Чтение онлайн

Не успели мы выпить первую стопку, как раздался настойчивый телефонный звонок. Так всегда бывает, когда вдруг начнется интересный фильм по телевизору, или, проголодавшись, сядешь за стол, подцепишь на вилку первый кусок, и… За это я недолюбливал телефон. Но трубку все-таки снял.

В ней что-то потрескивало, я с досадой посмотрел на поднесенную ко рту рюмку, и решил завершить начатое. Эта вполне понятная человеческая слабость, возможно, все и решила.

– С вами говорит оператор компании Эм-Си-Ай, Чикаго, штат Иллинойс. – неожиданно прорвался сквозь шумы женский голос. Вы будете разговаривать с Эндрю Бо-Родин?

– Ах, ну да, конечно, – растерялся я. – Серега, представляешь, Андрюха Бородин звонит. – В груди у меня уже разлилось приятное, расслабляющее тепло. Я начинал любить все человечество без исключения. Неожиданно, пока в трубке надрывно пели электронные цикады, я почувствовал себя маленькой капелькой плесени, покрывающей поверхность Земного шарика. Действительно, представим себе, что мы попали куда-нибудь на Альфа Центавра. В коридорах ползают инопланетяне с щупальцами. Летают стрекозы с размахом крыльев в три метра. Да рядом с ними любой Австралийский пигмей с бумерангом и со слезящимися глазами покажется мне роднее всех родных! Почему-то вслед за пигмеем я вспомнил о лошади Прежевальского, Монгольских степях, иероглифах, сопках Манчьжурии и спящих в них героях. И о том, кто, согласно изрядно устаревшей школьной программе, был и теперь живее всех живых.

– Спасибо за пользование Эм-Си-Ай, – в трубке снова зашипело, потом щелкнуло и забулькало, как будто кто-то откупоривал бутылку пива и жадно пил из горлышка.

– Андрей? Откуда он взялся, надо же? Привет ему от меня передай! – Сергей с аппетитом вцепился зубами в ляжку зажаренного цыпленка.

– Он недавно приезжал, как раз на мой день рождения. Раздобрел, и ты знаешь, кажется образумился. Алло? – Андрея не было слышно, потом в трубке что-то пискнуло. – Алло?

– Добрый вечер, – голос Андрея был слегка растерянным. – Извини пожалуйста, что я тебе звоню. У вас там не очень поздно? – Мой собеседник отчетливо звякнул чем-то стеклянным, сделал глоток и беззастенчиво рыгнул прямо в телефонную трубку.

– Да нет, что ты, – я подмигнул Сергею. – Ты знаешь, у меня сейчас Сергей в гостях. Еще его не забыл? Он ведь у тебя руководителем диплома был…

– Сергей? Ну надо же… Привет ему огромный. Слушай, здесь такое дело… – Андрей замялся. – Ты только извини, мне больше не к кому обратиться. Понимаешь, я лечу из Вашингтона в Сиэттл, меня там на работу приглашают. И надо же такому случиться, я машинально засунул бумажник в чемодан, а его потеряли. Чемодан, то есть, не бумажник. Вернее, бумажник тоже потеряли, вместе с чемоданом. Ты еще успеваешь следить за ходом моих мыслей? – В Чикаго снова забулькало.

– Да, более или менее, все понятно, чего уж тут разбираться. Ты – типичный представитель потерянного поколения.

– Ну да, – Андрей запнулся, не в силах осознать всей глубины моего исторического обобщения. – Я совершенно без всего остался – ни денег, ни документов. Сейчас, подожди секунду – В телефоне булькнуло. – Ты бы не мог мне дать номер твоей кредитной карточки? Я как только приеду, сразу же свои счета восстановлю и деньги отдам. Мне буквально на пару дней, если это тебя только не затруднит.

– Ну, конечно, о чем разговор, – нерешительно промямлил я, еще с секунду посомневавшись, но уже нащупывая бумажник. – Записывай…

– Спасибо тебе огромное, – в голосе Андрея почувствовалось явное облегчение. Да, вот еще, – Андрей снова смутился. – Чтобы я мог как-то рассчитывать свои финансы, какой у тебя кредит? Знаешь, мне, может быть, придется за гостиницу платить, пока я квартиру не сниму, прожить пару дней.

– Да не волнуйся, кредит огромный, чуть ли не двадцать пять тысяч баксов.

– Ну ладно, век тебе буду обязан. Я сразу же позвоню, как устроюсь. Сереге еще раз привет.

– Спасибо, тебе от него тоже, – я повесил трубку.

– Ты чего, так запросто дал ему номер кредитки? – Сергей с удивлением посмотрел на меня. – Смотри, Андрей – он человек такой, специальный. Пропьет все за две недели. Кому-нибудь морду набьет, разобьет пару венецианских зеркал семнадцатого века в эксклюзивном ресторане, и фюить… Плакали твои денежки.

– Да ладно тебе, он теперь совсем другим стал. Я ему доверяю, понимаешь, у него багаж пропал, а в нем все документы и деньги.

– Ах, ну если так… Короче, тебе виднее.

Еще не зная о том, какой сюрприз готовит мне будущее, мы мирно допили водку, и, будучи в бесшабашном состоянии духа, я проскользнул в спальню, воровато юркнул в постель, и мгновенно заснул.

Как и было обещано, через пару дней Андрей позвонил.

– Привет, – судя по голосу, он был навеселе.

– Ну чего, устроился? Все нормально?

– Да, сейчас, запиши мой телефон. – Андрей засопел, и почему-то начал позвякивать чем-то металлическим, скорее всего крышками от кастрюль. Так, опохмелившись, шуруют на кухне в судорожных поисках хоть какой-нибудь закуски.

– Записываю…

– Четыре. Два. Нет, три. Нет, все-таки два. Да ну его на хрен! Слушай, короче, тут обнаружились некоторые непредвиденные обстоятельства. Счет у меня в другом штате, на восточном побережье, и местный банк мне выдать кредит отказался. К сожалению, все это займет еще несколько дней. Но ты не волнуйся, я совсем немного пока потратил. Деньги вышлю на следующей неделе, идет?

– Конечно. А как работа на новом месте?

– А черт его знает, – Андрей зевнул. – Вроде бы ничего, пока что присматриваюсь. Знаешь, первые впечатления обманчивы. Они какую-то новую операционную систему пишут, для персоналок, гадость ужасная. Но все равно интересно, я уже почти что договорился со своим боссом, что вставлю в нее «Тетрис». Симпатичный парень, кстати, хотя и миллиардер.

– Ну ладно, желаю успеха. – Почему-то от разговора этого у меня остался неприятный осадок, и тем вечером я долго ворочался в постели.

Андрей больше не звонил, но через неделю пришел первый счет по кредитной карточке. Распечатав конверт, я посмотрел на цифру, стоявшую в нижнем правом углу, и почувствовал, что дыхание мое перехватило. Каким-то невероятным образом, Андрей умудрился за неделю потратить пять тысяч долларов. Мне, правда, предлагалось уплатить всего триста из них, при условии, что на остальную сумму долга начислят проценты.