Чтение онлайн

Не убивать вполне получалось. Антиэлектрический пояс давал для этого все возможности. А если учесть, что на Шугаду я его немного модернизировал, наш рейд напоминал скорее прогулку, а не реальный прорыв к залу ристалищ.

На АЭПе имелся теперь режим «слойка». Когда он был включен, в зоне возле меня — «эпицентре» — электричество оставалось, дальше шла «зона сплошных разрушений», где электромагнитное поле отсутствовало. Потом оно восстанавливалось, но уже там, откуда обнаружить нас обычными неэлектронными «средствами слежения» — глазами, ушами, носами, через бинокль, перископ или какую-нибудь слуховую супертрубу — было достаточно сложно.

Конфигурацию зон я мог выставлять какую угодно. В лабиринтах императорского дворца наиболее выгодной оказалась вытянутая каплевидная. В авангарде со мной двигались Луджер с Суйюнем, дальше головорезы Ханеса, их командир замыкал наше боевое построение. Попадающихся по дороге людей с оружием, которое «почему-то не работало», попросту оглушали и оттаскивали в сторону. Остальные сбегали сами. Попадать под раздачу никому не хотелось.

Каждые двадцать секунд идущий в середине колонны связист докладывал об изменениях обстановки. Я специально позволял отдельным камерам и датчикам попадать в зону, где поле работало, поэтому за нами теперь, как и за ментальной дуэлью Анциллы и регента, следили практически все новостные каналы.

Первые бойцы в бронескафах встретились нам за два этажа до цели. Эффект применения по ним моего чудо-пояса оказался забавным. Лишенные электричества боевые доспехи мгновенно превращались в мёртвый металл, и обездвиженные гвардейцы становились похожими на затейливые скульптуры, замершие посреди комнат и коридоров. Мы их не трогали. Просто обходили и двигались дальше.

Где-то за сотню шагов до цели, у выстроенной впопыхах баррикады из мебели нас встретил человек с белым флагом. По всей вероятности, именно здесь проходил последний «рубеж обороны».

— Ну? Что хотел? — поинтересовался я без всякого пиетета.

— Герцог Вионцо, член Регентского совета и Совета пятнадцати, — представился парламентёр. — С кем имею честь?

Я ухмыльнулся:

— А то вы не знаете? Барон Румий, конечно, кто же ещё? У вас, кстати, есть ровно десять секунд, чтобы объяснить мне, зачем вы накидали тут всякого мусора?

Герцог досадливо сморщился, но изображать из себя обиженного не стал. Насколько я помнил, в обоих Советах он представлял группу соперников дома Ван Тиль, а значит и моего тоже.

— Простите, барон, но пока ритуал Ан-Заф не закончился, вам сюда хода нет.

— Это ещё почему?

— Потому что таков закон.

— И как же вы собираетесь меня не пускать?

Оппонент тяжко вздохнул и вытянул из набедренных ножен короткий меч, больше похожий на мясницкий тесак, а не на благородный клинок для дуэлей и боя.

— Увы, мне придётся бросить вам вызов. И если вы действительно тот, за кого себя выдаёте, вы его примете.

Пару секунд я просто смотрел на этого дурака, прикидывая, прикончить его не мешкая или пускай ещё поживёт…

— Отказываться нельзя, — прошептал подошедший вплотную Луджер. — Отказом вы сразу поставите себя в низшее положение, и вас никто больше не признает, а те, кто признал, откажутся.

Я мысленно сплюнул.

«Чёрт бы побрал этих аристократов! Напридумывали себе всякой фигни…»

— Хрен с тобой, золотая рыбка. Драться, так драться, — обнажил я любимую МСЛ…

Малая сапёрная лопатка против ножа и тесака — схватка стандартная. На Флоре у меня таких было десятка четыре. Поражений ни разу не потерпел. Вничью завершились три, да и те — только из-за решения судей. Все остальные бои выиграл вчистую.

Глава дома Вионцо клинком владел так себе. На арене в Ландвилии его бы нашинковали в капусту меньше чем за минуту. У меня такой «привилегии» не было. Я всё же решил не убивать этого чувака. В открытую войну с правящими домами ввязываться пока что не стоило. Сперва надо было вытащить из этого вертепа Анциллу.

Лучший способ победить в поединке не убивая — это обезоружить противника.

Герцог, сволочь такая, обезоруживаться не желал. Прыгал туда-сюда, словно козлик, финтил, уворачивался от захватов, и я, чёрт возьми, никак не мог зацепить его, к примеру, за гарду или как следует приложить по плечу или в кисть. Складывалось ощущение, что его цель заключалась отнюдь не в победе… А в чём?

Ответ на этот вопрос я получил слишком поздно.

По коридору вдруг прокатилась невидимая волна до удивления знакомой энергии.

Точно такую я, помнится, ощущал на Флоре и Шугаду.

— Экселенц! — послышался за спиной возглас связиста.

— Что?! — мгновенно разорвав дистанцию, я резко крутнулся на месте.

— По новостям говорят: ритуал завершился!

Бластер скакнул мне в руку и тут же нацелился на то место, где только что находился противник. Плевать на войну с домами, пусть хоть со всеми одновременно, но если с Анциллой случилось несчастье, я их тут всех в лоскуты изорву…

Противника на месте не оказалось. Сдристнул куда-то, скотина. А ведь как пел, как пел… Бросаю вам вызов, туда-сюда… И Луджер ещё подсуропил, что мол нельзя отказываться, это неблагородно… Ага, щас! Чихали они на благородство. Нет его здесь, и никогда не было. Одни только простаки наподобие Луджера всё ещё пытаются в него верить. А зря! Власть — не тот случай, когда можно верить в идеальные помыслы. Идеалисты во власти не выживают. Доказано практикой…

— За мной! Оружие к бою! Не отставать!

Переключив регулятор на поясе, я в пару прыжков преодолел не защищаемую никем баррикаду и резво рванул к залу ристалищ. Топот ног за спиной говорил о том, что оборачиваться и проверять, до всех ли дошёл приказ, ни к чему.

Закрытую дверь я вынес играючи — очередью из бластера, поставленного на полную мощность.

— Убейте её! Стреляйте! — орали из центра зала.

— Не стрелять! Смирно! Оружие наземь! — рявкнул я что есть силы, снова переключая АЭП в режим «без электричества».