Чтение онлайн

Линкольн подчеркнул, что организация банд, сопротивляющихся с оружием в руках вербовке солдат, имеет непосредственное отношение к деятельности «таких, как мистер В.». Выдвижение последнего на пост губернатора противоречит их заявлению, что они хотят защитить конституционными методами единство Союза. Он предупредил, что и «впредь я буду делать все от меня зависящее, чтобы обеспечить безопасность страны».

Журнал «Харпере уикли», упомянув, что газеты ежедневно сообщают о расстреле двух-трех дезертиров, заявил, что «по справедливости и из милосердия мы должны потребовать от президента расстрела и нескольких изменников-северян» типа Валандигама.

Нью-йоркская «Таймс» расценила как «величайшую сенсацию войны» приказ генерала Гранта исключить всех евреев из его армии. «Приказ, конечно, был немедленно отменен президентом, но оскорбление, нанесенное евреям этим фактом, нелегко было изгладить».

В первом полугодии 1863 года тысячи негров вступили в армию Севера. Генерал-адъютант Лорензо Томас обратился к солдатам и офицерам с посланием, одобренным Линкольном и Стентоном: «Я требую от вас приветливо и сердечно… принять любых членов этого несчастного народа… если они появятся перед нашими линиями фронта… примите их с открытыми объятиями, накормите их, оденьте, дайте им оружие… я уполномочен сформировать как можно больше полков из черных и назначать их на командные посты любого ранга».

Стало известно, что правительство конфедерации приказало не брать в плен, а расстреливать на месте белых офицеров, командующих черными подразделениями. И Томас предупредил, что он будет назначать на командные должности только белых, убежденных в правоте дела, и увольнять тех, кто позволит себе плохо обращаться с освобожденными неграми. В мае 1863 года военное министерство официально объявило, что открыто бюро по вербовке негров в армию.

Солдатам-южанам был дан неписаный приказ: в бою убивать всех негров, свободных и рабов. От Линкольна потребовали в возмездие убивать всех белых южан, взятых в плен.

Лонгфелло записал в своем дневнике 28 мая 1863 года, что в Бостоне он «видел первый полк черных, который прошел по Бикон-стрит. Импозантное зрелище; в нем есть что-то ненормальное и странное, как будто виденное во сне. Наконец-то Север согласился разрешить неграм воевать за свою свободу».

Миссис Трют, негритянка, кормилица, должна была выступить на митинге аболиционистов в одном из городов Индианы, в котором у власти находились «медянки». Местный видный врач, лидер «медянок», с места заявил, что у присутствующих появилось подозрение, что оратор — мужчина, переодетый женщиной. Большая группа людей, сказал врач, требует, чтобы докладчик показал свою грудь комиссии из дам. Высокая, сильная, смелая, необразованная Трют несколько минут стояла, будучи не в состоянии вымолвить ни слова. Затем движением, полным изящества, она расстегнула платье и обнажила свои груди. Глубоким контральто она просто сказала, что своей грудью она вскормила своих черных малюток, но еще больше она вскормила чужих белых детей. Аудитория оцепенела. «Медянки» потихоньку устремились к выходу. Лицо одного из них было искажено ненавистью и сомнением. В этой накаленной атмосфере высокая черная женщина, недавняя рабыня, возобновила свою мольбу о свободе для ее расы.

Размышления людей о неграх и их роли принимали разнообразные формы. Аболиционистские издания перепечатали заметку из мемфисской «Бюлитин»: «Негр зашел в зоосад и увидел обезьяну. Она кивала головой, протягивала руку для пожатия… и показалась негру настолько разумной, что он заговорил с ней. Но обезьяна в ответ только качала головой. Негр сказал: «Ты права, что молчишь. Стоит тебе сказать слово, как белый в ту же минуту сунет тебе лопату в руки».

К Линкольну однажды пришел мулат Фредерик Дуглас. Мать его была рабыней, отец белым. В свое время он воспользовался бумагами свободного негра и бежал из Балтимора. В Нью-Йорке на Бродвее он встретился с другим беглым рабом, который предупредил его, что нужно держаться подальше от негров; среди них были доносчики, готовые за несколько долларов выдать беглецов.

Дуглас сказал Линкольну, что его колонизационный план порочен: «К цветной расе нигде не будут относиться с уважением, до тех пор пока ее не будут уважать в Америке». Президент возражал против одинакового жалованья для белых и черных солдат. Для этого время еще не пришло. Позже можно будет. Ведь приходится считаться с сильной оппозицией к приему негров в армию. У них были серьезные основания воевать с южанами, и они должны идти в армию на любых условиях. Линкольн не был согласен расстреливать и вешать пленных южан в отместку за убийства пленных негров. Месть — ужасное лекарство; нельзя предвидеть, к чему оно может привести. Если бы он, Линкольн, мог схватить непосредственных убийц негров-солдат, он бы воздал преступникам должное, но вешать одних за преступления других — это было противно его морали. Дуглас отметил, что «…во всем этом я видел мягкое сердце человека, а не сурового воина и верховного главнокомандующего американской армии и флота. Хотя я не соглашался с ним, но я уважал его человечность». Линкольн обещал Дугласу, что если Стентон представит ему негров-солдат и командиров к повышению, то он их утвердит.

В начале 1863 года Чарльз Дана сообщил в военное министерство из Мемфиса, что мания быстрого обогащения на спекуляциях хлопком охватила многих евреев и янки. Пользуясь разрешениями федеральных министерств, они покупали у южан хлопок по низким ценам и продавали его текстильным фабрикам Новой Англии по высоким. Сам Дана вложил в это дело 10 тысяч долларов и разбогател; тем не менее он писал Стентону: «Я не выполнил бы свой долг, если бы… не умолял вас положить конец этому злу, такому чудовищному и соблазнительному».

Грант согласился со Стентоном, что торговля хлопком разлагала и армейцев и штатских: вся прибыль должна идти в пользу правительства. Дана приехал в Вашингтон, с ним несколько раз беседовали Линкольн и Стентон. В марте президент издал постановление, согласно которому все торговые отношения с южными штатами были признаны незаконными, за исключением операций, проведенных по указаниям министерства финансов. Грант конфисковал крупную партию хлопка в Оксфорде и Холли-Спрингс. Квартирмейстер армии продал ее с торгов и выручил полтора миллиона долларов, почти покрыв этим стоимость складов снабжения, сожженных неприятелем в Оксфорде.

Генерал Улисс С. Грант.

Генерал Уильям Шерман.

Амброз Бэрнсайд.

Джозеф Хукер.

Генри Галлек.

Джордж Мид.

Генералы армии Севера.

Золото поднималось в цене, а бумажные деньги обесценивались. Бостонский торговец, миллионер-филантроп Лоуренс писал Самнэру: «Спекулируют деньгами, цены на продукты растут, люди создают себе огромные состояния, но это богатство не делает из них патриотов. Сейчас быстро богатеют, и это значительно сократит приток добровольцев в армию; призыву будет оказано сопротивление».

Стоимость жизни вздорожала, и это привело к возникновению ряда новых профсоюзов. На массовых митингах единогласно принимались резолюции, в которых указывалось, что заработная плата не покрывает роста стоимости жизни. Выдвигалось предложение, чтобы профсоюзы послали делегацию в Вашингтон.

Оружейный завод Кольта в Хартфорде в штате Коннектикут объявил в 1862 году, что он платит 30 процентов дивиденда. Аспинуол, Вандербильт, Дрго, Гульд и другие предвидели, что с окончанием войны начнется эра спекуляций, зашибания денег, роста предприятий, личные состояния превзойдут все мыслимые предыдущими поколениями размеры.