Чтение онлайн

Разбудил Масклина не Талисман, а Гердер.

Масклин лежал с полузакрытыми глазами, прислушиваясь. Гердер тихо разговаривал с Талисманом.

— Я верил в Универсальный Магазин, — говорил он. — Но оказалось, что это обыкновенное здание, возведенное людьми. Я верил, что Внук Ричард — некое высшее существо, а он оказался простым человеком, который распевает песни, когда обливается водой…

— Принимает душ, — уточнил Талисман.

— И оказывается, в мире много тысяч номов. Много тысяч! И они придерживаются самых различных верований. Этот глупец Хохолок, например, верит, будто взлетающие Челноки создают небо. И знаешь, что я подумал, когда это услышал? Я подумал, что, если бы он очутился в моем мире, а не наоборот, он решил бы, что я глуп. Я и впрямь глуп, Талисман?

— Я тактично промолчу.

— Ангало верит во все эти дурацкие машины, а Масклин верит… не знаю, во что он верит. Может быть, в Космос? Или вообще ни во что не верит. И все они вполне довольны собой. А я стараюсь верить в вещи действительно важные, но моей веры каждый раз хватает лишь на пять минут. Где же тут справедливость?

— Я продолжаю хранить тактичное, сочувственное молчание.

— Я хотел бы постичь смысл жизни.

— Похвальная цель, — одобрил Талисман.

— Хотел бы знать, в чем истинный смысл всего сущего.

После недолгой паузы Талисман сказал:

— Вспоминаю твой разговор с Масклином о происхождении номов. Ты спрашивал меня. Теперь могу ответить. Меня сделали. Я знаю, что меня сделали из металла и пластмассы, но я также знаю, что у меня есть операционная система, живущая в этом металле и пластмассе. В это невозможно не верить. И это для меня большое утешение. Что до номов, то я располагаю сведениями, будто они — пришельцы из другого мира и прилетели сюда тысячи лет назад. Возможно, так оно и есть. Возможно, это не так. Не могу об этом судить.

— В Универсальном Магазине я отлично знал, зачем живу, — сказал Гердер, то ли обращаясь к Талисману, то ли размышляя вслух. — Даже в каменоломне было не так уж плохо. У меня было положение в обществе. Все почитали меня. Как же я могу возвратиться домой, зная, что моя вера в Магазин, в Арнольда Лимитеда и во Внука Ричарда всего лишь… мое частное мнение?

— Не могу ничего посоветовать. Извини.

Масклин подумал, что теперь самое подходящее время сделать вид, будто он только что проснулся. «Это будет дипломатично с моей стороны», — подумал он. И невнятно буркнул, достаточно громко, чтобы Гердер его услышал.

Аббат лежал весь красный.

— Я так и не смог уснуть, — коротко сказал он.

Масклин встал.

— Сколько времени еще остается, Талисман?

— Двадцать семь минут.

— Почему ты меня не разбудил?

— Хотел, чтобы ты хорошенько отдохнул.

— Но нам еще долго идти. Мы не успеем поднести тебя достаточно близко. Эй ты, проснись! — Масклин пнул Ангало ногой. — Побежали. А где Пион? А, вот он. Вперед, Гердер.

И они снова стали пробираться через кустарник, стараясь двигаться как можно быстрее. Вдалеке душераздирающе завывали сирены.

— Ты просто скороход, Масклин, — сказал Ангало.

— Быстрее. Бегите быстрее.

Теперь он мог уже лучше разглядеть Космический Челнок. Челнок возвышался высоко-высоко. И на его поверхности не было никаких отверстий — сплошная металлическая гладь.

— Надеюсь, у тебя есть хороший план действий, Талисман, — выдохнул Масклин на бегу, — потому что я не смогу поднести тебя вплотную к этому Челноку.

— Не тревожься. Мы уже подошли достаточно близко.

— Что ты хочешь этим сказать? Челнок еще далеко.

— Я уже могу установить с ним связь.

— Он что, сейчас взлетит? — спросил Ангало.

— Положи меня на землю.

Масклин послушно поставил черный ящичек. Тот выдвинул несколько своих сенсоров, которые после минутного колебания нацелились прямо на стоящую на старте ракету.

— Что за игру ты затеял? — спросил Масклин. — Только попусту теряешь время.

Гердер невесело рассмеялся.

— Я знаю, что он делает, — похвастался он. — Завязывается с Космическим Челноком. Верно, Талисман?

— Я передаю подмножество инструкций компьютеру, установленному на спутнике.

Номы промолчали.

— Другими словами… я присоединяю к себе компьютер спутника. Хотя этот компьютер и не блещет особым интеллектом, если не сказать резче.

— Ты и в самом деле можешь проделывать такие штуки? — спросил Ангало.

— Разумеется.

— Вот блеск! А из твоих инструкций ничего не потеряется по дороге?

— Нет. Ибо остается во мне.

— То есть все, что ты посылаешь, остается в тебе?

— Да.

Ангало посмотрел на Масклина.

— Ты что-нибудь понял?

— Я понял, — вмешался Гердер. — Талисман говорит, что он не просто машина, а… как бы это сказать… много-много электрических мыслей, живущих в машине.

На верхней грани кубика заиграли световые точки.

— Это займет много времени? — спросил Масклин.

— Да. Пожалуйста, не вынуждайте меня зря расточать жизненно необходимую сейчас энергию.

— Он, видимо, не хочет, чтобы мы с ним разговаривали, — сказал Гердер. — Ему надо сосредоточиться.

— Вы говорите о нем, как будто он живой, — сказал Ангало. — А он неживой… И к чему он так торопил нас? Бежали-бежали, а теперь сидим и ждем.

— Вероятно, ему надо быть поближе, чтобы сделать… то, что он должен сделать, — сказал Масклин.

— И долго еще это продлится? — сказал Ангало. — С тех пор как он сообщал, что остается двадцать семь минут, прошла уже целая вечность.

— По меньшей мере двадцать семь минут, — сказал Гердер.

— Да. А может, и больше.

Пион дернул Масклина за руку, показал на высокую белую башню, что маячила перед ними, и протараторил какую-то длинную фразу на флоридском (или, если верить Талисману, на древненомском).