Чтение онлайн

Десятка три или четыре воинов в звериных шкурах, с копьями и дубинами, окружали его. Позади полукольцом наступали жрецы-друиды. Факелы в их руках освещали место схватки.

Подняв меч, Велес бросился в самую гущу нападающих. Конь его, оскалившись и хрипло визжа, вертелся на месте, в то время как его всадник, подняв меч двумя руками, разил направо и налево. Уже несколько мертвых тел, рассеченных на части, валялись на земле, но воинов с дубинами становилось все больше и больше, и они все лезли вперед с безразличием зачарованных животных. Велес понял, что совершил ошибку, сразу остановившись и приняв бой, но отступать было поздно.

Какая-то тяжесть упала ему на плечи с ветвей. Скинув человека одним движением, изгнанник снова кинулся в бой, но этот краткий миг остановки дал его врагам передышку. Сразу десяток рук вцепились в него, начали вырывать меч, навалясь своими телами. Стиснув зубы, Велес попытался применить свою силу, но не смог сосредоточиться. Врагов было слишком много. Чьи-то зубы впились ему в запястья, шею. Несколько дубинок без устали колотили по спине и голове. Избиваемый жеребец еле держался на ногах и уже не пытался убежать, а только прилагал неимоверные усилия, чтобы не упасть. Пораженный метким ударом в висок, он со стоном упал на землю, а Велес вылетел из седла.

Он тотчас же вскочил. При падении меч выпал из его руки, но он успел завладеть чьей-то дубиной и пошел крушить направо и налево черепа, руки, ноги, груди и спины, отбрасывая в сторону одного врага за другим.

Однако силы были слишком неравны. Все больше и больше воинов, не обращая внимания на раны, повисали на нем, и наконец сила одолела силу. Велес почувствовал, как чужие руки, вырвав у него дубину, поднимают его над землей и несут обратно, к костру на поляне.

Решив дорого продать жизнь, Велес отбивался и сопротивлялся даже тогда, когда его протащили волоком мимо гаснущих костров к дубу. Жрецы, не принимавшие участия в погоне и охоте, уже завершили обряд и готовились к новому. Велеса, опутанного обрывками ремней и чужих шкур так, что он не мог пошевелить и пальцем, бросили у корней старого дуба на раскисшую от пролитой крови землю. Откуда-то появились новые факелы взамен прогоревших, и жрецы закружили подле дерева с тихой заунывной песней, от которой у Велеса сразу заломило в висках и захотелось спать. Борясь со сном, он отчаянно сопротивлялся чарам, которые опутывали его, мешая даже думать и реально воспринимать происходящее.

Неожиданно земля загудела под чьими-то тяжелыми шагами. Превозмогая боль и тошноту, стараясь отвлечься от сводящего с ума пения, Велес с трудом повернул голову и остолбенел.

С него сразу слетел умиротворяющий сон и покой. Над ним, опираясь на копье, стоял высокий человек, до того похожий на Перуна, что сначала Велес подумал — это он. Лишь приглядевшись, он заметил, что незнакомец повыше ростом, чем его враг, почти на вершок, немного моложе и отличается более резкими и грубыми чертами. Его крючковатый нос нависал над лохматыми усами. Борода и торчащие в разные стороны волосы были ярко-рыжего, почти желтого цвета, в то время как волосы Перуна были темнее, а в бороде блистала седина. Синие, как весеннее небо, глаза с ненавистью уставились на Велеса.

— Ты злой дух, посланный врагами уничтожить нас! — заявил он. — Ты нарушил наш покой, явившись в наши земли! За это ты умрешь во славу Великого отца!

Копье с наконечником устрашающего вида оказалось перед самым носом Велеса. Тот напрягся, отчаянно пытаясь разорвать невидимые путы заклятий, и с содроганием почувствовал, что не может этого сделать. Человек, склонившийся над ним, тоже обладал колдовскими силами, как и друиды. Каждый по отдельности был гораздо слабее Велеса, но сейчас они объединились и являли силу, с которой не всякий справится.

— Твоя кровь напитает наших духов и устрашит твоих вождей, но сначала…

Замолчав, Таран пристальнее вгляделся в глаза Велесу, словно заметил там нечто важное для себя. Тот почувствовал, как холодные пальцы чужой враждебной магии проникают в его череп, раздирая и перебирая его мысли. Неожиданно хищная улыбка тронула тонкие искривленные губы Тарана.

— Я, кажется, понял! — прошептал он. — Ты с севера!

— Север! Север! — загомонили жрецы, и воины, мало что понявшие, тоже подхватили это слово как боевой клич.

Сразу несколько рук вцепилось в Велеса, но, не слыша больше завораживающей песни, он нашел в себе силы стряхнуть их и выпрямился, пытаясь сесть.

Таран наблюдал за ним без особой вражды, с оттенком любопытства, и Велес решился.

— Ты разве знаешь меня? — спросил он, старательно подбирая слова на чужом языке.

— Тебя? Нет, — презрительно скривился Таран. — Но я встречал людей с твоей земли — ты тоже их видел. Я слышал, что вы, люди севера, обладаете силами, которые делают вас могущественными. Иногда вы делитесь ими с другими…

— Как поделились и с тобой? — В голосе Велеса мелькнула надежда и тревога одновременно — если с этим дикарем кто-то из Сварожичей поделился магией, это меняло дело. Но воин покачал лохматой головой.

— Нет, — отрезал он сурово, — никто из вашего племени не делился со мной своей силой, но это сделаешь ты!

— Я? — не поверил своим ушам Велес. Таран придвинулся ближе.

— Ты, — повторил он, — если хочешь, чтобы твоя смерть была легкой и быстрой!

Велес дернулся, стремясь порвать ремни, но друиды тут же вскинули факелы, готовясь запеть, а копье Тарана уперлось пленнику в грудь.

— Ты это сделаешь, — повторил Таран. И друиды запели.

Словно смертный сон, их чары опутали Велеса, поднимаясь все выше и выше, стараясь проникнуть внутрь и достичь сердца. Сжав зубы и зажмурившись до красных кругов под веками, Велес терпел, понимая, что вождь не знает, как делятся силой — для этого нужны годы. А взамен получить в награду смерть, подарив миру жадного до крови завоевателя? Нет, хватит и одного Кощея и тех, что родятся в другие эпохи! А он достаточно запятнал себя убийствами и преступлениями, чтобы совершить еще одно. Собрав все мысли в кулак, он глубоко ушел в себя, терпя неистовые попытки Тарана снова проникнуть в его сознание. Всякий раз мысль вождя наталкивалась на мощную преграду, и только крайнее упрямство мешало Тарану понять, что чужак отвечает решительным отказом.