Чтение онлайн

— Сочувствую. Читал сегодня газеты?

— У нас тут в деревне они появляются только после обеда.

Харри знал, что это не так, но все равно кивнул.

— Но они наверняка пишут, что я идиот-деревенщина, — сказал Скай. — И что потребовалось привлекать людей из КРИПОС, чтобы разобраться во всем, что я тут наворотил.

— Прошу прощения.

Скай пожал плечами.

— Да не за что просить прощения. Ты сказал все как есть, а я знал, что делаю. Да и потом — интересно было. Здесь редко что-то происходит, сам понимаешь.

— М-м-м… Ну, не так и много о тебе пишут. Газеты больше волнует, что убийцей все-таки оказался Тони Лейке. Бельмана много цитируют.

— Наверняка.

— Скоро они выяснят, кто был отцом Тони.

Скай обернулся и посмотрел на Харри.

— Мне следовало раньше сообразить, особенно когда мы узнали насчет смены фамилии.

— Что-то я не понимаю, Холе.

— Да не ты ли сам мне сказал, Скай, что Тони жил у деда по материнской линии на хуторе Лейке? Лейке. Отец матери. Тони взял фамилию матери.

— В этом нет ничего необычного.

— Возможно. Но в данном случае имелась веская причина. Тони прятался у деда. Его сюда отправила мать.

— Почему ты так думаешь?

— Одна из моих коллег говорила, — сказал Харри и на какое-то мгновение ощутил ее запах, запах этой ночи. — Она сообщила мне кое-что из того, что ей рассказал ленсман в Устаусете. О семействе Утму. Об отце и сыне, которые ненавидели друг друга так сильно, что дело могло кончиться убийством.

— Убийством?

— Я проверил биографию Одда Утму. Как и сын, он славился своим необузданным нравом. В молодости отсидел восемь лет за убийство из ревности. После чего и переехал в безлюдное место. Женился на Карен Лейке, у них родился сын. Сын вступил в переходный возраст, он уже тогда был хорош собой, высокий, обаятельный. Двое мужчин и женщина, почти в полной изоляции. Один из мужчин раньше уже убивал из ревности. Похоже, Карен Лейке попыталась предотвратить трагедию, тайно отправив сына из дома. Она подложила его ботинок в место, где только что сошла большая лавина.

— Я этого не знал, Холе.

Харри медленно кивнул:

— К сожалению, ей удалось лишь отсрочить трагедию. Ее скелет с дыркой во лбу только что нашли на каменной осыпи. А в нескольких метрах от нее снегоходом расплющило ее мужа и убийцу. Перед этим его пытали, у него сожгли почти всю кожу на спине и руках, вырвали зубы. Догадываешься, кто это сделал?

— О господи…

Харри сунул в рот сигарету.

— А как ты сообразил, что тут одно связано с другим? — спросил Скай.

— Наследственное сходство. — Харри закурил. — Отец и сын. От наследственности не убежишь, как ни пытайся. Я думаю, Одд Утму понял, что убийства, ведущие в Ховассхютту, означали, что на него тоже идет охота, что за ним по пятам идет призрак его собственного погибшего сына. Одд сбежал с хутора в ту заброшенную туристическую хижину, надежно спрятанную среди пропастей. И взял с собой фотографию своей семьи, семьи, которую сам же и разрушил. Представь себе: убийца, которому страшно, который, возможно, раскаивается, наедине с собственными мыслями.

— Он получил по заслугам, да.

— Я нашел эту фотографию. Тони повезло, он больше похож на мать. В мальчике на фотографии трудно уловить что-то от взрослого Тони. Но уже тогда у него были крупные белые зубы. А отец свои зубы прятал. Серьезное отличие.

— Но ты вроде говорил, что догадался именно из-за их сходства?

Харри кивнул:

— У них была одна и та же болезнь.

— Они оба убийцы?

Харри покачал головой:

— Это только красивые слова, Скай. Я имел в виду реальную болезнь — у них обоих был ревматоидный артрит. И сегодня утром это родство подтвердили. Анализ на ДНК фрагментов кожи на печке и волос Тони Лейке с его расчески показал, что они — отец и сын.

Скай кивнул.

— Ладно, — сказал Харри. — Во всяком случае, я приехал, чтобы поблагодарить за помощь и извиниться за то, что все так вышло. Бьёрн Холм просит передать привет жене и сказать, что это были лучшие котлеты и тушеная капуста, которые он когда-либо ел.

Скай коротко улыбнулся:

— Это все говорят. Они даже Тони нравились.

— Что?

Скай пожал плечами, вытягивая нож из ножен на ремне.

— Я же тебе рассказывал, что Миа в него влюбилась. Дело было вскоре после того, как Тони изуродовал Уле. Она пригласила его однажды домой на ужин, знала, что меня в тот вечер дома не будет. Жена ничего не сказала, когда они пришли, но конечно же, когда я все узнал, разразился скандал. Наслушался я грубостей, ты знаешь, как ведут себя девчонки в этом возрасте, да еще когда влюблены. Я, как идиот, пытался втемяшить ей, что Тони — насильник. А следовало бы знать, что чем больше ругаешь возлюбленного, тем больше к нему тянет. Потому что тогда они как бы вдвоем против всего остального мира. Да ты и сам это знаешь, некоторые бабы начинают переписываться с убийцами, отбывающими заключение.

Харри кивнул.

— Миа собиралась бежать из дома, хотела последовать за ним на край света, что-то жуткое, — сказал Скай, оборвал леску и начал ее сматывать.

Харри следил за возвращением вдруг обвисшей лески.

— М-м-м… На край света?

— Угу.

— Ясно.

Скай вдруг прекратил мотать катушку и взглянул на Харри.

— Нет, — сказал он со значением.

— Что «нет»?

— Нет — это не то, что ты думаешь.

— А что я думаю?

— Что Миа и Тони потом снова встретились. Он бросил ее, и больше они никогда не встречались. И ее жизнь продолжилась уже без него. Она не имеет к этому делу никакого отношения, понятно? Я дал тебе слово. У нее вот-вот все снова будет нормально, так что, пожалуйста, не надо…

Харри кивнул и вытащил изо рта сигарету, которая все равно погасла из-за дождя.

— Я больше этим делом не занимаюсь, — сказал он. — Но все равно твоего слова было бы достаточно.

Когда Харри отъезжал от парковки, он видел в зеркало, что Скай собирает свои рыболовные снасти.