Чтение онлайн

Около 10 часов Барберина подозвала к себе мальчишку лет двенадцати и спросила его:

— У тебя есть бабушка?

— Да, мама моей мамы, но я редко вижу ее.

— Почему?

— Потому что папа сказал, что если она заявится к нам еще раз, он ее в окно выбросит, — сказал мальчик, а немного погодя добавил: — А мы живем на 6 этаже.

— Вот и у меня та же история.

— Вы тоже живете на 6 этаже?

— Нет. Но мой зять не позволяет мне видеться с дочерью, моей единственной дочерью, — со слезами на глазах сказала Барберина.

Мальчик не понимал, что хочет от него эта бабушка.

— Я ничем не могу помочь вам, — пробормотал он.

— Нет, можешь. Я дам тебе 10 франков.

— За что?

— Моя дочь очень любит пирожные. Такие пирожные делают только в нашем квартале Рикье… Я принесла пирожные… Она дала мне ключ от машины… Ты сможешь открыть вон ту машину?

— Ключом? Конечно!

— Когда откроешь, положи под сиденье водителя… Дочь знает, что я всегда туда кладу… Положи так, чтобы зять ничего не заметил.

— И вы мне дадите 10 франков?

— На, держи.

— Давайте вашу коробку, — сказал мальчик, засовывая деньги в карман.

Операция прошла без сучка и задоринки. Мальчик и старуха разошлись в разные стороны, очень довольные друг другом. Часовой механизм бомбы был установлен на 10 часов 5 минут.

В 10 часов Эспри и Мирей вышли из дома и сели в машину. Посовещавшись, они решили ехать в Болье. В 10 часов 4 минуты они тронулись по направлению бульвара Сесоль. В 10 часов 5 минут их машина взлетела на воздух.

Анжелина Сервион испугалась, что скоро овдовеет, когда увидела, как побледнел ее муж. Положив телефонную трубку, он рванул ворот рубашки, словно ему не хватало воздуха. Пуговица отскочила. Комиссар беззвучно открывал и закрывал рот. Анжелина вспомнила, что его дедушка умер точно так же…

— Оноре!

Он махнул рукой. Кровь прилила к лицу, и он прохрипел:

— Мне остается только подать в отставку…

— Но…

— Именно в тот день, когда я решил немного отдохнуть!..

— Да скажи же, наконец, в чем дело!

— Только что убиты Эспри Аскрос и его жена…

— Убиты? Ты уверен, что их убили?

— Ну разве что он сам подсунул себе в машину бомбу, которая отправила их на небеса…

— А… а больше ты ничего не знаешь?

— А тебе этого мало? Сначала убили Мариуса Бандежена, потом Пелиссана, теперь убит Аскрос… Вендетта продолжается!

— Мне кажется, ты преувеличиваешь.

— В одном я уверен: из Марселя скоро поинтересуются, не считаю ли я свое пребывание в Ницце отпуском за счет правительства. Если я не прекращу эти убийства, мне можно укладывать чемоданы.

— Я уверена, что ты во всем разберешься, Оноре!

— О, если бы боги — покровители полицейских — услышали тебя! Позвони Кастелле и скажи ему, что я еду в Сен-Бартелеми. Пусть он тоже приезжает. Я не знаю, когда вернусь сегодня.

— Я привыкла, — вздохнула Анжелина, пожимая плечами.

Когда муж вышел, она позвонила инспектору.

— Кастелле? Это Анжелина. Муж отправился с Сен-Бартелеми. Он просил, чтобы вы тоже приехали туда и как можно скорее.

— Я уже еду. А как патрон?

— На него смотреть страшно. Он уже говорит об отставке…

— Да, веселенькое дельце…

— Кастелле… Вы догадываетесь, кто это сделал?

— Я не догадываюсь, мадам. Я знаю. Но я не стану говорить об этом вашему мужу. У него и так хлопот хватает.

— Но надо прекратить эти убийства, иначе его ждут крупные неприятности.

— Успокойтесь, мадам. Я думаю, убийств больше не будет. У меня есть кое-какие соображения на этот счет.

На бульваре Сирнос Сервион осматривал обломки взорвавшейся машины. Дежурный полицейский сообщил, что чудом не пострадал никто, кроме тех, кто находился в самой машине.

— Где трупы?

— Все, что от них осталось, отправили в морг.

— Их личности установлены?

— Да, многие видели, как супруги Аскрос — тут их знают почти все — садились в машину, а потом буквально через минуту произошел взрыв.

— Бомба?

— Не знаю. Все отправили в лабораторию, там выясняют.

— Можете еще что-нибудь сообщить?

— Ну я… хотя нет… Тут один старик говорит, что ему что-то известно о покушении, но по-моему у бедняги не все дома. Я направил его в комиссариат.

— Поехали.

Свидетель с первого же взгляда понравился Сервиону. Высокий худой старик по-военному представился:

— Жюль Фалькон, 81 год, унтер-офицер колониальных войск в отставке.

— Садитесь, друг мой. Говорят, что вы видели убийцу? — Не исключено.

— Я слушаю вас.

Старый вояка рассказал, что он любит сидеть у окна, это позволяет ему чувствовать себя не таким одиноким. Он настолько привык к виду за окном, что сразу же замечает все новое. И вот в течение шести дней на улице каждый день стали появляться две старые женщины. (Пульс Сервиона забился сильнее). Эти женщины всегда стояли как раз напротив дома, в котором жили Аскросы, они все время поглядывали на часы и что-то записывали на клочке бумаги.

— А сегодня вы их видели?

— Только одну, ту, что пониже.

— Вы можете описать этих женщин?

— Это довольно трудно… Они стояли слишком далеко, и я не рассмотрел их лиц… Впрочем, лица были закутаны платками.

— Черными?

— Да.

— Вы видели корсиканок в национальном костюме?

— Да, они как раз так и выглядели. Я когда-то два года служил в гарнизоне в Бастии.

— Спасибо.

Сервион вышел из комиссариата уже не таким подавленным.

— Вам ничего не надо объяснять, Кастелле.