Куколка
Шрифт:
В:Ладно, переходите к письму.
О:Я отписал, мол, в новой должностишке катаюсь как сыр в масле, усердьем хозяину глянулся, так что возвращаться в Лондон нет резону. Дескать, в своем проступке шибко раскаиваюсь, надеюсь получить прощенье и был бы признателен, ежели б изыскался способ переслать мне причитавшееся.
В:Как отправили письмо?
О:С человеком, у кого в Глостере имелось дельце; он обещался присмотреть, чтоб письмецо поехало к месту, за труды я дал ему шиллинг. По возвращении он уверил меня, что все исполнено. Но зря я хлопотал и потратился, сэр, ибо ответа не получил.
В:Отчего ж вновь не написали?
О:Решил, без толку, сэр. Видать, мистер Лейси осерчал и платит мне тою же монетой, на что он в своем праве.
В:Что, слишком пустяшная сумма, чтоб об ней беспокоиться?
О:Да, сэр.
В:Сколько ж, по вашим подсчетам?
О:Часть я уж получил до того, как мы расстались.
В:Сколько?
О:Пару-тройку гиней, сэр.
В:Точнее?
О:Гинея задатку, остальное потом.
В:Сколько потом?
О:В Тонтоне я обратился к мистеру Лейси, и он выдал мне две-три гинеи.
В:Он говорит — одну.
О:Я запамятовал, сэр. Кажись, больше.
В:Вы столь беспечны к деньгам, что путаете гинею с тремя? (Не отвечает.)Вы получили две гинеи, Джонс. Сколько еще причиталось?
О:Восемь, сэр.
В:Каков ваш годичный заработок на нынешнем месте?
О:Десять фунтов, сэр. Понимаю, к чему вы клоните, но те деньги были все равно как потерянные, так что я на них плюнул.
В:Плюнули на почти годовой заработок?
О:Я не знал, как их заполучить.
В:Из Уэльса в Лондон часты корабли с углем, верно?
О:Может быть, сэр.
В:Как, вы служите у шипчандлера и не знаете?
О:Знаю, сэр, верно.
В:Почему ж с кораблем не послать письмо иль даже самому съездить за деньгами?
О:Какой из нас моряк, сэр, — боимся моря и каперов.
В:Полагаю, причина в ином. Вы лжете.
О:Нет, сэр!
В:Да-с, любезный! Вы узнали нечто, об чем не сообщили мистеру Лейси, смекнув, что всем вам грозит беда. Без серьезного повода вы б не сбежали, бросив все ваши деньги.
В:Ей-богу, сэр, я ведал лишь то, об чем нас с мистером Лейси известили да что сами прознали.
В:Ты увяз в собственной слизи, мерзавец! В твоей записке говорилось об корабле из Барнстапла. Я послал запрос: с первого по десятое мая рейсов на Уэльс не было.
О:Нет, меня спутали, но об том я узнал уж в гавани. Когда писал, думал, так оно и есть, но в Барнстапле мне присоветовали ехать в Бидефорд. Там я нашел балкер, отправлявшийся через три дня. Правда, сэр, можете справиться. Судно «Генриетта», хозяин мистер Джеймс Пэрри из Порткола, превосходный капитан, все его знают.
В:Где ты провел три дня?
О:Первый день отсыпался в Барнстапле, затем отправился в Бидефорд; поспрошав на причале, отыскал мистера Пэрри и сладился с ним об проезде. Днем позже благополучно, слава тебе господи, переправились через залив.
В:Кто тебе наврал об корабле из Барнстапла?
О:Я уж не упомню, сэр. Кто-то из гостиничных.
В:В записке ты сослался на Паддикоума.
О:Стало быть, он, сэр.
В:Смотри у меня, Джонс! Ты провонял ложью, как твои земляки луком!
О:Бог свидетель, сэр!
В:Вот твоя записка, где прямо сказано об мистере Паддикоуме. Но он присягнул, что ничего тебе не говорил, а он не лжец.
О:Значит, я перепутал, сэр. Шибко торопился.
В:И шибко напортачил, как во всей своей басне. В «Короне» я справился насчет лошади. Станешь утверждать, что первого иль другого мая там ее и оставил?.. Чего молчишь?
О:Совсем из ума, сэр… Теперь вспомнил: я поехал в Бидефорд и оставил коня в «Барбадосе», где заночевал. Дал денег, чтоб за ним присмотрели и послали весточку в «Корону» — а то ведь там спросят и сочтут меня вором. Вы уж простите, сэр, в башке все перепуталось. Об первом дне я сдуру брякнул, чтоб покороче. Какая, думаю, разница.
В:Я скажу какая, подлец ты этакий, и насколько ты близок к виселице. Дик мертв. Велико подозренье, что его убили, — он был найден повешенным неподалеку от места, где ты заночевал. Обнаружен пустой сундук, поклажа исчезла. С тех пор об господине и служанке ни слуху ни духу. История темная, но, скорее всего, их тоже убили, и самое вероятное, что сотворил сие ты. (Допрашиваемый бормочет на валлийском.)Что такое?
О:Неправда, неправда… (Снова бормочет.)
В:Что — неправда?
О:Девица жива. Я ее видел.
В:Ну гляди, Джонс! Еще раз соврешь, и я подберу тебе славный пеньковый галстук. Обещаю.
О:Клянусь, после того я ее видел, ваша честь!
В:После чего — того?
О:После того, где они были первого мая.