Чтение онлайн

Барзински кивнул, потянулся к своему мобильнику.

— И потом, по-моему, пора раскрыть наши карты, — сказал Масило, не глядя на директора.

— Все как-то бессмысленно, — сказал Беккер. — Здесь слишком много народу.

В 21.38 они стояли перед отелем «Рэдиссон» и смотрели на ярко освещенную бухту Грейнджер-Бэй. Повсюду были люди: на балконах ресторанов, на пешеходных дорожках длинных, узких причалов, на палубах яхт, стоящих длинными рядами, выставивших высокий лес мачт.

— А это точно здесь? — спросила Милла.

Он снова посмотрел на свой мобильник.

— Если верить координатам GPS — да. Здесь. Определенно.

— Они будут здесь только в два. У нас еще четыре часа…

Беккер показал на группу людей на палубе яхты:

— В два часа ночи те гуляки еще не разойдутся… Надо было записать координаты.

— Что такое ЯКО? — вспомнила Милла. — Какой-нибудь морской термин?

Он покачал головой:

— Не знаю. Сейчас погуглю.

Она наблюдала, как он выходит в Интернет с мобильного телефона, набирает буквы в поисковой строке.

Первым выскочил сайт яхт-клуба «Океан». Беккер зашел туда. Сайт открылся. На переднем плане — море, порт, подъемные краны, на заднем плане жилые дома Си-Пойнта. Дисплей телефона был таким маленьким, что буквы оказались почти нечитаемыми.

— «Яхт-клуб Океан (ЯКО), — прочел он, — находится в бухте Грейнджер-Бэй, вблизи от набережной Виктории и Альфреда; единственный эллинг для маломерных судов в районе Кейптауна. Более четверти века клуб предоставляет яхтсменам разнообразные услуги». — Он посмотрел на фото, потом поднял голову, взглянул на море. — Вот бухта Грейнджер-Бэй… Он должен быть где-то здесь.

— Погоди, — сказала Милла и спустилась по ступенькам на деревянный настил. У яхты стояли двое мужчин с пивом в руках и переговаривались по-английски. — Вы не скажете, как найти яхт-клуб «Океан»?

— Вы все неправильно поняли, — сказал Бруно Барзински. — Они вовсе не охотятся на нашу футбольную сборную. Даты случайно совпали… Наша разведка выявила нечто совершенно другое.

— Что же?

Впервые Барзински пришел в замешательство.

— Извините, но я не уполномочен сообщать вам такие сведения.

Менц громко, презрительно хмыкнула.

— Значит, дополнительные меры безопасности на вторник можно отменять? — уточнил Масило. — Охранять вашу сборную уже не надо?

— Нет, ничего не отменяйте.

Масило изумленно покачал головой.

Менц нарушила молчание:

— Позвольте, я попробую все подытожить. Вы очень хотели побеседовать с нами, когда считали, что Осман у нас…

Барзински не ответил.

— А сейчас вам нужно знать только одно: новые координаты «Мадлен». Значит, когда вы найдете корабль, мы вам не будем нужны.

Барзински смотрел на стол. Менц медленно подошла к мужчинам; голос ее креп.

— У вас наготове отряд десантников, так? Кто они такие, Бруно? «Морские котики»? Вы привезли их сюда на собственных быстроходных катерах или купили их здесь? Обменяли на несколько вертолетов? Ведь вы планируете захватить корабль. А нам обо всем рассказать лишь задним числом.

— Не нужно преувеличивать.

— Я не преувеличиваю, — возразила Янина Менц, садясь за стол. — Отсюда возникает вопрос: что там такого ценного, что вы идете на такой риск? Вы не боитесь крупного дипломатического скандала, готовы пожертвовать дружбой с нами и нашим правительством?

— Вы все неправильно поняли, — ответил Барзински, но она по голосу поняла, что ему не по себе.

— Нет, я все правильно поняла… наконец! — Янина потянулась к телефону, придвинула его к себе и набрала номер. Барзински молча следил за ней. — Радж, — сказала она в трубку, — мы только что дали ЦРУ новые координаты корабля. Сколько у них уйдет времени на то, чтобы найти «Мадлен»? — Она помолчала, слушая ответ, а потом сказала: — Ясно. У тебя четыре часа на то, чтобы взломать жесткий диск. Сумеешь? Хорошо.

Менц нажала отбой и улыбнулась Барзински.

— Жесткий диск? — спросил Барзински. — Какой еще жесткий диск?

— Какой груз на «Мадлен»? — парировала Янина Менц.

Яхт-клуб «Океан» казался уродливым, черным угольным брикетом на фоне ярких огней между бриллиантовыми огнями набережной Виктории и Альфреда и мариной Грейнджер-Бэй.

К высокой ржавой сетчатой ограде были прикреплены три одинаковые вывески «ЯКО», как будто одной было недостаточно. Все выглядело временным, примитивным, полуразрушенным, как заброшенная стройплощадка — голый гравий, стоящие там и сям грузовые контейнеры, длинное, невыразительное строение с плоской крышей. Свет горел лишь в одном углу. Сзади — высокий волнорез с бетонными тетраэдрами, как будто какой-то ребенок разбросал гигантские детали конструктора, чернеющие на фосфоресцирующем фоне моря. Двойные ворота оказались заперты, все было тихо, пустынно.

Они стояли в тени слева от ворот. Милла наблюдала за Лукасом. Он втянул голову в плечи, как будто хотел стать меньше ростом, спрятаться. Он все время озирался по сторонам. Запоминал все подробности.

— Мне нужно знать, как там все выглядит внутри, — пробормотал он и зашагал вдоль ограды вправо.

— Передай Тигру, пусть разделит отряд на две части, — сказала Квинну Янина Менц. — Пусть половина отправляется на Эйстерплат, вертолеты поднимутся в воздух через час. Вторая половина пусть отправляется в Саймонстаун, там их ждет капитан сторожевого корабля ВМФ ЮАР «Аматола». Радж говорит, что нужные сведения будут у него… — она покосилась на часы, — к двум часам.

Квинну хотелось спросить, откуда она знает, что корабль непременно прибудет в Кейптаун, но он решил, что директор просто выдает желаемое за действительное. Перед американцами стоит та же проблема. Если они обнаружат «Мадлен» первыми, им тоже придется до него добираться.

— Есть что-нибудь по угнанному «ниссану»? — спросила Менц.

— Ничего, — ответил Квинн. — Совершенно ничего.

Вдоль ограды они прошли метров сто в сторону моря. Там ограда заканчивалась, а крутой склон обрывался вниз, к волнорезу. Слева имелся почти неприметный проход к зданию яхт-клуба. Если очень постараться, можно было протиснуться между оградой и стоящим почти вплотную к ней судовым контейнером — пройти по выступу на короткой стороне, почти незаметному в зарослях бурьяна. Лукас встал на выступ и пошел боком, хватаясь руками за металлические скобы. Потом оглянулся на Миллу: