Чтение онлайн

— Великолепно! — вопил рыцарь, и кажется впервые в безжизненном голосе появились нотки эмоций — Ты можешь еще сильнее! Старайся! И Ферро, взбешенный репликами, наступал еще отчаяннее, безумнее, без всякой мысли о защите. В глазах потемнело, надрывно всхлипнуло горло комком крови. Он осыпал мечника ударами, но попадал лишь в землю, поднимая вверх короны грязных брызг. Из десятков ударов попал только один, оцарапав на излете грудную пластину. Посыпались искры.

Рыцарь пошатнулся. Но этого явно было не достаточно для победы.

Совсем не достаточно. Ричард пошел в атаку сам. Верно, настала очередь его хода… Ферро не видел ни лезвия, ни даже рук. Что-то звериное просыпалось в нем, подымалось над человеческим разумом. «Меч вверх!» визжит оно в ухо, и Ферро слушает, подчиняется, как будто Дед спустился сверху управлять его телом. Он подставляет меч влево, вправо, не задумываясь. Там где соприкасаются клинки — высекается целый феерверк, грозя ослепить заплывший глаз. Они вытоптали поляну, взбили грязь подобно тележным колесам. За время схватки дождь успел пойти на убыль… «Удивительно! Долго держишься!» — одобрительно прозвенел голос Ричарда. Пот вперемежку с дождевой водой и собственной кровью лился с Ферро. Тяжело быть орком. Пусть даже на такой короткий срок. Клинок рыцаря метался кругом, как безумный, проникая то в край запястья, то царапая ребра. Не видел Ферро уже практически ничего за тем гипнотизирующим движением. Не заметил он и фигуру настоящего орка, вынырнувшего из дождя чуть поодаль от места для фехтования. Нахлынула слабость. Юноша рухнул на одно колено. И когда в глазах потемнело, и боль куда-то ушла, пришло спасение.

Грозное «Грррх!» его учителя и свист гиганского топора. «Откуда он здесь? Я что-ли умер?» — скользнуло в отбитом черепе Ферро. Кругом затряслась земля. Учитель Ху-Рарк атакует, понял раненный.

— Прекрасно! Просто превосходно! — донесся утробный голос рыцаря из-под шлема.

— Второй по силе после Рур-Ху-Гррху, червяк! — снова атаковал красный воин.

— Отлично! Тебя я не буду щадить, Орк! — засмеялся рыцарь металлическим, безжизненным смехом, закрутив клинком с удвоенной скоростью. Снова задул ветер. В разные стороны, влево и вправо, а потом сверху вниз, придавливая сражающихся к земле, словно бы Ричард умел управлять погодой и менять ее согласно настроению. Хотя как такое возможно?

— Гррррх! Не мешайся, или я и тебя размажу, червь! — зарычал Ферро своему учителю, не слыша себя, поднимаясь с земли. Он встал меж топором орка и мечом черного рыцаря.

— Да ты проснулся, Ху-Ферро…

— Гррх!

— Отдохни, большой брат, — орк отбросил юношу в мягкую болотную траву. Повадки свинопаса стали почти орочьими, но силы совсем не те.

Дальнейшего Ферро не помнил, окунувшись в сладкое небытие потерянного сознания. Кто знает сколько времени пробыл он там, но очнувшись увидел жуткое… Страшный удар, он не разрубил, он разорвал орочью грудь пополам вместе с грубо сработанной защитной пластиной. Торчали осколки ребер. Кишки наружу. Кусок легкого. Ху-Рарк придерживал внутренности рукой, чтобы не сползли с живота, ускорив неминуемую гибель. Юноша бросился к нему, отказываясь верить глазам. Великий учитель проиграть бой просто не мог. «Этот демон. Быстрый.» — бормочет орк, судорожно вздыхая — «Проблема нашего воина всегда была в скорости… Ху-Ферро…». Руки и ноги воина все изранены. Не хватает пальцев. Ухо рассечено. «…последний урок, червячок…» — напрягся орк — «Если меч врага слишком быстрый… Пусть вонзится. Дай ему войти. В ребра, там много твердого. Пусть застрянет… А как застрянет, так руби со всех сил».

Из горла Ху-Рарка с хлипом вышла кровь: «Но этот демон… Быстрый.

Отпрыгнул, да меч оставил. Сломал пополам его железку. А он ушел.

Черт знает, отчего камнем не добил». Ферро знал отчего. Без меча не фехтуют. Но грозный учитель умирал, и ничто не могло этого исправить. «Грр, червячок, оплата за твое обучение…» — прервался орк, булькнув кровью — «передашь Рур-Ху-Гррху: союз отменяется, пусть берут топоры и… идут войной против третьей стороны…Эти всех погубят… Возьмешь мой знак… Племя встретит тебя как брата». Он говорил что-то еще, но Ферро не помнил, тщетно стараясь стянуть края ужасающей раны. Орк говорил что-то про его меч. Что-то про деда. И про племя… Краем сознания он заметил, — очнулась леди Нелль.

Сверху лупил град. Леди испуганно поджалась в комочек. Брезгливо посматривая на болота вокруг, на лужи, на умирающего орка, и на него, свинопаса Ферро. Смотрела, как на любую другую грязь. Ферро старался до последнего, стягивал рану скользкими от крови руками. Пока орк не перестал дышать. Да и после этого еще пытался заткнуть раны содранной с себя одеждой, судорожно перевязывал Ху-Рарка, точно это могло снова запустить по кругу механизм могучего сердца. Свинопас снял с него знак, большой острый камень с именем рода.

Последнюю волю учителя нужно было выполнить, даже если придется отдать свою жизнь ради этого. Он встал, не замечая холода разразившейся бури, побрел к Нелль, будто пьяный. Из многочисленных ран на голой груди сочилась кровь, оцарапанный живот еле сдерживал вес кишок, но тяжесть собственных ран его совсем не волновала.

— Это животное. Ты его убил? Оно больше не опасно? — опасливо покосилась на тело орка благородная леди. Прекрасное облако вдруг перестало казаться Ферро прекрасным.

Просто обычная высокородная девка, вдруг понял он совершенно отчетливо.

— Это не животное. Это мой старший брат. Он отдал свою жизнь за наши.

— А-а…

— Пошли, — грубо поднял ее за локоть Ферро, — доведу до тракта.

Гррх! Там и разойдемся, человечишка.

— Экак вас оцарапало, Сир. И очки треснули.

— Переживу, Тигль. Они сидели у общего огня, обессиленно раздумывая над будущим.

Потери в отряде значительные — десять мертвых воинов оставили еще в сонной дубраве. На гуля Варравий поскупился черного масла, но свои были святой обязанностью, добрая могила для всякого легионера — костровище, дабы отправился он тонкой струей дыма сразу к солнцу, где пируют сами мастера. Ну и разумеется, чтобы не поднялся повторно к жизни, уже как чертовый гуль. Включая тяжело ранненых, в болотной когорте не насчитывалось и двух десятков. Тигль Римус с грустью вздыхал по этому поводу. Смерть была ему привычна, как утренняя холодная похлебка, его печаль была скорее связана с трудностью выполнения последующей тактической задачи. С таким-то отрядом прорваться к осажденному городу. Возможно ли?

— Неправильные гули пошли, мой Император. Из луков стрелять научились. Никогда не были они такими мозговитыми, Сир, говорю вам, если так дело пойдет, всякий нам понадобиться. Каждый меч на счету будет.

— Откуда же они пришли, Тигль? Такие умные?

— Чую, не они это умные… Раньше то были глупые, Сир… Бывало придет сотня-другая с темного севера, так ее же на подступах артиллерией, да черным огнем… А нонче, если верить разговорам, у Рейнгарда стоят тысячи. Тысячи, мой император! Да еще и ведет их кто-то, и стрельбе обучил. Эх, — запустил пальцы в бороду первый легат, — эдак скоро не мы по ним, они по нам из пушек лупить будут.

А тут, почитай, шансы наши будут, что мозги северного орка.

Ма-аленькие такие. Типа орешка, — Тигль показал пальцами насколько мал этот орех. — Это значит шансов вобще нету. Стормо задумчиво изучал пламенеющий огонь.

— Магистрат, Тигль. Мы должны сместить магистрат. Их артиллерия, — посмотрел он прямо в глаза советнику, — должна быть нашей.

— Война с Гулями и государственный переворот? В одно и тоже время?

Ох, плохая идея, Сир. На вашем месте я бы подумал о союзе…