Чтение онлайн

— Настолько, насколько позволяет закон, — гордо заявила та и отказалась от предложения Темпл подбросить ее до «Голиафа». — Я должна взять «вэмпайр» на репетицию. Музыку мы вчера подобрали.

— Какую музыку?

— Как это — какую? Музыкальное сопровождение для моего номера! — ответила Электра возмущенно. «Рожденный быть свободным» группы «Степпенфольф» (Американская рок-группа, популярная в 70-х гг. Исполняла тяжелый блюз-рок с элементами хард-рока.). Вы же не думаете, что можно заявиться на конкурс, подписаться на выступление и ничего не делать?

— Я про это как-то не подумала…

— Слава Богу, что не вы, а я здесь замаскированный оператор.

— Надо говорить «оперативник». Замаскированный оперативник.

— Какая разница! Короче, не волнуйтесь обо мне. Я приеду позже: стриптизерши спят допоздна. Не хочу провалить всю свою легенду, явившись спозаранку. Вы услышите, когда я появлюсь.

«Ну, что ты с ней поделаешь?» — подумала Темпл перед дверью в зал для приемов, вспомнив прощальные слова Электры.

Сегодня охранники не торчали под дверью, скрестив руки, расставив ноги и сверля входящих пронзительным взглядом, точно мини-колоссы. Уже лучше. Жизнь возвращается в нормальную колею. Темпл вплыла в зал, не подвергнувшись ничьим преследованиям, полная оптимизма Скарлетт О'Хары (Главная героиня романа Маргарет Митчелл «Унесенные ветром»). Сегодняшний день был не просто еще одним днем в череде других — он был подобен бумажной скульптуре оригами, элегантной и полной сюрпризов.

— Приветик, ТиБи. Опаздываем, э?..

Темпл резко затормозила при звуке этого вальяжного баритона и медленно повернулась в его сторону. Да, это был Кроуфорд Бьюкенен, оккупировавший один из стульев у стены. Он перебирал какие-то бумаги и был примерно такого же цвета, как его шелковые брюки устричного оттенка и противная желтоватая рубашка. Соломенная шляпа прикрывала седые кудри, тросточка с бронзовой рукояткой была прислонена к стулу, на котором он сидел. В целом вид был, как у пришедшего в некоторый упадок английского денди-инвалида.

— Кто тебя выпустил из больницы? — выпалила Темпл. Это получилось не слишком вежливо.

Бьюкенен торжественно погладил левую сторону груди:

— Мальчику стало лучше. Они выпустили меня с одиозными инструкциями насчет диеты и упражнений. Я решил начать мой новый режим с прогулки. Хотел посмотреть, как тут у тебя дела.

— До этой минуты шли превосходно.

Бьюкенен выудил сложенный газетный лист из кучи бумаг.

— «Превосходно» не слишком соответствует такому событию, как двойное убийство, — он помахал заглавной страницей «Лас-Вегас скуп», на которой красовалась статья на десять колонок с кричащим заголовком: «Джек-Потрошитель, убивающий стриптизерш, наносит новый удар».

— Я взялась за эту работу, потому что ты чуть не отбросил коньки, и теперь ты вонзаешь мне в спину нож, сочиняя гадкие статейки?

— Сейчас, когда я больше не работаю тут пиарщиком, мой стресс прошел, — ответил Бьюкенен. — Никакого конфликта интересов, я бы сказал. Эту статью я начал писать еще в больнице, — скромно заметил он. — Может быть, прочитаешь? Проверишь, все ли факты отражены верно.

Она выхватила страницу у него из рук и впилась глазами в первый сенсационный подзаголовок:

— «Общедоступная прелестница из стриптиза». Кроуфорд, даже ты признавал, что бедняжка Хорват не ответила на твои притязания!

— Я пытался создать перед читателем образ жертвы в то время, когда она была жива и красива! Неужели ты никогда не слышала о новой журналистике?

— «Она промелькнула мимо меня, дыша духами и туманами», — о, господи!.. К четвертому абзацу ты даже не добрался до первого убийства. А что это за последний подзаголовок: «Женщина-кошка попалась в лапы Бэтмена»? Кроуфорд, это непристойная, самовлюбленная писанина и вообще полный… полная беллетристика!

— Спасибо, — ответил он с достоинством, протягивая руку за своим сокровищем. — Постарайся не помять!

Темпл свернула газетный лист и шлепнула его поверх стопки бумаг на коленях Кроуфорда.

— Воздержись от прогулок. Воздержись от печати. И держись от меня подальше, или я натравлю на тебя ПОПС, и они сдерут с тебя и твоего продажного листка такую сумму за моральный ущерб, что мало не покажется!

— Я уступил тебе прекрасную работу, — проныл Бьюкенен. — Нормальный человек был бы благодарен.

— Знаешь, чем ты можешь вызвать мою горячую благодарность? Исчезни.

Она зашагала прочь, переступая через переплетения проводов и складки ковра. Электрины оладьи начали переворачиваться у нее в желудке, а ей вовсе не хотелось снова ощутить их вкус. Это было бы настоящее извращение, если бы теперь уже у нее случился сердечный приступ, и Бьюкенен занял бы ее место.

— Ого! Ты сегодня просто бомба!

Темпл остановилась при виде клубов дыма, поднимающихся над несколькими сдвинутыми стульями — конечно же, Линди. Рядом с ней сидел Айк Ветцель, попыхивая сигарой.

— Я просто только что поболтала со своим предшественником, — сказала Темпл. — Он сочинил мерзкую статейку для своего бульварного листка.

— Я знаю. — Линди разогнала дым рукой и похлопала по сиденью соседнего стула. — Садись. Мы насчет этого спокойны. Никто не принимает «Форпост Бьюкенена» всерьез.

Ветцель сначала молчал, потом вступил в беседу:

— Если по-честному, хоть и нехорошо так говорить, но убийства сделали нам кучу паблисити.

— Я собиралась сделать большой пресс-релиз, — сказала Темпл, — затем назначить несколько интервью, радио-шоу и позаботиться о том, чтобы мародерствующая пресса не беспокоила конкурсантов.

Ветцель расхохотался:

— Забудьте. Слушайте сюда: стриптизерш вечно склоняют в прессе, так что все это внимание к парочке старых добрых убийств — самое то, что надо. Эти курочки только и ждут, чтобы бросить все и раздавать интервью. Желательно, с фотками. Так что не парьтесь.

Пепел с его сигары был опасно близок к тому, чтобы упасть на ковер. Он встал и направился к сцене.

Темпл смотрела ему вслед. Коренастый коротконогий мужчина — ходячая перевернутая пирамида — трогательно уверенный в своем праве судить и повелевать. Каждое его слово и каждый жест давали понять, что он не потерпит возражений и неповиновения его желаниям. Такой мог избить женщину, которую счел непокорной.