Чтение онлайн

— Рассказывай.

— Что мы будем делать, если у Тани Флинт, кроме тридцати тысяч рандов, ничего нет?

— Ты же говорил, что дело практически раскрыто?

— Может потребоваться еще пара дней. Или даже больше. У нее хватит денег еще на четырнадцать часов, и то если не брать дорожные расходы. Что мы будем делать, если у нее кончатся деньги?

Фишер откинулся на спинку кресла, по-отечески улыбнулся Яуберту:

— Я тебе говорил, клиенты всегда находят деньги.

— А если она их все-таки не найдет?

Улыбка исчезла.

— Конечно, найдет! Сколько денег на том счете, который ты раскопал?

— Ты ведь понимаешь, скорее всего, пройдет не один месяц, прежде чем она вступит в права наследования… Да и то в том случае, если деньги не получены преступным путем.

— И все-таки она не нищая. У нее есть дом, машины… Кстати, она ведь предприниматель! Как насчет страховых полисов? Если дом куплен по ипотеке, должен быть страховой полис на мужа. Брось, Матт, сам знаешь, она все сделает.

Яуберт задумался.

— Меня интересует принцип, — сказал он. — Допустим, она перепробует все, но так и не сможет добыть денег. Или сможет, но только через месяц…

— Матт, она добудет деньги.

— Джек, я теоретически. А если не сможет?

Терпение Фишера быстро заканчивалось.

— Мы с теориями дела не имеем. Мы имеем дело с платежеспособными клиентами.

— Был ли у вас клиент, который сказал: «Больше я платить не смогу»?

— Не скажу, что таких никогда не было…

— И как себя с такими вести?

— Мы практикуем индивидуальный подход.

— Джек, ты уклоняешься от ответа.

Фишер всплеснул руками, лицо у него побагровело.

— Ты меня уже достал своими вопросами. Что тебе надо?!

Матт Яуберт наклонился вперед, угрожающе подняв плечи. Но голос его оставался ровным.

— Меня насторожило, что сегодня Фанус Делпорт сказал: «Главное, не нужно слишком спешить»! И на утренней летучке…

— Матт, он просто пошутил! Опомнись, где твое чувство юмора?

— Джек, меня угнетает сама здешняя обстановка. Ты с самого начала велел мне задействовать Фануса, чтобы и ему что-то перепало… Мы доим клиентов! Так принято… На утренней летучке никто не интересовался ходом расследования. Все отчитывались, кто сколько заработал, не забыли ли включить дорожные расходы…

— А как же иначе вести дела? — ощетинился Джек. — У нас не благотворительная организация! Надо платить жалованье, развивать инфраструктуру. Знаешь, во сколько обходится ежемесячная аренда офиса? А телефоны? Вот ты мне и скажи, как мы заплатим за это, если будем работать бесплатно, помогать, так сказать, людям? Скажи-ка!

— Бесплатно? Кто говорит о бесплатной работе? — Яуберт понял, что и сам постепенно закипает. Он глубоко вздохнул, покачал головой и сказал: — Главное в другом.

— Что ж, если ты такой умный, скажи, в чем главное!

Ему не сразу удалось взять себя в руки.

— Допустим, я рассчитываю раскрыть дело, я близок к разгадке, но мне нужно еще два дня. А у нее закончились деньги… Прошу, не закрывай дело. Дай мне довести все до конца.

— Ты так же хорошо, как и я, знаешь, что «близок к разгадке» ничего не значит! Что, если тебе понадобится неделя или больше? Или месяц? Когда ты подведешь итог?

— Джек, мы не дураки. Мы знаем, сколько времени уходит на те или иные действия, мы знаем, близки мы к разгадке или далеки от нее. И сейчас я тебя уверяю, мне нужно еще три дня. Четыре максимум. Либо я раскрою дело, либо пойму, что раскрыть его невозможно. Ей хватит денег только на два дня… Неужели мы не можем подарить ей еще два? Или, например, открыть кредит?

— Ты что, запал на нее? В этом все дело?

Матт Яуберт встал, готовый врезать Фишеру в лицо. Его спасла реакция Джека, который вдруг откатился на своем кресле назад, вскинул руки, защищая лицо. Яуберт опомнился.

Он долго стоял в одной позе, потом повернулся и вышел.

Джек ничего не сказал.

Он уже вышел из кабинета и прошел полпути по коридору, когда вдруг остановился и вернулся. Увидев его, Фишер инстинктивно потянулся к телефону. Яуберт сделал вид, что ничего не заметил.

— Джек, я ушел из полиции, потому что там со мной перестали считаться, — очень тихо сказал он. — Такое отношение показалось мне несправедливым. Потому что я верю, что с нами надо считаться. Со всеми нами. В том числе и с Таней Флинт. Особенно с Таней Флинт. Она сняла последние деньги ради того, чтобы нанять частного детектива. Она потратила деньги не на себя, не на какие-нибудь пустяки. Она хочет выполнить свой долг по отношению к мужу. Сейчас ей очень больно, Джек, но оказалось, что она храбрее нас с тобой, вместе взятых. Она сама хочет все выяснить. И вот что: если Таня Флинт скажет, что она все перепробовала, но так и не смогла найти деньги, я доведу дело до конца. Если понадобится, вычти расходы из моей зарплаты.

Первым делом, сев в машину, он позвонил Тане Флинт, чтобы выяснить, дома ли она.

— Наш пистолет пропал, — ответила она вместо «здравствуйте».

Он спросил, что за пистолет.

— Пистолет Дани. Я собиралась достать его из сейфа, после взлома и… надписи на стене. Но в сейфе его не оказалось.

— Когда вы видели пистолет в последний раз?

— За месяц или два до исчезновения Дани.

— Я приеду через двадцать минут.

Он поехал в Парклендс. Всю дорогу он ломал голову, думал, куда мог подеваться пистолет. Может, его взял сам Флинт? Зачем?

Но в его мысли все время вторгался Джек. Яуберт опомнился только на Отто-Дюплесси-Драйв, после того как едва не врезался во впереди идущую машину. Он очень злился. На себя. На Джека Фишера. На идиотское положение, в которое сам себя поставил.

Надо было все предвидеть заранее, ведь он знал Джека. Правда, знал пятнадцать лет назад, до того, как Фишера с повышением перевели в Йоханнесбург, но опасные признаки были налицо и тогда. Бесполезно уверять, что люди меняются со временем. Надо было прислушаться к Бенни Грисселу и Леону Петерсену. Узнав, куда пойдет Яуберт, оба отреагировали одинаково.