Чтение онлайн

Потом один из них увеличился в размерах так, что голова у него застряла в окне автомобильной дверцы, а ветер ему так дул в уши, что аж слезы потекли по лицу.

Ах ты, гной забитый, гореньский, в говне тебя закопать надо, бензином залить и сжечь… чтобы не воняло… иди в лес, мастурбируй там (слегка согнув локоть и мягкое запястье). Увидишь, тебе сразу полегчает. Я тебя так себе и представляю, бык самодовольный. Мастурбировать надо в лесу, а не в интернете.

СЛОВЕНСКИЙ НАРОД ВЫРОЖДАЕТСЯ И ДУРЕЕТ, ЧТО ЗАМЕТНО И НА ВЫБОРАХ. ВМЕСТО ТОГО, ЧТОБЫ НАРОД ВЫБИРАЛ ЧЕСТНЫХ ЛЮДЕЙ, КОТОРЫЕ УЖЕ ЧТО-ТО СДЕЛАЛИ ДЛЯ СВОЕГО КРАЯ, ОНИ ВЫБИРАЮТ МАФИЮ, КОТОРУЮ ПОДДЕРЖИВАЕТ ЦЕРКОВЬ. НЕ НАДО БОЛЬШЕ ПЛАКАТЬ. КАЖДЫЙ ДЕНЬ У ВАС БУДЕТ ВСЕ МЕНЬШЕ ПРАВ, ЕЩЕ ЧУТЬ-ЧУТЬ, И ВАМ ВСЕМ ПРИДЕТСЯ ЦЕЛОВАТЬ РУКИ СВЯЩЕННИКАМ, ТАКЖЕ, КАК САМИ СВЯЩЕННИКИ, ИСПОРЧЕННЫЕ ИЗВРАЩЕНЦЫ, ЦЕЛУЮТ РУКИ ПАПЕ.

Ты, независимый, я все время за тобой слежу, говоришь, у тебя чешется там сзади, ха-ха, позови какого-нибудь саама, пусть он тебя обработает, так, по-хорошему, поставит тебя на локти и почистит задничные каналы, и ты сразу все увидишь, никаких проблем не будет.

Монитор73, давай, прекращай, у меня в округе никаких цыган нет, а есть нелегальные мусорные свалки, кражи, наркотики, изнасилования, грязь на полу, взломы автомобилей, вымогание на улицах, барсетники… а каков процент раскрытия этих преступлений? Годовой отчет полиции говорит, что раскрытие заявленных преступлений 39 процентов! Да, дорогие мои, по этой логике мы все время находимся под угрозой — кого мы будем выселять и куда?

Единорог — пожалуйста, не обижайся на меня, я страдаю шизофренией и страшна, как задница у свиньи, очень закомплексованная личность, только бог мне может помочь.

мне ее Шаркези дал в наследство, когда я своего кузена женила, хороший парень, собирает радиаторы

— В округе Мердуши сожгли один наш неиспользованный объект, потому что боялись, что туда могут поселить цыган, — рассказывал мне министр, весь в шоке. — Подумайте только, полицейский объект. Местные жители!

— У этих людей стресс, — сказал я, — сильный стресс. Государство отвернулось от них.

— Да, только наше министерство их не оставило в беде! — Разозлился господин министр, но в тот же момент взял в себя в руки — прежде чем сказать, пусть идут жечь объекты министерства правосудия, министерства экологии, министерства социальной помощи и так далее, так нет, — он сделал серьезное лицо и посмотрел на меня. — Только вы; видно, что вы разумный человек и подходите для решения таких вопросов. Разбираетесь в них. Я боюсь туда отправлять обычных полицейских, не хочу, чтобы они все решали.

Мозги в этот момент у меня отказали, нужно понять: я — бюрократ. То есть, не то чтобы душой, просто так уж сложилось, я делаю это профессионально и многие бюрократические вопросы могу решать достаточно эффективно. Хотя я больше занимаюсь административными вопросами, я людей понимаю, у меня широкие взгляды, я ведь закончил гуманитарный факультет, а не какое-нибудь там полицейское училище или занюханный институт управления. Но в целом я не занимаюсь охотой на социально проблематичных мамочек, это в мои задачи не входит; для этого у полиции должно быть определенное количество специально подготовленных людей, не так ли? Тогда почему он говорит это мне? — раздумывал я. Но говорил он это действительно таким сладким голосом. Действительно мягко.

— Вы по своему основному образованию — психолог, я узнавал. Если бы было время, мы бы могли найти для вас более подходящую работу, но вы же сами видите, какая ситуация. Во-первых, никто не хочет за это отвечать; во-вторых, вопрос — кому можно довериться. Какого сорта политики или диверсанты лезут в это дело — этого вам объяснять не нужно. А вы — интеллигентный человек. В общем, если нам сегодня не удастся убедить эту девчонку вернуться к остальным, будет гореть пол-Словении. Люди сами будут себя поджигать. Самосожжение.

— Не могу поверить, — говорю я, но господин министр был очень убедителен.

— Господин подсекретарь, — говорит он.

1Abakus «Наши бюрократы в целом — вполне нормальные люди»… Я вот не могу с этим согласиться. Им сильно не хватает знаний, и у них неправильное отношение к работе на государственной должности.

Т. н. НЕЗАВИСИМЫЕ, националисты, — ваши комментарии говорят о том, что вы просто выжили из ума. Этими своими цыганами и цыганским вопросом просто раскаляете политически напряженную ситуацию и науськиваете патриотичных словенцев, чтобы они еще больше ненавидели цыганское отродье и вас, националистов, вместе с ними. ПО СПРАВЕДЛИВОСТИ нужен незамедлительный референдум; граждане, а хотите ли вы получить в качестве соседей вороватых и ленивых цыган? РЕЗУЛЬТАТЫ народного референдума: нет, не хотим, 90 %. Это вы боитесь предложить, потому что трусите.

Независимое предложение — пусть цыгане загрузят свой мусор в машину, и пусть их отвезут на свалку! Даже я это могу сделать, чтобы вокруг дома было чисто. Но они поступают по-другому! Кур у меня больше нет, потому что каждый месяцу меня пропадало по одной курице, хотя все были под замком и никакой зверь не мог их украсть! Понятно? Да, пока у нас хватает денег, чтобы купить себе куриные яйца. Только сколько у меня денег, тебя не должно волновать, ты их не считал, ОК? Может быть, что у цыган этих денег даже больше, все может быть! Только почему я должен содержать эту гнилую и ленивую цыганщину? А где ты живешь — меня ни капельки не волнует. Если у тебя с ними прекрасные отношения, ты с ними и живи.

В общем, все понятно.

Наверху — если смотреть от машины, сейчас можно увидеть только наши черные силуэты на фоне светлого, вселенского неба — ветер дует, но это великолепно. А внизу — море темноты, действительно, с этой стороны никаких огней, просто невероятно в это время суток, какая пустота, как в раю!

Только вот потом я увидел одно исключение. Черт возьми, только этого не хватало.

Темнота была далеко не везде такой плотной и стопроцентной, сейчас можно было увидеть всю окрестность как на ладони. Я увидел кое-что, что меня совсем не порадовало. Верхушки сосен и буков недалеко от машины закрывали вид слева вниз, а отсюда все прекрасно просматривалось. Я бы скорее согласился, чтобы это были привычные фонари, которые бы подтвердили слова Агаты о спуске в цивилизацию, но вместо того вот — внизу, прямо под нами, мигает только легкий оранжевый свет, как завеса, слегка. Очень первобытно. Совсем необязательно всматриваться, чтобы понять, что это такое.

Явно не то, что хотел министр.

Презель: Вы видите то же, что вижу я?

Я кинул на него беглый взгляд — да, он тоже смотрит вниз. Мы оба замолчали; говорят, молчание — самый лучший ответ. Конечно, вижу. В горле ощущаю комок. Огромный космос, а внизу — магия огня. Огонь — это действительно что-то первобытное. Обычно он у меня пробуждает в памяти приятные моменты. Школьный разгул после Юрьева дня на люблянском холме Рожник, включая рвоту после пьянки и синяки на теле от неудобной позы. Огонь на одиноких скалах на море летом, два старших приятеля романтично бренчат на гитаре, а в темноте светится кожа молодых девчонок, пахнущих… — золотое время! Или это, как в рекламе, что же там точно было, ну, в общем, сто лет назад был такой рекламный сингл, который встрял в голову, как гвоздь: