Чтение онлайн

— Ага, туда и думаю. Или. — Я облегчённо вздохнул, но продолжал сидеть. Не все вопросы ещё улажены. Хитрая лиса никак не хочет оставить свои идиотские проверки на прочность нервов. Экспериментатор, мать твою за ногу!

— Ещё что-нибудь хотели узнать? — с невинным видом спросил Владимир Адольфович.

— Мне интересно, не поменяли ли вы своего мнения обо мне, как о не совсем благонадежном элементе в вашей системе безопасности. Я хочу проводить свой отпуск без постоянной оглядки на плетущихся за спиной кретинов. Правда, если вы хотите испортить мне отдых… — Я демонстративно пожал плечами и запустил руки в глубокие карманы штанов цвета хаки. Мне все-таки удалось выпросить для себя отличный от чёрных мундиров боевиков макинтош. Теперь меня узнавали издали. Очень полезно для поддержания порядка среди подчинённых.

— То есть вы хотите ехать без сопровождения? Нет, дорогой, забудьте об этом. Даже я не могу позволить себе такую роскошь. — Персиков развёл руки. — Не забывайте, Валерий Николаевич, мы пока не у власти. Через три года, возможно, настанут более благоприятные времена, но пока лучше не рисковать понапрасну. Как считаете, я прав?

— Пункт первый устава — начальник всегда прав. Пункт второй — если начальник не прав, смотри пункт первый. Все верно, или я перепутал?

Персикову определенно пришлась по душе шутка, и он даже удостоил меня чести ощутить на плече его морщинистую, но достаточно крепкую кисть. Как-никак босс регулярно разминался на боксерском ринге и даже добивался успехов. В его возрасте редкое, надо сказать, явление.

— Вы поедете с двумя ребятами из своего взвода. Но предупреждаю, на время отпуска они не выполняют внутренний распорядок базы и не подчиняются начальнику охраны, — весьма строго и конкретно выразился Персиков, подкрепив свое сообщение легким стуком костяшек кулака о крышку стола. — Учитывая особую полезность переданной информации о Прохорове и прекрасную организацию охраны, я даю вам не краткосрочный уик-энд, а полноценный, в тридцать суток, отпуск. Начиная с сегодняшнего дня ваш испытательный срок закончился. В течение следующего месяца вам будет определен регион проживания, куплен дом на ваше новое имя и назначена личная охрана. Я уже дал указания насчет денег, так что завтра вечером и навсегда ваш личный счет в бельгийском банке целиком в вашем распоряжении. На сегодняшнее утро там двести пятьдесят тысяч долларов, с учетом переведенных на отпуск премиальных. Вы начинаете работать по схеме месяц через месяц. Насколько мне известно, Рысько достаточно подготовлен для самостоятельного руководства охраной?

— Вполне, — согласился я. Донат Рысько — один из командиров отделений охраны, рекомендованный на должность моего заместителя. Сообразительный малый, бывший спортсмен-пятиборец. Один из немногих боевиков, вызывающий у меня положительные эмоции своим тонким чувством юмора и нормальными взглядами на жизнь. Каким образом он попал на базу, я не интересовался. — Интересно было бы узнать, — продолжал я, — каким именем меня теперь должна называть в постели моя любимая женщина? Дик? Джек? Джон? Или Иван?

— Не придуривайтесь! — Персиков начал раздражаться. — Вы не в цирке!

— Прошу прощения, босс, я просто рад долгожданному отдыху от погребения заживо в этих очаровательных стенах. — Я был действительно рад. Но вытягиваться в струнку перед этим хмырем не хотелось. Он слишком рано решил, что майор Бобров уже душой и телом в его распоряжении. Ошибочка, мистер, я просто жду удобного часа!

— Возьмите. — Персиков бросил на стол большой белый конверт, который извлек из одного из ящиков. — Внимательно прочитайте и оставьте у себя.

Я разорвал бумажный прямоугольник, и у меня в руках оказалось два паспорта: один — обычный, а второй — паспорт моряка, несколько удостоверений, водительские права и сложенный вчетверо жёлтый лист машинописного формата. Я развернул его и быстро пробежал глазами текст. Это была легенда. Согласно ей, я до недавнего времени работал первым помощником капитана на рыболовецком сейнере «Пальмира», приписанном к порту Находка. Сам — из Комсомольска-на-Амуре, воспитывался в детском доме номер три. Затем окончил мореходное училище и Морскую академию. Разведен. Детей нет. Бывшая жена проживает в Петропавловске-Камчатском… Далее шли совсем несущественные, на первый взгляд, подробности.

— Очень любопытно, — я взглянул на Персикова. — А этот Сергей Сергеевич Полковников действительно существует?

— Существовал, так будет правильней, — Персиков нахмурил брови. — И у него нет ни одного родственника или знакомого западней Урала. Всю жизнь провёл в морях, женился почти случайно, во время отпуска, а когда вернулся, то благоверной уже и след простыл. Так и развели без её присутствия, спустя год. Квартиры своей никогда не имел, жил в общаге, недалеко от рыбного порта. Словом, человек-невидимка. Но зато заработал очень приличные деньги, списался на берег и уехал поближе к цивилизации, начинать новую жизнь. Вот и доездился… Команда сейнера «Пальмира» сейчас со всеми потрохами продалась в рабство филиппинцам, и, судя по всему, судно тоже скоро перейдёт в полное владение узкоглазых.

— Что так?

— Перестройка. — Я давно не слышал, чтобы человек с таким презрением произносил это заскорузлое словечко из лексикона кремлевского демагога. — Все квоты на лов рыбы продали китайцам и японцам, а сами с голой жопой!.. Вы, Бобров, молодец!

— Насчёт чего? — мне стало интересно.

— Да насчет всего. Даже у первой колонны авторитет завоевали.

— Я не стремился к симпатиям этих недоделков. — Как только я вспоминал, что совсем рядом обитает элитное подразделение мафии по ликвидации, мне становилось противно.

Они существовали по особому распорядку даже здесь, на базе, Поступал заказ из определенной точки на территории Союза, и здесь, исходя из желаемого способа ликвидации потенциальной жертвы, подбирали спеца, готовили и отправляли на задание. А потом — снова на базу. В милицейских сводках есть такое понятие: «наемный убийца-гастролер». Получает заказ, выполняет работу, отчаливает восвояси. Концы в воду. Но невдомек ментам, что девяносто девять наемников из ста приезжают и уезжают из одного и того же места — секретной базы мафии в Карпатских горах. Это теперь даже не в России! Вот и свидетельствует статистика о почти абсолютной нераскрываемости заказных убийств. За исключением абсурдных случаев, когда сами менты шьют мокруху совсем неповинному человеку. А так — за шесть месяцев пребывания на базе, с августа по март, первая колонна только дважды пополнялась новыми рекрутами. Как-то раз киллер был убит телохранителями жертвы — успели закинуть гранату в салон проезжавшей машины, из которой стреляли по боссу, а в другой раз, по нелепой случайности, ликвидатор нарвался на наряд ОМОНа и был повязан за незаконное ношение оружия. Потом его нашли мертвым прямо в СИЗО. Здесь всегда перестраховываются. Но внимание первой колонны к моей персоне меня все-таки удивило. Хотя трудно ожидать нераспространения информации в замкнутом пространстве, пусть даже это была база мафии.

— Знаете, как вас окрестили эти головорезы? — спросил Персиков.

— Не знаю.

— Бык, — с какой-то непонятной иронией сказал он и рассмеялся. — Так называют базарных бритоголовых бандитов, знаете? На них держится вся пирамида современного рэкета.

— Кто придумал, известно? — нарочито строго поинтересовался я, на что Персиков засмеялся ещё веселее.

— Успокойтесь, пусть называют как хотят! Радоваться должны, ведь просто так клички не дают. Вас уважают даже отъявленные негодяи, разве не этого мечтает достигнуть любой командир?.. То-то! — Персиков подошел к встроенному в стену бару, достал оттуда две бутылочки пива «Бавария», тут же откупорил их, сгреб между пальцев пару стаканов и поставил все это на стол. — Угощайтесь. Знаю, любите именно эту марку.