Кровь
Шрифт:
Доктор озабоченно кивает и собирается уйти, но Бэла его останавливает:
— Доктор, Вы не дадите мне тетрадь Ирены. У Вас всё равно сейчас нет времени читать.
Доктор, махнув рукой уходящему инспектору, с готовностью достает рукопись из внутреннего кармана пальто. Он протягивает тетрадь Бэле, но внезапно опускает руку:
— Мы можем поговорить наедине?
Бэла с извиняющимся видом оборачивается на Ирену, но та, видимо, не поняв слов доктора, отрицательно трясет головой:
— Ne, ne, ostani tukaj. (Нет-нет, оставайся здесь.)
Доктор тактично поясняет:
— Samo pogovarjala se bova na strani. (Мы просто поговорим в сторонке.)
Бэла с доктором уходят, а Ирена принимается помогать госпоже Ковач в деле со стульями.
***
Доктор и Бэла останавливаются у окна в полутёмном коридоре. В отличие от коридора, парковка за окном ярко освещена. Туда всё продолжают прибывать машины. Из них целыми семьями вылезают люди, достают вещи и спешат ко входу в школу. А непрерывное круженье снежных хлопьев, как будто бы вторит человеческой суете.
Понаблюдав пару секунд за тем, что творится за окном, доктор переводит пристальный взгляд на Бэлу:
— Извините, если разговор выйдет скомканным, но Вы сами видите, надо спешить.
Бэла отвечает кратким кивком.
— Я знаю Вашу тайну, — при этих словах Бэла обеспокоенно и настороженно замирает, — и понимаю, что Вы вынуждены были кое-что скрывать от меня. Но теперь необходимость в этом отпала.
Доктор отгибает рукав своего пальто — на запястье становится виден посиневший след зубов с подсохшими чёрными ранками и вздувающимся воспалением. Лицо Бэлы выражает искреннее недоумение. Доктор решительно расставляет все точки над «i»:
— Это сделал вампир, но не господин Громов.
Пораженная Бэла лишь медленно и беззвучно шевелит губами. Видно, как в ней начинает закипать бессильная злоба. Доктор спешит прибавить успокоительным тоном:
— Он сделал это по моей просьбе. Я думаю, это значительно уменьшит вероятность нападения господина Громова на школу. Конечно, при условии, что я буду всё время здесь.
Бэла глядит на собеседника с тревожным непониманием. Доктор не мешкая поясняет:
— Вижу, Вы не в курсе. Вампир чувствует жертв другого вампира и в их присутствии ослабевает.
Бэла в явном замешательстве едва выдавливает из себя пару слов:
— Но как?..
Доктор с готовностью продолжает её мысль:
— Как же господин Перилл? Признаться, я сам был удивлен, что он не избегает Вашей компании, хотя при этом явно чувствует себя не лучшим образом. Вообще, он крайне необычный вампир. Что, к примеру, Вы думаете, произошло в замке перед зеркалом?
Бэла отвечает не сразу, её взгляд устремлен куда-то вниз — она, очевидно, занята какими-то другими мыслями:
— Я. я не знаю. Правда, не знаю… — словно надумав что-то, она поднимает глаза на доктора, — Но это бессмыслица какая-то! Зачем тогда он позволил?..
Доктор глубокомысленно сводит брови:
— Скажу откровенно, я полагал, что он использует Вас. Видите ли, вампиры хорошо чувствуют людей, но практически не чувствуют друг друга. У меня была мысль, что с Вашей помощью он пытается обнаружить Грома.
Видя по лицу Бэлы, что она совершенно не понимает, о чем идет речь, он добавляет:
— Укушенным становится плохо вблизи того вампира, который на них напал.
Бэла, обескураженная этой информацией, наконец реагирует и довольно эмоционально:
— Так почему же?.. Надо было мне остаться в замке! Чёрт, мне ведь стало плохо там на башне, а он хотел меня выпроводить и ничего не сказал!
Доктор вкрадчиво:
— Знаете, тут я с ним солидарен. Не стоит испытывать судьбу, такие обмороки могут окончиться летальным исходом.
Бэла насупливается. Собеседник ободрительно похлопывает её по плечу:
— Вы сделали всё, что могли. Вот собственно, я к Вам тоже за помощью. Не могли бы Вы поделиться со мной чёрным порошком?
— Да-да, конечно, — Бэла поспешно достает из кармана подаренный ей флакончик и снимает крышку.
Доктор подставляет раскрытый бумажный конверт. Бэла отсыпает щедрой рукой, так что доктору приходиться её остановить:
— Стоп! Стоп! Уже достаточно. У меня пока нет никаких симптомов.
Пряча конверт во внутренний карман пальто, он как будто обдумывает что-то и наконец решается озвучить свои мысли:
— Кстати о симптомах, признайтесь всё-таки, Вас ведь беспокоят навязчивые видения? Я догадываюсь, что Вы не хотели мне говорить о них, потому что они как-то связаны с господином Периллом?
Бэла ничего не отвечает и выжидательно смотрит на собеседника, словно вынуждая его отказаться от дальнейших расспросов. Но доктор не смущается её взглядом:
— Вы не можете не понимать, что между господином Периллом и господином Громовым есть какая-то особая связь. Не может быть, что один гоняется за другим столько лет просто по прихоти своего желания. Тут должно быть что-то большее!
Бэла набирает в грудь воздуха, как бы собираясь что-то сказать, но тут её прерывает взволнованный голос инспектора:
— Doktor! Nimava casa! (Доктор! У нас совсем нет времени!)
Бэла с облегчением поворачивается в сторону говорящего:
— Опростите, иншпектор! (Искаженный словенский: «Извините, инспектор!») Доктор — Ваш.
Доктор, как видно, с большим сожалением покидает коридор в компании торопящегося инспектора.
***
Доктор и инспектор в салоне видавшего виды серебристого внедорожника. Инспектор за рулем. Рядом с ним доктор. Инспектор искусно маневрирует, двигаясь по оживленной стоянке, при этом ещё и беседует со своим спутником: