Крикеры
Шрифт:
Ранее Фил немного читал о врождённой физиологии в книгах, которые он взял в окружной библиотеке. Явления оказались намного сложнее, чем он думал.
Чем интенсивнее близкородственное размножение, тем больше вреда для репродуктивных генов и тем выше уровень дефектных плодов. Алые глаза и чёрные волосы были обычными чертами, как и увеличенная голова, отсутствующие или лишние пальцы рук и ног и неровные конечности. Но Фил быстро предположил, что эти крикеры были необычайно мутировавшими, плохие гены передавались не годами, а целыми поколениями, потому что многие уродства, которые он видел, были грубым продолжением тех, что описаны в книгах. В одной из книг были рисунки, и они были не такими суровыми, как у крикеров.
Фил внимательно посмотрел на голову танцовщицы. Казалось, она была расколота на три части. Но…
«Что она сейчас делает?»
Танцовщица оставалась лежать на спине с поднятыми ногами. Затем её бёдра, казалось… задрожали. Через несколько секунд стало очевидно, что она делала.
«Она вывихивает бёдра!» — подумал Фил с гротескным изумлением.
Это была правда. Её ягодицы, полностью обнажённые, за исключением крохотных стрингов, начали сгибаться, гладкие мускулы зашевелились под белой растянутой кожей. Фил стиснул зубы; на жуткий поступок было больно смотреть.
В конце концов её труды поочерёдно вытащили бёдра из тазобедренных суставов с громким двойным хрустом!
«Вот дерьмо!» — подумал Фил.
А затем вывихнутые ноги откинулись назад до пола.
Она положила затылок на ноги, как если бы она лежала в постели и это были руки. Фил не мог представить себе ничего более неестественного — то есть — пока он не увидел, что она сделала дальше. Её ступни снова поднялись, поворачиваясь под невозможными углами, в то время как натренированные мускулы её ног мастерски скручивались в разные стороны. Вскоре она стала гладить себя ногами. Её пальцы ног скользили вверх и вниз по животу. Её пятки тёрли лобок. А потом обеими ступнями она стала ласкать свою грудь так ловко, как будто это были руки…
«Боже Всемогущий!» — вот и всё, что мог думать Фил.
— Давай, чувак, — сказал Игл. — Время идти.
Фил встал, сглатывая последний образ: девушка скользит ногами под крохотными стрингами и ласкает свой клитор. Он последовал за Иглом и Салливаном через чёрный ход.
— Это шоу крикеров такое уродство, да, дружище? — спросил его Салливан.
— Да, то ещё развлечение, — поддержал Фил.
Они прошли по гравийному участку «Сумасшедшего Салли». Фил сразу понял, что Салливану он не понравился, по тону его голоса и злобному взгляду в его маленьких глазках, но Филу приходилось держать это в секрете.
— Да, они все там кучка долбаных шлюх, — продолжил Салливан. — Они и цыпочки из главного зала. Все тупицы и членососки. Особенно эта горячая Вики Стил. Видел её, дружище?
— Да, я видел её.
— Она единственная из тех шлюх, которая берёт больше сотни. Грёбаная самонадеянная и тупоголовая шлюха считает, что она лучше других, только потому, что она жена Наттера, типа она что-то особенное. Но она не что иное, как мерзкая подстилка, как и все остальные. Боже, скажу тебе, я бы трахнул эту тупоголовую шлюху так сильно, что у неё мозги бы вылезли из ушей.
Фил проглотил эти слова, он молчал, словно немой.
— Эй, Пол, отдохни, а? — Игл любезно предложил, не уточняя, что женщина, о которой он так явно упоминал, когда-то была помолвлена с Филом. — Ты хочешь испугать нашего нового партнёра, что ли?
Салливан усмехнулся. Его джинсы и лёгкая фланелевая рубашка обтягивали телосложение бодибилдера, и его неприятное лицо только усиливало имидж. Серьёзный тип. Но Фил не позволил этому запугать его; Салливан был из плоти и костей, как и все, и столь же уязвим.
Парень продолжил:
— Ладно, дружище, я и мой приятель Игл собираемся кое-что забрать сегодня ночью, и нам нужен дурак, чтобы нас отвезти, понимаешь? Манекен, который притворяется, что ничего не понимает и не задаёт много вопросов.
Фил неопределённо улыбнулся. Салливан проверял его, чтобы увидеть, сколько дерьма он может вынести.
— Меня устраивает, — сказал Фил. — Слушай, чувак, я иду за деньгами. Мне плевать, что вы, ребята, делаете.
— Хорошо, дружище, и убедись, что так и будет, потому что нет ничего, что меня бесило бы больше, чем любопытные болваны.
— Ты можешь называть меня болваном, тупицей, как хочешь, брат, — сказал ему Фил. — Как я уже сказал, я просто ищу способ заработать деньги, и пока у тебя есть зелень, ты можешь звать меня хоть грёбаным кенгуру, если хочешь.
Салливан фыркнул и хлопнул Фила по спине.
— Знаешь что, дружище? Я уже начинаю думать, что ты подходишь нам…
«Боже, я бы хотел надрать этому парню задницу прямо на парковке,» — весело подумал Фил.
Вместо этого он просто сказал:
— Мы будем болтать всю ночь, или нам нужно двигаться?
— На твоих колёсах, дружище, — проинструктировал Салливан. — Копы могут проявлять особый интерес по отношению к моей тачке и тачке Игла.
— Прекрасно, — сказал Фил, приближаясь к Malibu. — Я просто надеюсь, что убрал кучу собачьего дерьма с заднего сиденья.
Салливан захохотал.
— Ага, Игл, а этот твой приятель, чёртов бунтарь!
«Господи, — подумал Фил. — Этот парень прям какой-то умственный гигант. Спорю, у него IQ меньше, чем размер его члена».
Все трое забились в драндулет Фила, Салливан ехал с ружьём. Фил вставил ключи в зажигание.
— Куда?
— Пока что никуда.
Угловатое лицо Салливана повернулось; казалось, он что-то достаёт из кармана.
«Этот парень меня раскрыл? — удивился Фил с поразительным спокойствием. — Он знает, что я коп?»
У Фила была его Беретта двадцать пятого калибра в бумажнике Bianchi; это было бы тяжело, но он думал, что сможет справиться с этим достаточно быстро, чтобы выиграть у Салливана, если тот будет тянуть время. Рука Фила скользнула по его ноге, медленно приближаясь к карману.