Чтение онлайн

Со стороны могло показаться, что герцог Уоллингфорд ждал ее. На его физиономии застыло выражение глубочайшего смирения. Он что-то сказал своему соседу, после чего бросил на стол салфетку и встал. Рост у него был весьма впечатляющим.

— Леди Морли. Добрый вечер. Надеюсь, у вас все в порядке. — Александре показалось, что он скорее рычит, чем говорит.

Она глубоко вздохнула, чтобы придать себе уверенности, и продолжила спуск по лестнице.

— Мой дорогой Уоллингфорд, вы именно тот человек, который может мне помочь. Я никак не могу объяснить этим итальянцам, что английские леди, какими бы они ни были сильными и либерально настроенными, не могут ночевать в общей комнате с незнакомцами. С незнакомыми мужчинами. С незнакомыми мужчинами-иностранцами.

Она стояла перед ним и улыбалась победной улыбкой, перед которой не устоял еще ни один высокомерный аристократ.

— Вы со мной согласны, ваша светлость? — спросила она, устремив на него томный взгляд из-под полуопущенных ресниц — последний, смертельный удар.

Лицо герцога оставалось мрачным.

— Разве наверху нет свободных комнат, мэм?

Александра беспомощно пожала плечами:

— Есть одна, но очень маленькая. В ней едва хватит места для мальчика леди Сомертон, а нас еще трое.

Она покосилась на спутника герцога. Хозяин гостиницы сказал, что с ним его брат, а все знали, что брат герцога Уоллингфорда…

— Лорд Роуленд! — До нее дошла пикантность ситуации. Мысли заметались. Она подумала о залитом дождем внутреннем дворе, где четверть часа назад оставила свою сестру и кузину, чтобы те позаботились о размещении багажа. — Я не знала… моя кузина… леди Сомертон… Боже правый!

Лорд Роуленд поклонился.

«Слава Богу, — подумала Александра, — он очаровательный хорошо воспитанный плут, не то что его ледяной брат».

Общество уже давно вынесло свой вердикт: младший из братьев красивее, хотя теперь она видела, что их черты отлиты по одной форме. Возможно, тут дело в цвете — лица, глаз и волос — или в выражении лица, но выглядел лорд Роуленд намного привлекательнее своего старшего брата. Правда, заговорил лорд чопорно и официально:

— Я только что уже имел удовольствие встретить ее светлость на крыльце. И ее очаровательного сына, конечно.

У Александры перехватило горло, причем она и сама не поняла, что с таким трудом подавила — стон или смешок. Лорд Роуленд и Лилибет сталкиваются на пороге гостиницы в итальянском захолустье. И это после стольких лет… Неисповедимы пути твои, Господи.

— Очаровательный? — наконец сумела выдавить она. — Да, наверное.

Она чувствовала себя до крайности неловко. На нее было устремлено так много заинтересованных мужских глаз, и все они стали свидетелями ее смущения. Это невыносимо! Она с трудом взяла себя в руки и прочистила горло. Может быть, ей все же удастся сказать что-нибудь внятное.

Но, увы, ничего не вышло, и Александра была вынуждена перевести взгляд на герцога.

— Дорогой Уоллингфорд, я должна просить вас о помощи. Вы определенно уже поняли, в чем заключается наша проблема. Ваши комнаты намного больше и удобнее, и к тому же их две. Вы же не допустите, чтобы… — Ей пришла в голову другая мысль, и она с надеждой повернулась к лорду Роуленду. — Мой дорогой Пенхоллоу, подумайте о бедняжке Лилибет, спящей на стуле в одной комнате со всеми этими незнакомцами!

Лицо лорда Роуленда отразило искреннее потрясение. Александра уже открыла рот, спеша закрепить успех, но тут вмешался некто посторонний:

— А вам не приходило в голову, леди Морли, что комнаты следует заказывать заранее?

На какое-то мгновение она смешалась. Этот глубокий, немного резкий и нетерпеливый голос, несомненно, принадлежал англичанину. Но это был не Уоллингфорд и не его брат.

Это еще кто? Ах да, есть же еще третий.

Александра не стала отвечать сразу. В конце концов, она все же была вдовствующей маркизой Морли. Она выждала секунду, другую, третью, и лишь только после этого медленно повернула голову и устремила взгляд на говорившего.

Он был не таким, каким она ожидала увидеть друга Уоллингфорда.

Кто он, черт возьми? Высокий, пожалуй, даже очень высокий мужчина. Он был на три или четыре дюйма выше герцога. А какие широкие плечи… представительный мужчина, ничего не скажешь. Александра знала Уоллингфорда и его всегдашних спутников — легкомысленных бездельников и пьяниц. Но этот голос — низкий, бархатистый, весомый — не мог принадлежать ни одному из них. Это был голос человека, уверенного в себе, привыкшего много думать, не склонного к легкомыслию и праздности. У него обязательно должны быть черные волосы и черные глаза — как у самого Уоллингфорда. Но у этого мужчины волосы были рыжими, глаза зелеными, а на переносице… что это? Веснушки? Ну да, самые настоящие веснушки на носу и скулах. Тоже мне, эльф, если, конечно, у эльфов бывают широкие кости, строгие проницательные глаза и рост не меньше шести с половиной футов.

Эдакий эльф-переросток.

— Между прочим, приходило, мистер… — Она мастерски выдержала паузу, такую долгую, что менее закаленные индивиды уже были бы у ее ног. — Мне очень жаль, но я, кажется, не расслышала вашего имени.

Выражение его лица почти не изменилось, если, конечно, не считать изменением насмешливо приподнятую бровь.

— Прошу прощения, леди Морли, — проговорил герцог. — Это непростительная оплошность с моей стороны. Имею честь представить вам моего друга — вы наверняка слышали его имя, когда занимались изучением философии, — мистер Финеас Фицуильям Берк, член Королевского общества.

— Ваш слуга, мэм, — сказал Финн и поклонился.

Александре потребовалось несколько секунд, чтобы переварить информацию.

— Берк, — проговорила она после очередной паузы. — Да, конечно, Финеас Берк, Королевское общество. Разумеется, кто же не знает мистера Берка. В прошлом месяце в «Таймс» была ваша статья об электрических… этих новых…

Она поняла, что не в силах произнести ни слова, и страшно разозлилась. Черт бы побрал этого проклятого Уоллингфорда, которого угораздило отправиться в путешествие по Италии с известным всей стране гением, занимающим в науке положение, почти равное божественному. Откуда, пропади он пропадом, герцог знает Финеаса Берка?

Она собралась и вымученно улыбнулась, искренне надеясь, что улыбка хотя бы отдаленно напоминает дружелюбную. Надо же было как-то загладить свое показное высокомерие.

— Я хотела сказать, что мы, конечно, заказали комнаты. Я давно отправила телеграмму. Но мы задержались в Милане. Понимаете, няня мальчика внезапно заболела и, боюсь, мое послание не дошло до хозяина вовремя. — Она с улыбкой обернулась к хозяину гостиницы, который стоял в стороне и делал вид, что все эти разговоры его не касаются.