Чтение онлайн

Но однажды ночью, когда дежурил племянник хозяина стоянки, автомобиль угнали. Впрочем, слово «дежурил» здесь не очень подходит. Гораздо вернее было бы сказать — спал мертвецки пьяным сном. А когда ненадолго продрал глаза, то различил мутные очертания незнакомца, одетого в форму майора. Лицо бедолага-студент рассмотреть не успел, так как моментально получил удар в голову, после которого отключился как минимум на час. А когда проснулся, то обнаружил, что исчезла «законсервированная» начальством машина Боброва. Позвонить в милицию сразу же не получилось — телефонный шнур предусмотрительно обрезали. И пришлось пьяному сторожу на полусогнутых ногах выписывать кренделя по направлению к ближайшему отделению, расположенному в нескольких кварталах от стоянки. Там его внимательно выслушал дежурный, только с пятой попытки уловивший смысл появления начинающего алконавта, и сразу же отправил на место дежурный наряд. А самого студента поместил в «сушилку», где тот и пребывал до утра в компании таких же, как сам, любителей «принять для сугрева». А наутро его ждала страшная новость — приехавший за племянником дядя, владелец стоянки, с досадой сообщил, что угнанная машина спустя полчаса после отъезда со стоянки врезалась в светофор, загорелась и в течение нескольких минут сгорела почти дотла. Коварные планы завладеть автомобилем задолжавшего клиента растаяли как дым.

После этого происшествия в дело включились сразу две группы компетентных органов. Одна занималась фактом угона и последовавшей за ним аварии, а вторая — принадлежащая к неким не афишируемым структурам — пыталась установить личность погибшего угонщика, втайне надеясь, что им окажется именно разыскиваемый майор Бобров. Результаты экспертизы сильно обгоревшего трупа, найденного в машине, дали практически однозначный ответ — погибшим человеком является хозяин автомобиля, бывший начальник охраны «Золотого ручья» майор Валерий Николаевич Бобров. Помимо того, что мужчина был одет в майорскую форму, у него была обнаружена такая же группа крови, к тому же по внешним характеристикам — рост, вес и т. д. — погибший полностью соответствовал личности разыскиваемого. Положительное заключение дали также и стоматологи — все ранее занесенные в личную карту Боброва пломбы имели место у погибшего. Это вам не хухры-мухры, а самая главная улика! Дело закрыли, и труп погибшего офицера передали его близким для захоронения, вместе с цинковым гробом.

На похоронах присутствовали многочисленные родственники покойного, его друзья и сослуживцы. Говорили памятные речи, огласили неизвестно откуда появившийся приказ о посмертном присвоении очередного воинского звания и письмо соболезнования от ведомства, где проходил службу Валерий Николаевич. Больше всех убивалась бывшая жена Боброва Марина, пришедшая на похороны в сопровождении нового мужа, одного из самых богатых людей Москвы. Банкир стойко принял причитания супруги по первому мужу, а затем извинился перед присутствующими, посадил Марину на широкое сиденье «пятисотого» «мерседеса» и увез прочь с кладбища.

Только одна женщина из всех, принимавших участие в похоронах трагически погибшего военного, была спокойна и не разделяла всеобщего горя. Она приехала издалека, специально приглашенная одним из его друзей, знавшим о пылкой любви ветерана войны в Афганистане и молоденькой девушки, встретившихся однажды летом на берегу Балтийского моря. Этим человеком был нынешний начальник охраны «Золотого ручья» капитан Саблин. Без особой надежды на какой-то результат, он отправил по известному адресу сообщение о гибели Валерия Николаевича. А спустя два дня ему принесли телеграмму. Гостья из-за границы прилетала сегодня вечером. Надо было непременно ее встретить, так как она совершенно не ориентировалась в Москве, и к тому же, как потом выяснилось, очень плохо говорила по-русски. Эту женщину звали Рамона.

Старший научный сотрудник закрытого НИИ Саратова Вадим Витальевич Прохоров спустя пять недель после встречи с некими, в ультимативной форме предложившими сотрудничество господами, был неожиданно вызван в кабинет директора института. Когда инженер вошёл в просторный кабинет шефа, то сразу же обратил внимание на незнакомого мужчину, одетого в дорогой зелёный костюм и сидевшего возле окна. Впрочем, он сразу догадался, что мужчина пришёл за ним. И следующие слова шефа только подтвердили догадку.

— А-а, Прохоров! Заходи, дорогой, садись. Чаю с булочкой хочешь? — предложил Дедовской.

— Нет, спасибо, Сергей Борисович, не хочется. Мне бы минералки. — Взгляд Прохорова наткнулся на стоящую перед директором маленькую стеклянную бутылочку с синей этикеткой.

— Бери, — согласно кивнул Дедовской и молча наблюдал, как надежда всего института сдирает жестяную пробку и наливает пузырящийся напиток в стакан.

Когда Прохоров оторвал губы от стакана, директор придал своему лицу соответствующее моменту выражение и торжественно сказал:

— Вадим, я рад тебе сообщить, что твоей разработкой заинтересовались очень серьезные люди. — Взгляд Сергея Борисовича непроизвольно упал на гостя в зелёном костюме. — Вот передо мной официальное письмо о твоем переводе в один из подмосковных центров, специализирующихся на психотропных. Как раз то, о чем ты мечтал. — Дедовской продемонстрировал Вадиму Витальевичу документ с большой гербовой печатью и спрятал его в прозрачную папку. — Но, как ты понимаешь, я не очень хотел бы тебя отпускать. Так что окончательное решение за тобой. Без твоего согласия никто не может тебя насильно перевести на другую работу. Думаю, тебе интересно будет познакомиться с профессором Славгородским, возглавляющим центр, где ты, воз можно, будешь работать.

Дедовской протянул руку в сторону гостя. Мужчина в зеленом костюме встал, так же как и Прохоров, они сделали, полшага навстречу друг другу и обменялись рукопожатиями.

— Вадим Витальевич, — слегка поклонился инженер. — Радиотехник.

— Профессор Славгородский, — представился гость из «Золотого ручья». — Давайте присядем, думаю, нам есть о чем поговорить. — Профессор улыбнулся и первым опустился на один из стоящих вдоль стены кабинета мягких стульев. Рядом примостился Прохоров.

— Как вам уже сказал господин директор, мы внимательно изучили ваши разработки и очень заинтересованы в том, чтобы пригласить вас к нам в Центр. Насколько мне известно, Вадим Витальевич, в настоящее время вы испытываете некоторые затруднения и в плане проживания в коммунальной квартире, и в плане недостаточного для учёного такого уровня поощрения вашего труда.

— Что правда, то правда, — согласился Прохоров, вспомнив о полученных накануне от своих новых «хозяев» трех пухлых пачках ассигнаций, по курсу равных восьми тысячам долларам США. В доме инженера уже месяц как не переводились красная рыба, свежие фрукты, мясные деликатесы и хорошие вина. Все вышеназванное покупалось по баснословно высоким ценам на рынке.

— Вот я и хотел бы предложить вам вместе с семьей переехать в ближнее Подмосковье, в отдельную двухкомнатную квартиру улучшенной планировки. Ну а заодно начать на практике осуществлять свои замыслы в компании единомышленников. Уверен, вам понравится работать в моем коллективе! — блеснул белоснежными искусственными зубами Славгородский. — Что же касается заработной платы, то я обещаю вам ровно в три раза более высокую, чем получаете здесь, в Саратове, — последнюю фразу профессор произнес с видом раздающего рождественские подарки благодетеля.