Чтение онлайн

— У тебя автоответчик мигает! — радостно закричал Сашка Дронов, как только они со Светой вошли в ее квартиру.

Действительно: красный огонек пульсировал так, словно сообщений было несколько.

— Саша, я боюсь…

— А вдруг это кто-нибудь из твоих? — не унимался Саша. — Давай слушай! Нельзя же все время думать только о плохом.

Света подошла к телефону и села на стул, не решаясь нажать на кнопку.

— Давай я. — Саша включил автоответчик.

Сначала было несколько коротких гудков, затем взволнованный женский голос произнес: «Доченька, это я, твоя мама. Я жива и здорова… Все, целую. Не переживай…» И снова короткие гудки.

— Это мама! Останови и прокрути еще раз! Сашка перекрутил. И снова комната наполнилась голосом Клары Конобеевой.

В Светиных глазах стояли слезы.

— Она мне позвонила… Значит, жива! Но ей кто-то помешал говорить. Я точно знаю: если бы у нее была возможность, она сказала бы мне гораздо больше. Но она не успела сказать главное: зачем ее держат? И где?!

— Успокойся. Давай слушать дальше.

Второй звонок был еще удивительнее первого.

— Клара? Это я. Никому не говори о звонке. В милицию не обращайся. Это бесполезно. Береги девочку. Целую…

Света смотрела на телефон, словно видела его впервые в жизни.

— А это мой отец. Значит, он ничего не знает о маме.

— Как ты думаешь, мама знает про отца? Вместо ответа Света заплакала:

— Саша, мне страшно!

— Не бойся, я же с тобой. И родители, оказывается, живы. А если это так, значит, скоро вернутся домой.

Сашка успокаивал ее, как мог, хотя сам прекрасно понимал: плохо дело. Судя по всему, ее родителей держат в разных местах. Их похищения между собой никак не связаны. Непонятно, почему им вдруг в один и тот же день позволили позвонить домой? Это простое совпадение или за этим что-то кроется?

— Света, а почему ты раньше не включала автоответчик? — догадался спросить он. — Ведь эти сообщения могли быть уже давно.

Опустив голову, она молчала.

— Ты боялась услышать что-то страшное?

— Да, — сказала она, с трудом глотая слезы.

— Ну и трусиха же ты, Светка! — упрекнул он.

Она поняла: он говорит все правильно. Да, страх делает людей глупыми или странными, их поступки иногда бывает трудно объяснить. Хорошо, что Сашка понял ее. Света вдруг вспомнила, как они с Горностаевым выдавали себя за каких-то родственников из Воронежа, и слабая улыбка осветила ее лицо.

— Ты прав, я страшная трусиха, — легко согласилась она. И добавила: — С тобой мне ничего уже не страшно.

— Вот и хорошо. А что касается сообщений на автоответчике, то здесь все просто. Мы не знаем, когда их оставили. Знаем только, что сначала позвонила мама, а потом папа. Правильно?

— Правильно. Может, мама позвонила еще вчера утром, а я побоялась включить…

Сашка решил про себя, что никому не расскажет о Светиных страхах, ведь теперь-то информация дошла.

Саша представил себе насмешливое лицо Машки, и ему еще больше стало жалко Свету. Удивительное все-таки дело: он понимал, что, жалея Свету и ласково ее утешая, он почему-то предает Машу. А ведь он был в нее влюблен «до гроба»…

Так и не разобравшись в этих сложностях, Дронов решил: «Ладно, время покажет». И, приняв это мудрое, как ему показалось, решение, предложил еще раз прослушать сообщения.

— Мне кажется, что я слышу посторонние звуки, — объяснил он. — Вот послушай внимательно маму.

Он включил автоответчик, и они ясно услышали, что на голос накладывается какой-то музыкальный фон.

— Ты не знаешь, что это за музыка? — спросил он.

— По-моему, это саксофон. Грустная мелодия. Господи, да это же любимый мамин Фаусто Папетти!

— Любовник, что ли? — пробормотал извиняющимся голосом Дронов. — Итальянец?

— Да что ты! Это же музыкант, — улыбнулась Света. — Саксофонист. Мама его очень любит. Неужели похитители ублажают ее любимой музыкой?

Сашка не знал, что и ответить.

— Давай теперь внимательнее послушаем голос твоего отца.

Он нажал на кнопку. Но здесь не было никаких посторонних звуков.

— Судя по всему, он находится в закрытом помещении, потому что не слышно городского шума, — с важным видом заявил он.

— Ладно, Саша, будем ждать дальше… А что, если я попрошу тебя почистить картошку? Давай приготовим что-нибудь, глядишь, и время пролетит незаметно.

Только она это проговорила, как телефон взорвался звонком. В другое время он не показался бы таким громким. Но теперь, когда нервы у ребят были на пределе, они аж подскочили.

— Я возьму, тсс… — Сашка взял трубку. Он молча слушал, потом кивнул головой: — Понял. — Затем, обратившись к Свете, сказал: — Не волнуйся, это Пузырек… — Выслушав его до конца, он положил трубку: — Никита только что вернулся из парка. В штабе никого нет, он звонит из дома. Говорит, что нашел сумочку Валерии. А в ней любопытные фотографии. Он сказал еще кое-что, но это следует проверить.

— Что, скажи?

— Говорит, что на снимках рядом с Валерией твой отец! Он сравнил с теми фотографиями, которые ты принесла в штаб.

Не успев ничего объяснить, Саша вдруг спросил у ничего не понимающей Светы:

— Послушай, разве ты не говорила нам, что у вас телефон с определителем номера? Или я что-то путаю?

— Нет, ты не спутал. Говорила.

— Но ведь не бывает в принципе таких телефонов, чтобы в них был и автоответчик, и определитель номера.

— А у нас в каждой комнате по телефону. В маминой спальне — с определителем.

— Чего же ты молчишь?! Давай скорее посмотрим, откуда звонили твои родители!

Дронов выписал с определителя все последние номера телефонов и уверенно заключил:

— Я чувствую, что теперь мы уже совсем скоро найдем твоих родителей. Бежим в штаб!

Собрались все, кроме Горностаева. У Маши, которая считала, что впустую потратила время во «Флоре», было грустное выражение лица.

Зато остальные прямо-таки светились радостью.

Пузырек торжественно достал из зеленой сумочки фотографии, точнее, их клочки и бережно разложил на столе.