Чтение онлайн

– Сколько, мама? Сколько Стюарт заплатил за меня?

– Виктория, тебя не купили. Тебя спасли.

Я распрямила плечи.

– Сколько?

– Более шести миллионов.

У меня свело челюсти, в висках начало пульсировать, во рту пересохло. Я взяла бутылку с водой, чтобы попить, но вода вдруг стада неприятной на вкус, и меня чуть не вывернуло наизнанку.

– Я не могу… я даже не знаю, что сказать.

– Это тяжело принять, дорогая. Однако, я ещё не закончила. Это не всё. Прошу тебя, позволь мне поехать с тобой. Мы уже почти у моего дома. Мне нужно, чтобы ты узнала обо всём.

Я покачала головой.

– Не сегодня. Не думаю, что смогу выдержать ещё больше.

Она оглядела улицу. Проигнорировав мою просьбу молчать, мать заговорила, уже быстрее.

– Когда твой муж выплатил долг Рэндала, те люди сильно огорчились. У них был превосходный план, который Стюарт разрушил. Рэндал говорил, что некоторые высказывали своё недовольство, но, где-то по прошествии года с твоей свадьбы, всё вроде успокоилось. Всё это время я изо всех сил старалась сохранять между нами дистанцию. Надеялась. Что они всё ещё верят, что ты – подлинная Конвей. У меня нет доказательств, но я подозреваю, что несчастный случай произошёл с Рэндалом не по причине невыплаченных долгов. Это было предупреждением, адресованном мне, напоминанием того, что я слишком много знаю. Он был должен, но сравнительно небольшую сумму.

– Я знаю, Рэндал просил Стюарта выплатить её.

Мэрилин опустила глаза.

– Я не осуждаю тебя за то, что ты отказала. Когда-то я обвиняла во всём тебя, но не сейчас. Не знаю, как много времени бы прошло, прежде чем они вернулись бы за большим. Рэндал не был плохим. Не был.

Но я не могла думать о Рэндале, как о хорошем человеке. Если бы он только не впутался в эти азартные игры, ничего бы не произошло. Хотя, эти люди смогли бы найти другой способ подобраться ко мне. Ко мне ли? Я не существовала. Умерла. У меня закружилась голова.

– Итак, ты хочешь сказать, что мой отец - Карлайл, а не Джонатан Конвей, присутствовал на похоронах моего мужа и является членом мафиозного клана? Это больше похоже на кино, а не на реальную жизнь.

– Да, Виктория, именно это я и говорю. А фильмы всегда имеют под собой основу. Всё по-настоящему. Пока Стюарт был жив, у него была власть. Теперь же мне страшно.

Кожа на моих руках покрылась мурашками.

– Почему?

Машина остановилась. Мы были на подъездной дорожке к дому моей матери.

– Я не слышала о семье Карлайла до твоего восемнадцатого дня рождения, настоящего, о котором ты не подозревала. Впервые за восемнадцать лет. Но это был не твой отец. А его брат, Никколо, тот самый, который хотел, чтобы я сделала аборт. Ему нужны были доказательства, что ты действительно Виктория Конвей, дочь Джонатана Конвея. Я предоставила их ему. Отдала копию твоего второго свидетельства о рождении. Больше я о них не слышала, но, когда Рэндала спросили конкретно о тебе, мы поняли, что кто-то начал что-то подозревать. – Она говорила быстро. – Стюарт был хорошим человеком. Он знал, что ему предстоит, когда женился на тебе. Если бы он не…

Трэвис открыл дверь.

– Виктория, пожалуйста, никому об этом не рассказывай. – Она кивнула в сторону Трэвиса. – Он сможет защитить тебя?

Я посмотрела на человека-скалу, того, кто запугивал меня всего лишь несколько дней назад. Хотя мне было видно лишь его тело, потому что он стоял снаружи и придерживал дверь, я представила его тёмные глаза и прищуренный, полный подозрения, взгляд. Вновь посмотрев на мать, я кивнула.

Она накрыла мою ладонь своей, и вновь быстро заговорила, но уже тише.

– Хорошо. Ты понятия не имеешь, с чем тебе предстоит столкнуться. Милая, тут столько всего. Я знаю, ты ненавидишь меня, но нам ещё есть о чём поговорить. Не буду отрицать, я несправедливо обвиняла тебе в том, что на самом деле было тебе неподвластно. Однако, что сделано, то сделано, и всё это было ради твоей безопасности. Я не подпускала тебя ради твоего же блага. Ты не должна была появиться на свет.

– Миссис Саунд, – раздался голос Трэвиса.

Я молчала, не зная, что сказать, и Мэрилин покинула лимузин. Через несколько минут рядом со мной сидела Вэл, а машина снова ехала.

– Вик? – Голос сестры наполняли любовь и поддержка. – С тобой всё хорошо? Ты какая-то бледная. Что сказала мама?

Что она сказала? Я не в состоянии была переварить эту новую информацию. Карлайл и Джонатан… Она была замужем за обоими. Я не должна была появиться на свет? Не должна была, но появилась. Какая фамилия у Карлайла? Точно не Конвей, не как у Вэл. Из-под накрашенных век полились слёзы. Прежде чем я что-то успела сказать, руки Вэл обвились вокруг меня, и я упала на её плечо.

Среди всего, что рассказала моя мать, на первом плане было лишь одно – у нас с Вэл были разные отцы. Неужели я только что потеряла свою сестру? Она не была моей единокровной сестрой, как я всегда думала. Мы были сёстрами, а теперь нет. Мои плечи задрожали.

– Всё будет хорошо, – утешала меня Вэл. – Тебе станет легче. Я знаю, это тяжело. Возможно, ты подумаешь над тем, чтобы принять психологическую помощь. Ты слишком молода, чтобы быть вдовой. Тебе не следует справляться с этим одной. – Её рука гладила мою спину. – Я отложу свою поездку в Уганду. Останусь с тобой.

Я покачала головой.

– Нет, Вэл, не нужно, – сказала я между всхлипами. – Я не хочу, чтобы ты откладывала поездку.

Взгляд её заботливых серых глаз встретился с моим, когда я спросила:

– Ты можешь дать мне те таблетки? Пожалуйста? Я хочу поспать. Не хочу больше думать.

Настоящее.

«Смертельную колыбельную» сменил «Танец Смерти». Я попыталась открыть глаза, но передо мной лишь темнота. Я не могла открыть глаза или дело было в повязке?