Чтение онлайн

Но снежная картинка возвращалась, била по лицу наотмашь, выталкивая из незримого плена, выбрасывая наружу из страсти, забирая в прошлое…

— Властью, данной мне… — набатом зазвучало в Сониных ушах. И снова Данила.

Белое платье, тосты, сверкающие бокалы. Она куда-то стремилась, а Данила тянулся к ней, но Соня ускользала все дальше. Они стояли рядом, держались за руки, смеялись, они казались счастливыми, у них все было впереди.

Но лес не отпускал, как прекрасно было бы просто идти тоненькой ленточкой тропинки, наслаждаться тишиной, купаться в величественной красоте огромных деревьев и не думать ни о чем, кроме соловьиных трелей и солнечной листвы. Вот только пальцы дрожали от желания, а тело горело живительным огнем. Улф пьянил сильнее вина. Густое, липкое удовольствие не давало ей понять, где она, кто она.

— Властью, данной мне законом, объявляю вас мужем и женой, — всплыло в памяти.

Соня замерла, остановилась, прекратила ласкать чужое тело, мять каменные плечи, кусать мощную шею.

Жена, она жена. Она законная супруга. Значит, нельзя. Ей хотелось обнять, но это было бы неправильно. Надо отпустить, остановиться. Приказать себе забыть. С силой открыв глаза, она увидела его красивое лицо и легонько оттолкнула, чуть отползая. На них все еще была одежда, скрывающая тело.

Улф недоволен, его слегка перекосило от очевидного желания.

Но вдруг раздаются голоса. Они слышат их где-то рядом. Улф как всегда соображает первым и, видя, что Соня хочет что-то сказать, хватает ее за руку и до боли сжимает запястья. Они смотрят друг на друга, пытаясь отдышаться, надеясь скрыться от преследования, остаться незамеченными. Его рука такая горячая, сильная, та, о которой и мечтать стыдно. Соня до смерти желает прижать ее к себе, провести его пальцы по груди, бедрам, ягодицам… Пусть он сжимает и царапает. Улф делает попытку сблизиться, но Соня недвусмысленно отстраняется. Он опускает голову и тяжело дышит, смотрит на нее исподлобья, грызет нижнюю губу, как бы раздумывая, что теперь с ней делать. Продолжить начатое силой или отпустить? Но только не задавать вопросов, почему он оттолкнула. Ему на это наплевать.

Чужие голоса совсем близко, они проходят там, наверху, откуда они скатились. Куст плотно скрывает Соню и Улфа, но беглецы не шевелятся, стоят на коленях и смотрят друг на друга, перепачканные в земле и опавших листьях. Он щурится, его рука продолжает сжимать запястье девушки, Соня чувствует, как кожа немеет. Она не в силах с собой справиться так быстро. Ее грудь налилась, кожа покраснела, губы набухли и приоткрыты. Лесник ухмыляется, потому что Соня буквально источает желание, и он не сомневается, кто именно причина всего этого. Вот так коктейль из Улфа и смертельной опасности, из леса и похоти. Именно он делает Соню беспомощной.

Звуки наверху становятся тише, они удаляются и скоро вовсе исчезают. Им снова повезло, Соне и Улфу удалось скрыться, но как долго это будет продолжаться? Однако не это волнует девушку. Теперь он знает, как сильно она его желает: до боли в подушечках пальцев, до хрипоты, до звона в ушах. Как же она его целовала, будто через минуту объявлен конец света. Ласкала кончиком языка, с упоением наслаждаясь его теплом, силой, какой-то звериной настойчивостью и мощью. Еще никогда с ней не обращались так, словно близость — это самое главное в мире. Будто бы ее тело — это крепость, которую нужно немедленно захватить, разрушив стены вокруг, став единоличным хозяином.

— Что-то я заиграться, — усмехнулся Улф, — обычно я не целую чужих женщин.

От этих слов Соня немедленно опускается на землю, хочется сжаться в маленький комочек, превратиться в сухой лист, что сейчас торчит из его волос, стать незаметной, спрятаться, исчезнуть.

Значит, для него это просто игра? Развлечение? Она для него веселое лесное приключение. Ну еще бы, здесь же больше никого нет. Бог знает сколько он жил один в лесу. Это нормально для любого мужчины — хотеть женщину после долгого воздержания.

— Вдоль всего этого обрыва такие же кусты. Мы передвигаться быстрыми перебежками, — деловито замахал лесник руками, указывая куда-то, шепча руководства к их спасению, так, словно ничего не произошло, будто ничего не было.

Соне захотелось свалиться под этим кустом, подтянуть согнутые ноги к груди и пролежать так целую вечность, пока сердце не перестанет биться. Что она творит? Целуется с незнакомым мужчиной, изменяет мужу, лазит по кустам, спасаясь от людей с оружием. «Заигрался», — повторила про себя Соня, и стало больно внутри. Улф привлекал ее, несмотря на то, что она ничего не знала о нем. Своей силой, храбростью, горящем взглядом, решительностью, безграничной свободой и чем-то еще, чему Соня никак не могла дать название. Он показал ей вселенную в одном своем касании. Соня смотрела в его глаза и понимала, что узнала его. Узнала из тысячи встреченных и не встреченных людей. Все сумасшедшие сны и желания воплотились в одном человеке и взорвали ее мир на части, а для него это была просто игра.

Добравшись до очередного куста, Соня обернулась к Улфу, силы были на исходе. Ей приходилось сгибаться в три погибели, ведь кустарники всегда ниже деревьев, они находятся под лесом, именно поэтому их называют «подлесок».

— Почему нам просто не вернуться к хижине? У тебя ведь есть рация, а значит и другие средства связи имеются, разве я не права?

— Мы не приведем врага к хижине, — отчеканил Улф, хрустнув веткой под ногой и тут же оглядевшись по сторонам, как дикий зверь.

— Чего? — удивилась Соня, нахмурившись. В этой фразе явно имелся какой-то скрытый смысл, но девушка не понимала, о чем он говорит.

Вопрос остался без ответа, и Соня громко вздохнула:

— Я есть хочу.

— Я могу тебе предложить кузнечиков, гладких гусениц, личинок и куколок жуков-короедов.

— Смешно, — скривилась девушка. От мысли, что ей придется съесть гусеницу, ей стало дурно.

— Зря, очень хорошая белковая пища. Хуже, что у нас кончаться вода.

— Мы же купались в речке, с этим нет проблем, по-моему, — пожала Соня плечами.

Улф усмехнулся, Соня поймала его взгляд. О боже, эти глаза! Как же ей общаться с ним, не думая о том, что произошло несколько кустов назад. Губы все еще ныли, тело помнило его руки.

— Я не хотеть быть рядом с тобой, — покачал головой лесник, искоса оглядывая ее, — когда ты напиться из этой речки. Воду необходимо очистить.

Улф немного отошел в сторону, и Соня увидела, что он встал на колени и зачерпнул в бутылку воды. Соня с интересом наблюдала, как он наспех соорудил самодельный фильтр для очистки, используя песок и древесный уголь. У него все получалось так ловко и умело, что Соне пришлось мысленно окликнуть себя. «Эй, успокойся, женщина, никто не западает на мужиков из-за того, что они владеют навыками выживания в лесу. Ну, или почти никто». И все же смотреть, как он что-то делал своими красивыми и сильными руками, было настолько волнительно, что Соня прикусила губу.