Чтение онлайн

В том, что император воспримет нововведение положительно, капитан 3 ранга не сомневался, ибо Павел активно занялся военным переустройством.

Концепция предусматривала учреждение департамента военной контрразведки при Тайной канцелярии, а также его отделов в армии на флоте. Им предписывалось создание осведомительной сети, в целях выявления иностранных шпионов, а также любых других лиц, проявляющих интерес к государственным секретам.

— Сие весьма важно, — одобрил документ Павел. — И за каждый такой случай — смертная казнь или каторга. Чтоб неповадно было! — И наложил резолюцию.

Машина завертелась, облеченный особыми полномочиями Березин развил бурную деятельность, и спустя несколько месяцев его детище заработало.

Два иностранных посла были выдворены из России, десяток пойманных шпионов поплатились головой, и все, что касалось армии, накрыла завеса тайны. Достижения преданного слуги не остались без внимания, Березин получил чин капитана 1 ранга, а заодно и роскошный дворец в центре Петербурга.

— То ли еще будет, — сказал он себе и выдвинул очередной прожект, о создании разведки.

До этого вся информация о политике иностранных государств в отношении России поступала только по дипломатическим каналам и была весьма поверхностной. Березин же предлагал перевести все на профессиональную основу.

При каждом после учреждалась должность секретаря, бывшего штатным сотрудником руководимого им департамента, коему предписывалось иметь сеть зарубежных осведомителей.

— Золота не жалеть! Я должен знать все, что творится в Европе, — согласился с новой инициативой монарх, и Казначейство получило соответствующее указание.

При реализации проекта у Березина возникли известные трудности с подбором «рыцарей плаща и кинжала», и он обратился за помощью к Шешковскому.

— Для сего дела нужны особые люди, — многозначительно изрек Степан Иванович. — Чтоб не подлого сословия и языки знали. Есть у меня такие на примете, запоминай.

Трое из предложенных кандидатов устроили Березина, (все они были из дворян и имели университетское образование), и он активно занялся их подготовкой.

Для начала рассказал, какие цели и задачи преследует разведка, ознакомил с формами и методами ее деятельности, уделив особое внимание способам приобретения агентов и особенностям работы с ними.

Ученики оказались понятливыми, и, спустя полгода, в русских посольствах Англии, Германии и Франции, возникли первые «секретари».

Вскоре, по дипломатическим каналам, от них стала поступать заслуживающая внимания информация, которая докладывалась лично Павлу.

А им, между тем, овладела идея мирового господства.

Этому способствовали небывалое усиление России и утверждение ее на Балканах, имеющиеся в наличии непобедимые армия и флот, а также все набирающая обороты промышленность.

Завистливый и самолюбимый по натуре, взросший под сенью великих дел Петра I и своей матери, Павел жаждал войти в историю и верил в божественность своего предназначения.

Теперь, когда границы Империи раздвинулись до Босфора, а Европа изъявляла ей свою дружественность и покорность, Павел решил совершить поход в Индию. Целью его было утвердиться в Индостане, а заодно ослабить Владычицу морей, которая, по докладам Березина, продолжала плести интриги в отношении России.

В первых числах декабря в Петербург был вызван казачий генерал Платов.

Матвей Иванович происходил из старшинских детей Войска Донского, в свое время отличился при взятии Перекопа и Кинбурна, а в 1-ю русско-турецкую войну в битве у реки Калалах, командуя тысячей казаков, разбил и обратил в бегство двадцатитысячное войско крымских татар.

Генерал был с почетом принят в Михайловском дворце, затем последовал взаимный обмен приветствиями, и Павел уединился с ним в своем кабинете.

— Как славный Дон, как поживают мои казаки? — плюхнувшись в кресло, вопросил император и ткнул пальцем во второе: — Располагайся.

— Божьей милостью, ваше величество, — грузно присел в него Платов. — Я бы даже сказал, благоденствуют.

— Вот как? — высоко вскинулись короткие брови. — Почему?

— Турок мы разбили, татарва угомонилась, на границах мир. Пашут казачки землю, сеют хлеб и радуются.

— Пашут, говоришь? — забарабанил по столу пальцами Павел и остро взглянул на атамана. — Рано!

— Вам виднее, ваше императорское величество, — дипломатично ответил тот и стал ждать, что будет дальше.

Павел же, вскочив с кресла, нервно забегал по кабинету и изложил Платову свое видение мироустройства.

— А для того нам надлежит свершить поход в Индию, изгнать оттуда англичан и утвердиться на новых землях! — Брызжа слюной, он воздел к потолку руки. — Надеюсь, ты меня понял?

— Точно так! — вскочил с места и вытянулся во фрунт генерал. — Как не понять?

— Садись, — милостиво кивнул самодержец, после чего загремел ботфортами к висящей на стене карте и, тыча в нее схваченной со стола указкой, изложил диспозицию похода.

Задуманный императором план включал в себя формирование сорокатысячного корпуса из казаков, артиллерии и пехоты, доставку их судами через Каспий в Персию, переход через Кандагар и Герат в Индию, и разгром там колониальных войск Англии. «Однако», — подумал про себя Платов, но виду не подал. Себе дороже.

— Командовать корпусом будешь ты, срок подготовки три месяца, цель похода держать в секрете, — вздернул курносый нос Павел.

От дворца казачий атаман отъехал в самом мрачном расположении духа (от кампании попахивало авантюрой) и приказал кучеру везти себя в номера, выпить водки.

Как и многие военачальники, он не принял военных реформ Павла, переустройство армии по прусскому образцу и наводнение ее голштинцами. Нарастало недовольство и в среде старших офицеров флота, которые не верили в подготовку заговора командой «Левиафана» и стали подвергаться обструкции. Некоторые из них, подобно адмиралу Грейгу, были списаны на берег и остались не у дел, а остальные находились под пристальным вниманием военной контрразведки.