Чтение онлайн

На картинке был запечатлён импозантный мужчина, одетый по старой моде — в этом вопросе Юстафия плавала и не могла сказать насколько, разве что точно старше последних ста — ста пятидесяти лет. Шляпа-котелок, трость, короткий пиджак — она так и не вспомнила, как этот элемент одежды называется. Мужчина, как и обычно на подобных изображениях, стоял прямо, сложив руки на набалдашнике трости. А рядом возвышалась… возвышалось…

Впечатлительного человека одним своим видом эта образина могла довести до ночных кошмаров и нервного срыва. Не меньше трёх с половиной, а то и четырёх метров ростом, существо напоминало мумифицированный труп какого-то существа из страшных старых сказок — полусогнутые ноги коленками назад, длинные зазубренные лезвия, приставленные на место кистей рук так, как будто оно держало сабли обратным хватом. Вытянутая морда с полной пастью клыков таращила огромные глаза навыкате. Кажется, век у этого чучела не было.

— Ты не видел эти картинки? — Грач подняла взгляд на спутника.

— Когда я здесь был, они все висели на стенах под слоем пыли. Видимо, уже потом упала.

— Интересно, сама упала, потому что гвоздь устал, или кто-то помог? — Юстафия опустилась на корточки возле останков рамки, пытаясь прикинуть траекторию и понять по осколкам, протирали с них пыль или нет. Как будто да, но она бы не поручилась.

— Гвоздь выпал, — заметил Подорожник. — Вообще я новых следов не видел. Не то чтобы нет способов обойти печать, но… Зачем?

— Ну в данном случае рисуется только какая-то глупость вроде спора, — предположила Юстафия, поднявшись. — Как раз по плечу молодому дурному магу. Но если в прошлый твой визит тут всё висело на своих местах, вряд ли это имеет отношение к пропаже Лося. Я временно позаимствую это изображение, с твоего позволения.

— Понравился красавчик? — хохотнул Подорожник.

— Жить без него не могу! — серьёзно отозвалась она, аккуратно убирая ценность в чёрный кожаный планшет, висящий через плечо, — с ним она уже давно не расставалась. — Вот как увидела, так и не могу. Пойдём дальше осмотримся.

Парадную дверь изнутри подпирал разломанный шкаф, явно намеренно. На первом этаже они нашли ещё одну почти пустую комнату возле главного входа, гостиную, которая была даже в худшем состоянии. Кажется, ею кто-то пользовался сравнительно недавно и не особо берёг. Из холла возле входа поднималась ещё одна, хозяйская лестница — тоже чугунная, но гораздо более изящная. С другой стороны от неё располагалась гостиная-столовая с большим столом в эркере. Наверное, завтракать тут было очень приятно. Уцелели стол, несколько красивых тяжёлых стульев со спинками и великолепный огромный буфет изящных очертаний.

Вторая дверь отсюда вела в кладовую под парадной лестницей, а оттуда — в кухню, где из примечательного Юстафия нашла только кухонный лифт.

— Интересно, никогда не видела это приспособление в реальности, — рассеянно проговорила она, стоя перед распахнутыми створками.

Внутри была темнота — лифт располагался где-то на другом этаже или давно рухнул, только отблёскивали в темноте тросы. Стоило заглянуть внутрь, но… не хотелось. Всё та же иррациональная жуть, чьё внимание Юстафие почудилось в комнате с оптограммами, таилась в тёмных недрах лифтовой шахты.

В провал Юта сунулась именно потому, что очень не хотела этого делать. Вот ещё не хватало шарахаться от старых суеверий!

Сердце на мгновение тревожно замерло, подскочив к горлу, когда она, облокотившись на широкую столешницу перед лифтом, извернулась и глянула вверх.

Темнота, в которую убегали недвижимые ленты тросов — словно разметка на дороге. Света огненного шарика хватало недалеко, только озарить саму шахту, а дальше видимость не превышала метра. Внизу картина ничем не отличалась, разве что из подвала тянуло сырой прохладой.

И стоило ли из-за этого трястись?

А вот вернуться с приличным фонарём — стоило. Старый дом — неподходящее место, чтобы швыряться огненными шарами, а иного способа осветить длинную узкую шахту без подручных средств не было.

В следующий раз Грач едва не шарахнулась, когда, обернувшись, обнаружила рядом странно напряжённого Вейлена.

— Ты чего? — нахмурилась она.

— Готовлюсь тебя спасать, — кривовато усмехнулся Подорожник.

— От чего?

— Мало ли. — Он отступил, дёрнув плечом, и ничего не пояснил. Она не стала настаивать на подробностях.

В кладовой под лестницей имелась и третья дверь, и вывела она обратно в заднюю часть дома, к чёрному ходу. Удобно.

— Давай сначала в подвал спустимся, — решила Юстафия.

Она понимала, что это паранойя, но на всякий случай дальше старалась держать Подорожника в поле зрения хотя бы краем глаза. Не то чтобы всерьёз подозревала, будто он хотел сбросить её в шахту лифта, но…

За недолгие, но насыщенные годы практики и ещё более насыщенные, если судить по объёму новой информации, годы учёбы она встретила всего пару упоминаний о действительно опасных местах и не одну тысячу — об опасных людях. В её работе паранойя — не болезнь, а залог выживания.

В подвале было… как в подвале. Темно, сыро, холодно и тихо. Низкий сводчатый потолок и присыпанный землёй каменный пол рождали вкрадчивое, негромкое эхо, и Юта невольно старалась ступать бесшумно, благо форменные ботинки это позволяли. Подорожник подобной проблемы не испытывал, топал небрежно. К лучшему — его сложно было потерять в темноте.

Пахло гнилью, сырой землёй и ржавчиной. Неприятный запах. В нём чудился — тут Юстафия знала точно, чудился — тяжёлый и въедливый душок бойни. Устойчивая ассоциация с ржавчиной, которая, наверное, останется с ней до конца жизни. К горлу столь же привычно подступила тошнота.

Поморщившись, Грач достала сигарету и, прикурив от висящего у плеча шара, продолжила осмотр уже так. Не самое разумное поведение на месте преступления, но… Да ладно, никакую картину происшествия это уже не смажет! А ей спокойнее.

Только атмосфера в подвале легче не стала.

— Там отопительный котёл, а вот на этой стене следы пуль, — пояснил Подорожник. — А лаз, о котором я упоминал, вот там. Под лестницей цистерна для топочного мазута. А вон там, видишь? — лифтовый механизм.

Кухонный лифт всё-таки застрял на верхнем этаже. По стене жирными червями вились провода, а металлические змеи тросов уходили в провал в потолке. Внизу громоздились массивные ржавые металлоконструкции — упомянутый механизм.