Чтение онлайн

– Мам, – сказал он, – вот ты же была девушкой?

– Что значит была? – весело отозвалась мама. Ему стало чуть полегче от её задорного голоса.

– Ну хорошо, вот что значит, если девушка обещала написать или позвонить, а сама не делает этого?

Она ласково посмотрела на сына, скрючившегося за столом.

– Она просто может быть не уверена, что поступит правильно, если выполнит обещание, – и мама погладила его по голове.

Лёва обернулся к ней и с надеждой спросил:

– Ты думаешь?

– Да, – сказала она мягко, а потом спросила: – Ты что, влюбился? – и, не дождавшись ответа, вздохнула и сказала с тревогой: – Сыночек, тебе же в этом году экзамены сдавать в школе, и у тебя соревнования…

– Ой, мам, хватит… – он выкрутился из-под её руки и ушёл к себе в комнату.

Хотел посмотреть в телефон, но вспомнил, что он закрыт в ванной с отцом, громко плюнул и стал читать учебник по информатике. Опять плюнул и сказал:

– Вот, бред!

Он лёг на кровать, взял гитару и, глядя в потолок, стал перебирать струны. Тут раздался звонок из его мобильного. Он взлетел с кровати и кинулся к ванной. За дверью раздавалось пение отца на армянском и переливы из телефона, которые тут же прекратились. Лев застонал и сел на пол у двери ждать когда она откроется.

Когда из ванной вышел отец в халате, Лев прополз в дверь у его ног и схватил смартфон. Экран покрылся паром и было не видно от кого звонок. От протирания ладонью включились ненужные приложения и Лев боролся с ними, согнувшись на полу, ещё какое-то время, со стороны напоминая буйно-помешанного. Родители вдвоём молча наблюдали за его манипуляциями с телефоном. Когда же выяснилось, что звонок был от Штопора, а потом от него же осталось голосовое сообщение, Лев выдохнул и снова сел на пол, запустив руку себе в шевелюру.

Сообщение голосом Штольского извещало: «Я знаю, ты сидишь и ждёшь звонка, но тогда странно, что ты не ответил на мой. Хм, может, тебе уже это не нужно, но я всё придумал. И это гениально! Зацени! Берём завтра у Дохлого на уроке самый дохлый комп, а это номер девятнадцатый, я проверял, ребята из «В» класса подтвердили, что он глючит. Ты его ломаешь, пока я обеспечиваю себе алиби, угощая Ксюху конфетами, потому что я не хочу в этом участвовать. Ну, друг, без обид, это же твой гимор, да? И всё в шляпе! Гениально, правда?»

Лев стал набирать ответное сообщение, но пальцы тыкали не туда и текст получался ещё более идиотским, чем послание Штольского. Тогда он набрал его номер. После долгих гудков, весёлый голос пропел в трубке:

– А я знал, что ты будешь меня благодарить, но можно без этих реверансов. Просто принеси конфет повкусней, чтобы мне было чем кормить Ксюшу и, возможно, ещё кого-то. А…

– Ты что, дебил? – прервал его Лёва. – Что это даст кроме поноса ей и тюремного заключения мне? Да, и что там у тебя в шляпе?

– Ты задаёшь слишком много вопросов, тебе не говорили?

– Вообще-то говорили, – усмехнулся Лев.

– И да, я тебя прощаю, – высокопарно заявил Штольский и сам засмеялся икающим смехом над своей шуткой.

– Ты там чипсами обожрался что ли? А-а-а, ты всё-таки пиво купил, – предположил Лев.

– Да ничего я не купил, хватит тарахтеть, послушай умного человека! Я тут весь вечер решаю твою проблему! Ну, элементарно же, Ватсон! – он опять заржал с иканием пополам. Насытившись иканием, Штольский стал излагать более внятно:

– Итак, идём, берём девятнадцатый. Ты его ломаешь, понимаешь? Именно ты! А я отвлекаю всех конфетами, и это гениально само по себе, ты что, не врубаешься? Я и Ксюха – это само по себе гениально отвлекает всех! Это нонсенс! Я возвращаюсь к тебе и к девятнадцатому, мы говорим такие: ты чего нам всучил, Дохлый? Это же не комильфо! Он тогда даёт нам свой комп, чтобы доделать задание, и ты… Я подчёркиваю! Ты! Находишь в нём данные Оли, – он остановился и икнул по-настоящему на этот раз, – да, и конфет, кажется, нужно будет много, – он опять икнул, – ой, ладно, я пойду попью.

Лев сидел и смотрел на замолкший телефон с уважением. Потом он вскочил и, на ходу надевая куртку, уже в дверях прокричал родителям:

– Я скоро вернусь!

– Ты куда? – откликнулась мать.

– За конфетами.

Она в недоумении посмотрела на отца:

– Ничего не понимаю.

ГЛАВА 4

Кабинет информатики находился на четвертом этаже рядом с зимним садом.

Лев думал, что это он боится осуществлять задуманное, но когда увидел Штольского перед информатикой, который до этого казался всё утро спокойным, то понял, что его собственный страх – это песчинка в пустыне Штольского. Он позвал Лёву в туалет и там, возле писсуаров предложил:

– Давай выпьем! – и открыл рюкзак, там была банка Баварского и мерзавчик с водкой.

– Да ты обалдел! – Лев стал закрывать его рюкзак, но Штольский с усилием его растопыривал, как будто от рюкзака зависел весть успех операции.

К ним влетели пятиклассники и заняли сразу три писсуара.

– А ничо новая музичка, да? Весёлая! – сказал один мальчишка другому.

– И играет классно!

– Ага.

Они забыли смыть за собой и убежали.

– Давай выпьем, лучше дело пойдёт! – шипел Штольский, сражаясь за рюкзак.

– Слушай, Ген, я понимаю, что ты пиво любишь, но не здесь же…

– Да, ты прав! – почему-то шёпотом сказал Штольский, оглянулся и добавил: – Пиво – это святое! А водки и здесь залить можно, – он схватил прозрачный бутылёк и, открыв, опрокинул себе в глотку.

Лев стал хватать его за рукав и отдёргивать, но тот уже успел выпить больше половины.

– Ты хоть ел что-нибудь? – спросил Лев.

– Кисель в столовке.

Лев посмотрел на него как на идиота.

– Ну там не было больше ничего съедобного на завтраке. Что, я буду ячменную кашу есть что ли?