болотно-зеленым светом, танцевали странные… светлячки? Что или кто это был не разобрала, но отчего-то сразу поняла, чего от меня хотят – чтобы следовала за ними.

«Не ведись! Сама только недавно говорила, что слишком доверчивая! Кто знает, чьих рук дело эти живые фонари!»