Чтение онлайн

— Честно говоря, я просто хотел предложить вам немного пофантазировать на эту тему. Для того чтобы поинтриговать читателя, не более. Если вы считаете, что этого делать не надо…

— Ну, отчего же, — милостиво кивнула Дымова. — Можно и поинтриговать, только в меру. Ведь книга в первую очередь о науке, о людях, которые двигают науку вперед.

— Вот именно, — подхватил Ленечка. — О людях, которые не следуют слепо проторенными путями, а смело экспериментируют и не боятся опровергать застывшие догмы. И ваша книга должна быть в первую очередь об этом!

— Ах, бросьте меня агитировать! — махнула сморщенной лапкой Ольга Святославовна. — Я так всю жизнь и прожила в борьбе с догмами. Если хотите знать, при моей непосредственной поддержке была создана первая в СССР комиссия по изучению феномена снежного человека.

— Опаньки! — ахнул изумленный Бублейников. — Что же вы молчали? Ведь это безумно интересно.

— Я не хочу, чтобы книгу читали исключительно из-за этих чудес. Моя задача в первую очередь рассказать о наиболее крупных достижениях отечественной археологии в двадцатом веке. А всякие чудеса — побочный эффект научной деятельности! — сурово отчеканила старушка, несколько противореча собственным недавним утверждениям.

— Одно другому не мешает, — осторожно возразил Ленечка. — Скорее помогает.

— Наверное, вы правы, — вздохнув, миролюбиво сказала Дымова. — Вот, кстати, относительно вашего вопроса. Я вспомнила те давние истории про снежных людей…

— Так они есть или их все-таки нет? — брякнул, не удержавшись, Бублейников. — Снежные люди, йети или как их там еще зовут?

— Конечно, есть, — спокойно ответила Дымова. — Иначе зачем бы я стала вам о них рассказывать? Снежный человек — это калька с тибетского «метох кангми». На самом деле названий много. На Северном Кавказе — каптар, в Монголии — алмас, в Америке — бигфут. Он ведь живет повсюду. Йети его называют в Гималаях. И мы его так звали, когда были там с экспедицией профессора Бахм…

Тут Дымова поперхнулась и закашлялась. Бублейников испугался, не станет ли ей плохо и не придется ли звать врача. Но Ольга Святославовна глотнула водички и как ни в чем не бывало продолжила рассказ:

— Так вот, про снежного человека доподлинно известно, что он может сканировать мозг человека, телепатически с нами общаться, внушать страх и так далее.

— Вы хотите сказать, что обратная связь в данном случае возможна?

— Видимо, да, хотя подтверждений никто пока не получил. Зато доказано, что снежный человек может сделаться для обычного человека невидимым. То есть внушить мысль — меня здесь нет, и путник пройдет рядом и не заметит. Также йети может обернуться деревом, огромным пнем, частью скалы. Даже девушкой.

— То есть? — заморгал Бублейников. — Зачем девушкой?

— Не знаю, может, они так шутят. Человеку внушили, что он видит красивую девушку, а на самом деле перед ним более чем двухметровый снежный человек.

— Хороши шутки, — вздрогнул Ленечка, представив себе такую картину. — А разговаривать они могут?

— Телепатически?

— Обычно.

— Такой информации нет. Иногда йети ловили, но членораздельной речи никто не зафиксировал. Но здесь не все ясно. Есть гипотеза, что в неволе снежные люди теряют все свои паранормальные способности. В плену они были беспомощны, как малые дети.

— А как в этом плане у Хозяина пустыни? — снова перевел разговор на интересующую его тему Бублейников.

— Думаю, там все гораздо серьезнее. И страшнее. Знаете, для сущностей высшего порядка в принципе нет ничего невозможного в нашем мире. Доказательств нам никто предоставлять не будет, мы может только догадываться. Все, давайте завтра, я и впрямь очень устала, а вы меня еще и разволновали всеми этими разговорами.

— Простите, я уже ухожу, — быстро вскочив с кресла, стал раскланиваться Ленечка.

— Наклонитесь ко мне, — неожиданно попросила Дымова.

Удивленный Бублейников наклонился, и тогда Ольга Святославовна прошептала ему на ухо:

— Вы же в курсе, что такое сакральные знания. Так вот, имейте в виду: я — носитель таких знаний, одна из немногих посвященных. Только — без права голоса. Поэтому больше того, что мне разрешено сказать, я вам не скажу!

Было довольно поздно, когда Максим добрался, наконец, до квартиры, где проживал Вова Колхозник. Ему довольно долго не открывали, и Печерников подумал, не спят ли ее обитатели. Наконец внутри послышалась какая-то возня, и визгливый женский голос из-за двери поинтересовался:

— Чего надо?

Максим решил не разыгрывать интеллигента и в тон ответил:

— Позови Вову, очень нужен.

За дверью на некоторое время воцарилась тишина. Затем женщина крикнула:

— Кому нужен?

Максиму стал надоедать этот бесплодный диалог, и он решил немного поднажать:

— Мне нужен. Дома он или нет? Пусть сам дверь откроет.

Внутри нерешительно поерзали.

— Зачем тебе Вова? Ты кто?

— А ты кто?

Максим хорошо знал такого сорта людей, поэтому от выбранной стратегии отступать не собирался.

— Жена! — заверещали из-за двери. — И тебя не знаю. Говори, зачем пришел или убирайся.

— Дело личное. Я что, должен орать на весь дом?

— Можешь шепотом, я услышу.

— Долг Вове принес, тысячу долларов. Хочу отдать.

Для достоверности Максим достал бумажник и потряс им перед дверным глазком.

Версия о добровольном возврате денег была как палочка-выручалочка. По каким-то необъяснимым причинам она благотворно и безотказно действовала на людей. Печерников в своей работе эксплуатировал ее нещадно.

— Ладно, сейчас открою, — милостиво сообщила невидимая собеседница и щелкнула замком.

Дверь приоткрылась, и Максим увидел низенькую полную тетку с белыми кудельками на маленькой змеиной голове. Одета она была в полинявший розовый халат и пушистые малиновые тапки.

— Давай деньги, я передам мужу, — сказала женщина, протягивая вперед короткую пухлую руку. Печерников машинально отметил обилие золота на маленьких толстых пальцах и вульгарно облупленный маникюр.