Чтение онлайн

— Без помощи Талисмана я ничего не понимаю, — сказал Масклин. — Извини.

— Наша не говорить на слова гуселетов, не-не, — пояснил Ангало.

Панический страх исказил лицо Пиона. Он снова что-то крикнул и дернул еще сильнее.

— Я думаю, он не хочет быть так близко от ракеты при запуске, — сказал Ангало. — Вероятно, его пугает сильный шум, который при этом бывает… Не любишь шума? — по слогам спросил он.

Пион, видимо, понял его, потому что яростно закивал.

— Самолеты в аэропорту взлетали не так уж шумно, — сказал Ангало. — Просто сильно ревели моторы. Конечно, неискушенного путешественника это может и испугать…

— Не думаю, что номы из племени Шраб такие уж простаки, — задумчиво произнес Масклин.

Он еще раз взглянул на белую башню. Так ли она далеко, как кажется? А может, слишком близко?

Пожалуй, очень-очень близко.

— Как вы думаете, так ли уж здесь безопасно? — спросил он. — При старте, во всяком случае?

— Да успокойся ты, — сказал Ангало. — Талисман не привел бы нас сюда, если бы это было небезопасно.

— Конечно, конечно, — сказал Масклин. — Ты прав. Совершенно прав. Глупо было затевать этот разговор.

Пион повернулся и побежал.

Трое остальных посмотрели на Космический Челнок.

На верхней грани кубика световые точки сплетались в замысловатые узоры.

Где-то оглушительно заголосила еще одна сирена.

В ракете угадывалась неслыханная мощь. Ощущение было такое, словно вот-вот забьет самый мощный в мире фонтан.

Когда заговорил Масклин, казалось, он высказывает их общую мысль.

— А вы уверены, — очень медленно произнес он, — что Талисман способен совершенно верно рассчитать, на каком расстоянии могут находиться номы от взлетающей ракеты? Есть ли у него какой-нибудь опыт, как вы думаете?

Они переглянулись.

— Не отойти ли нам немного?.. — начал Гердер.

Они повернулись и пошли прочь.

И каждый невольно замечал, как остальные все ускоряют и ускоряют шаг.

Быстрее и быстрее.

И вдруг они все кинулись бежать, продираясь через кусты и траву, мимо камней, энергично работая локтями. Гердер обычно задыхался даже при чуть убыстренной ходьбе, но тут он прыгал, как воздушный шарик.

— Кто-нибудь… хоть примерно… знает… скоро ли?.. — пропыхтел Ангало.

Позади них раздался оглушительный свист, будто весь мир набирал воздух в свои легкие. Затем этот свист превратился… нет, не в шум: словно невидимый молот ударил их по ушам. Вот какой это был звук.

После того как земля перестала наконец содрогаться, номы кое-как поднялись и ошеломленно уставились друг на друга.

— Что? — переспросил Масклин. Его голос звучал приглушенно, как бы издали.

— ……………….. ? — спросил Гердер.

— …………………… ? — сказал Ангало.

— Что? Я не слышу тебя. А ты меня слышишь?

— …………………… ?

Масклин видел, как шевелятся губы Гердера. Он показал на свои уши и покачал головой.

— Мы оглохли!

— …………………… ?

— …………………… ?

— Оглохли, говорю. — Масклин поднял глаза.

Над головой у них клубился дым, и из этих клубов дыма, с быстротой, поразительной даже для номов (а ведь для них время течет куда медленнее, чем для людей), вырвалось продолговатое, стремительно вытягивающее облачко, с огненным языком на верхушке. Нестерпимый шум превратился в просто очень громкий и очень скоро прекратился совсем.

Масклин поковырял пальцем в ухе.

Наступило какое-то странное шипящее безмолвие.

— Вы слышите меня? — неуверенно спросил Масклин. — Кто-нибудь слышит меня?

— Это… — невнятно и с неестественным спокойствием проговорил Ангало. — Это было очень громко. В жизни не слышал ничего более оглушительного.

Масклин кивнул.

У него было такое чувство, как будто его всего измолотили чем-то тяжелым.

— Ты ведь кое-что знаешь, Ангало, об этих летательных аппаратах, верно? — спросил он тихим голосом. — Люди на них летают?

— О да. В верхней ступени.

— Но ведь никто их к этому не принуждает?

— Не думаю, — сказал Ангало. — В книге было написано, что желающих летать очень много.

— Желающих?

Ангало пожал плечами:

— Так там было написано.

Ракета уже превратилась в отдаленную точку на самом кончике расширяющегося облака белого дыма.

Масклин наблюдал за ней.

«Мы сущие глупцы! — подумал он. — Мы ведь такие крохотные, а живем в таком большом мире, и все же не хотим хоть чему-нибудь здесь научиться, прежде чем отправимся куда-нибудь еще. Когда я жил в норе, я знал все, что мне надо было знать, но прошел всего год, и я нахожусь далеко, просто невообразимо далеко от своего бывшего дома и наблюдаю за каким-то непонятным аппаратом, возносящимся так высоко, что оттуда ничего само не падает. И я должен проделать предназначенный мне путь до конца, потому что не могу вернуться обратно. Не могу даже остановиться на полпути. Так вот что имела в виду Гримма, когда рассказывала о лягушках! Знание изменяет тебя, делает совсем другим. И тут уж ничего не поделаешь».

Внезапно он спохватился: чего-то не хватает.

Не хватало Талисмана.

Он побежал туда, где его оставил.

Маленький черный ящичек лежал все на том же месте. Все сенсоры вдвинулись внутрь, и не горела ни одна световая точка.

— Талисман! — нерешительно окликнул он.

Слабо загорелась одна красная точка. Несмотря на жару, Масклин весь похолодел.

— С тобой все в порядке? — спросил он.

Талисман мигнул.

— Израсходовал слишком много пит… — сказал он.