Чтение онлайн

Но он болен, говорит Анна-Лиза. Как это на тебя похоже — думать только о себе! Ему надо отдохнуть, не говоря о том, сколько он всего пережил. ТЕБЕ ПРИШЛОСЬ НЕЛЕГКО, ПРАВДА, РАШИД? ТЕБЯ, КОНЕЧНО, ПРЕСЛЕДОВАЛИ, ДА?

Да, отвечает Рашид, за мной гонялись. Но я не хочу, чтобы вы из-за меня ссорились. Может, я лучше пойду?

Отличная идея, говорит Курт.

ТЫ ОСТАНЕШЬСЯ ЗДЕСЬ! говорит Анна-Лиза.

Вот и славно, говорит Курт. Тогда я уйду.

Курт, ты меня удивляешь, говорит Анна-Лиза. Ты еще большее дитя, чем я думала. Но дело твое. Все-таки ты взрослый человек и сам выбираешь, где и как тебе жить. Если ты не понимаешь, какой это потрясающий шанс выучить несколько слов на чужом языке, получить пару уникальных советов на случай путешествия в дальние страны и прочее, это твоя личная проблема.

По мне, этот Рашид интересен примерно так же, как тухлая сосиска, говорит Курт.

Он меня оскорбил! взвивается Рашид. Ты слышала?

ТИШЕ, ТИШЕ. УСПОКОЙТЕСЬ ОБА, говорит Анна-Лиза. НИКТО ЕЩЕ НЕ УМИРАЛ ОТ ТОГО, ЧТО ЕГО РАЗОК-ДРУГОЙ НАЗОВУТ ТУХЛОЙ СОСИСКОЙ.

Сосиска и есть, не унимается Курт. В ответ Рашид срывается с места и в следующую секунду они уже катаются, сцепившись, по полу, дергают друг друга за волосы и кусаются.

Курт, знаешь что, говорит Анна-Лиза. Это невиданно! Всякому издевательству над гостями дома есть предел. Правда, давай-ка ты лучше уматывай отсюда побыстрее.

Прости-прощай, говорит Курт.

Скатертью дорога, отвечает Анна-Лиза.

Курт выскакивает из кухни, хватает свои вещи, будит Бада. Собирайся, говорит он ему. У твоей мамы котелок всегда плохо варил, а теперь и вовсе засорился, поэтому нам здесь больше не место. А тебе, поворачивается он к Анне-Лизе, я советую прочистить мозги, лучше всего прокипятить, пропарить на 95—100 градусах так с полчасика, не меньше. Звони, когда станет стыдно.

Это и к тебе относится, говорит Анна-Лиза.

Засим Курт с Бадом хлопают дверью, грузятся в трак и так газуют с места, что шины дымятся.

В порту Гуннар ждет не дождется Курта с докладом, не заметил ли он чего-нибудь неположенного во время своего ночного дежурства. Коре, как обычно, стоит рядом и жует паштет.

Я всю ночь не спал, рассказывает Курт, но не видел ничего сколько-нибудь загадочного или подозрительного.

То есть ты ничего не видел? уточняет Гун-нар.

Ничегошеньки, отвечает Курт.

Но у Анны-Лизы мозги своротило? спрашивает Гуннар.

Ой, она окончательно сбрендила, говорит Курт. Поэтому я хотел спросить, нельзя ли нам с Бадом пожить здесь несколько дней.

Здесь? переспрашивает Гуннар. На причале?

Ну да, неуверенно признается Курт.

Революционная идея, очень новая для меня, говорит Гуннар и погружается в раздумья. Честно говоря, мысль довольно странная и безумная.

Но пустые контейнеры на причале стоят, верно? спрашивает Курт.

Стоять они вроде бы стоят, говорит Гуннар, но жить в них запрещено решительно всеми законами, правилами и инструкциями.

Речь о двух-трех днях, объясняет Курт. Пока у Анны-Лизы мозги не вправятся.

Ты думаешь, они вправятся? спрашивает Гуннар.

Человек живет надеждой, отвечает Курт.

Так и быть, еще подумав, соглашается Гуннар. Но только на несколько ночей. И чтоб никакого мне здесь шума и пыли.

Большое спасибо, говорит Курт.

Пожалуйста, отвечает Гуннар. А теперь эа работу. Сегодня у нас наведение порядка.

Мы же этим позавчера занимались, говорит Курт.

Это было только начало, говорит Гуннар. А сегодня у нас учет грузов. А именно: я хочу составить полную опись всех ящиков и контейнеров со всем содержимым. Все-все до последней крошки.

Отличная мысль, мычит Коре с полным ртом паштета.

Ужас, вырывается у Курта.

Что ты говоришь, Курт? настораживается Гуннар.

Я? спрашивает Курт. Так… ничего.

А я отчетливо слышал, как ты сказал: ужас, говорит Гуннар.

Я так сказал? удивляется Курт. Не припоминаю. Но… если я правда такое сказал, так потому, наверно, что я думал о той машине, о которой читал… такая, знаете, машина для уничтожения хороших вещей. Ну, например, если вы купили себе что-нибудь очень хорошее, новый трак например, то ты помещаете его в эту машину, а она… значит раз и… плющит его в лепешку. Разве это не ужас?

У тебя жар? спрашивает Гуннар.

Да, температурка, наверно, есть, отвечает Курт. Так что сегодня никакого переучета не получится. Давайте отложим его до лучших времен. На после Рождества, например.

Учет у нас сегодня, говорит Гуннар.

Понял, отвечает Курт. Но ты же не хочешь сказать, что мы должны открыть все эти контейнеры?

Все до единого контейнеры должны быть открыты, говорит Гуннар.

И ты хочешь, чтобы мы заглянули в них? спрашивает Курт.

Так точно, говорит Гуннар.

И записали на бумаге, что в них? спрашивает Курт.

Сколько раз я должен повторять? вопрошает Гуннар.

Точно не знаю, отвечает Курт. Раза два, наверно, или три. У меня сегодня уши заложило. И ночью я не спал. Сегодня этот переучет некстати как никогда. Было бы гораздо лучше, ну так, навскидку, в тысячу раз лучше, если б мы перенесли все это на другой день.

Все должно быть сделано сегодня, говорит Гуннар.

Значит, так тому и быть, говорит Курт обреченно.

Всем понятно, что надо делать? спрашивает Гуннар.

Да, тихо шепчет Курт.

Слушай, говорит Коре, а если в контейнере окажется норвежский паштет, я могу подкрепиться?

Нет, отвечает Гуннар раздраженно. Ничего из того, что вы найдете, есть нельзя. И с этого момента запрещается задавать вопросы про паштет. Ясно?

Запрет на вопросы про паштет? ужасается Коре. Мама дорогая, о чем же тогда разговаривать?

Гуннар ничего не отвечает. Он поворачивается и уходит к себе в будку. А Бад с Куртом и Коре принимаются за работу. Курту с Бадом достается одна половина причала, а Коре вторая. Курт открывает контейнеры и смотрит, что в них, а Бад записывает это.