Чтение онлайн

Букха, как и подобало хорошо воспитанному гаварнианину, с отвращением поморщился при упоминании Корбином межрасового секса, который хоть и практиковался повсеместно, но общественная мораль обеих рас смотрела на него приблизительно так же, как на скотоложество.

Букха кивнул Зергху, который произвел быструю финансовую оценку на карманном компьютерном терминале.

— Относительная стоимость один и восемь к семи, — доложил Зергх.

— Тогда добавь туда еще консорциум Диас.

— Но ты являешься лишь его совладельцем, вместе с Золой.

— Если я проиграю, этот болван с большим удовольствием вычеркнет из документов мое имя и впишет твое.

Зергх сделал еще одну быструю проверку и удовлетворенно кивнул:

— Два и три к семи.

— Я подготовлю документы, — предложил Элдин как нечто само собой разумеющееся.

— Ну ладно, ладно, — с широкой улыбкой произнес Корбин, — мы ведь здесь все джентльмены, не так ли?

Букха в ответ широко улыбнулся, хотя у представителей его расы улыбка считалась проявлением враждебности.

— Мой повелитель, они прореагировали в точности так, как вы и предсказывали.

Александр посмотрел на взмокшего гонца, сидевшего верхом на небольшом гаварнианском животном.

— Где ты раздобыл эту лошадь, мальчик?

— Я захватил ее из засады. — Юноша сиял от гордости.

— А где Парменион и его отряд?

— Они примерно в одной версте позади меня. Держатся в пределах видимости от преследующего их противника.

— Хорошо, очень хорошо. Иди к обозу и налей себе немного вина, ты его заслужил.

— Я должен вернуться, мой повелитель.

— Выполняй мои указания. Они сами скоро будут здесь, так что можешь спокойно отдыхать.

Юноша отсалютовал и ударами пяток перевел животное на шаг. Александр оторвал взгляд от столика с картой и улыбнулся Ярославу:

— Ты слышал, он захватил лошадь у гаварнианина?

— Только такие молодые безумцы, как он, способны сесть верхом на это животное.

— У меня уже есть пятьдесят всадников. Люди начали понимать, что сесть верхом на лошадь означает перестать ходить пешком — они потеряли страх.

— Скоро он к ним вернется, — мрачно произнес Ярослав, глядя на облако пыли, приближающееся с востока. — Кажется, пора начать последний инструктаж.

С этими словами Ярослав вышел из-под навеса и начал жестами подзывать командиров отрядов.

— Все знают свои позиции? — спросил Александр, окинув взглядом командиров, собравшихся вокруг ящика с песком, при помощи которого он показывал им положение войск на местности, поскольку большинство по-прежнему ничего не понимало в символах на пергаменте, означающих горы, реки и людей.

Командиры сохраняли молчание. Александр чувствовал их страх. Одно дело — перейти по очереди под его знамя, чтобы выступить против своих соседей, и совсем другое — впервые сразиться с гафами. Они находились в состоянии оцепенения. И в данный момент только еще больший страх перед своим командующим заставлял их продолжать выполнять свои задачи.

— Помните, все достаточно просто, мы всего лишь позволим им напасть на нас. Они поведут себя так, как рассказывал Ярослав, поскольку война для них ритуал, ведущий либо к смерти, либо к славе. Нужно только заставить их броситься в атаку. Их силы насчитывают всего лишь восемь тысяч всадников и пять тысяч пехотинцев против нашего сорокатысячного войска. Но если хотя бы один из вас дрогнет, дрогнут и остальные, и вы все погибнете, поскольку не сможете от них убежать. И кроме того, вам некуда бежать.

Некоторые командиры слабо зароптали, но гневный взгляд Александра заставил их замолчать.

Они и в самом деле находились в ловушке. Примерно две недели назад армия гафов выступила из столицы и двинулась на северо-восток, по направлению к холмистому региону. Александр вывел свои войска на равнины после того, как по ним прошла армия гафов, перерезав ей линии коммуникации. Тем самым он заставил ее повернуть назад и атаковать заранее подготовленные позиции. Этот урок он усвоил у Дария в битве при Иссе. Но Александр расположил войска на узком мысу, в месте слияния рек Волста и Бенази, отрезав себе все пути к отступлению. Если солдаты дрогнут и побегут, бурные водные потоки не оставят им ни малейшего шанса на спасение, и каждый в его армии хорошо это знал.

Отступать было некуда, и некоторые смотрели теперь на своего лидера с неприязнью и подозрением.

— Отправляйтесь на свои посты, и те, чьи позиции находятся на левом фланге, помните: если вы позволите противнику обнаружить себя до того, как увидите меня, я лично снесу вам головы. Если, конечно, кто-нибудь из нас останется в живых. Теперь идите.

Люди молча повернулись и ушли.

— Если ход сражения начнет складываться не в нашу пользу, — пробормотал Ярослав, — они найдут тебя и разрежут на полоски, прежде чем погибнут сами.

— Меня это мало беспокоит, — ответил Александр почти веселым тоном. — Видишь ли, мой друг, если не планировать заранее поражения, то не проиграешь.

— Сейчас ты еще скажешь мне, что твой папа Зевс пообещал тебе эту победу.

Александр только посмотрел на него и загадочно улыбнулся.

— Мой повелитель Калин, они прекратили отступление. Смотрите, они остановились прямо перед гребнем следующего холма.

Калин, командир головного эскадрона, натянул поводья и посмотрел в ту сторону, куда показывал его ординарец.

— Их по-прежнему не более пятидесяти, и они отступают к месту слияния рек, вместо того чтобы свернуть к последнему броду. Эти жалкие идиоты загнали себя в ловушку.

— Мы еще не видели их основные силы, — предупредил Виргт.

— Они конечно же здесь, ждут нас с противоположной стороны холма. Он не уверен в своих людях, этот Искандер. Он знает, что они трусы, и потому привел их в такое место, где им придется сражаться или умереть. Теперь мы сможем с ними покончить даже до начала затемнения.