Чтение онлайн

Рун неожиданно возник рядом с нею и сжал ее руку. Эрин повернулась и только сейчас заметила, что сангвинисты недвижно застыли, глядя вверх. Даже Элизабет склонила голову,точно прислушиваясь.

— Что такое? — спросил Джордан. Его рука инстинктивно метнулась к поясу, где обычно висел в кобуре его пистолет-пулемет, но из-за чешских законов ему не было позволено пронести через таможню огнестрельное оружие.

— Кровь, — прошептал Рун, глядя в сторону тоннеля, ведущего в верхние помещения. — Много крови.

18 марта, 16 часов 39 минут

по центральноевропейскому времени

Прага, Чешская Республика

«Горячая кровь на моем языке...»

Легион знал, что на самом деле это не его язык. Его тело — глубоко проросший им темный сосуд, именуемый Леопольдом — лежало, распростертое, в недрах грохочущей повозки. Окна были затенены, отсекая жар вечернего солнца. Он чувствовал, что закат близок, но до той поры вынужден был охотиться на расстоянии, смотреть через другие глаза, направлять свою волю в тех, кто был помечен его клеймом.

Находящаяся рядом женщина-сангвинистка — Эбигейл — управляла повозкой, этим огромным гремящим черным экипажем, который, будучи приведен в действие, выплевывал ядовитые клубы дыма. Она, похоже, не обращала ни малейшего внимания на солнце. Сангвинистское вино защищало ее от света, его святость действовала подобно щиту.

Легион намерен был заклеймить побольше таких, как она, дабы создать воинство, которое сможет передвигаться на свету и во тьме, намерен был преумножить ряды своих рабов для грядущей войны.

Кровь вновь воззвала к нему, привлекая его внимание к рабу, который пировал над телом пожилой женщины в маленькой комнате, полной сухих трав, пыли и книг. Демон простер свои чувства еще дальше, видя тремя парами других глаз. Еще три раба, связанные его волей, крались по темным тоннелям, приближаясь к сокрытой внизу добыче.

Легион собрал этих и иных своих рабов в городе Праге, дабы уничтожить пророчество, воплощенное в трио: Воителе, Женщине и Рыцаре.

Отныне им нигде не будет покоя, не будет безопасного укрытия.

Смертных он намеревался просто убить, но тот, кого именовали Корцей...

«Ты будешь искуснейшим из моих рабов, орудием, обращенным против Небес».

Но сначала Легиону нужно было выгнать Рыцаря на открытое место.

Он поднял руку, глядя, как на ладони свиваются кольца тьмы. А потом послал приказ тем, кто нес его клеймо:

«Убейте их... но сохраните Рыцаря для меня».

16 часов 50 минут

В комнате с атанором повисло молчание. Джордан оттолкнул Эрин к себе за спину. Рун, София и Христиан вытащили клинки и устремили взгляды в дальний конец тоннеля, на подножие лестницы, ведущей в верхние помещения музея.

— Что вы делаете? — спросила Тереза, заметив оружие, и прикрыла горло ладонью. Эрин взяла девушку за другую руку.

— Держитесь ближе ко мне.

Джордан сделал шаг вперед и схватил единственное оказавшееся под рукой оружие: старую железную кочергу, которая стояла, прислоненная к дверце печи. Совсем не то, что пистолет-пулемет, который у него отобрали, но тоже сойдет.

Эрин заметила, что он вооружился, и сделала то же самое.

Она схватила колбу за длинный носик и разбила округлое основание, получив тем самым стеклянный стилет.

Тереза ахнула, увидев такое варварство, но продолжала держаться рядом с Эрин.

— Дым, — произнес Рун, стоявший у двери.

Джордан сместился так, чтобы заглянуть ему через плечо.

Из лестничного колодца в дальнем конце тоннеля текли клубы черного дыма; они словно скатывались по ступеням, заполняя собой ход. Должно быть, наверху все горело.— Моя... моя мать! — воскликнула Тереза и сделала шаг вперед, но Эрин удержала ее.

И отнюдь не зря.

Из дымного облака появилась темная фигура; она словно рухнула сверху, припав к полу. Это оказался высокий бритоголовый мужчина мощного телосложения. В кулаке он сжимал нож. Его белая футболка была покрыта алыми пятнами свежей крови. Он обнажил клыки, втягивая воздух, вынюхивая жертву.

Джордан заметил на его горле пятипалое черное клеймо, отметину порабощенного стригоя — такую же, как у того, кто напал на него в пещере в Кумах.

София зашипела — она тоже увидела эту метку.

Стригой опустил взгляд на этот шум — и метнулся вперед, двигаясь с невероятной скоростью. Рун прыгнул в тоннель, чтобы перехватить нападавшую тварь. В каждой руке священник держал серебряный карамбит; изогнутые клинки были похожи на длинные металлические когти. Оказавшись лицом к лицу со стригоем, он нанес удар — но лишь впустую полоснул по воздуху.

Стригой провел ложный выпад у самого пола, развернулся и ударил ножом изо всех сил. Но в последний момент развернул клинок и впечатал стальную рукоять в висок Руна. От удара тот отлетел к стене тоннеля и пошатнулся, явно оглушенный.

Стригой промчался мимо него, устремившись прямо к Софии и Христиану.

Элизабет подалась вперед, в голосе ее прозвучала тревога:

— Рун!..

Джордан отпихнул Эрин и Терезу еще дальше назад.

И с опозданием на миг осознал, насколько ошибочной была его тактика защиты. Позади него раздался скрип старых петель.

Он развернулся как раз вовремя, чтобы узреть, как черный силуэт появляется из маленькой дверцы, ведущей в потайной ход императора Рудольфа.

Стригой вырвал Терезу из рук Эрин и перервал девушке горло, ее изумленный крик захлебнулся в крови. Еще один стригой следовал по пятам за первым; он направился к Эрин, держа в руке длинный клинок.

Но Джордан уже сорвался с места. Оказавшись рядом с Эрин, он рывком отбросил ее себе за спину и парировал удар клинка стригоя своей кочергой. Сталь зазвенела о железо, и в голове Джордана возникла неожиданная мысль: