Чтение онлайн

— Где миссис Селби?

— На хлопкоочистительном заводе, доктор Янси, — откликнулся Улисс. — Рина просила вас не беспокоиться. Она скоро вернется.

Дядя Док улыбнулся, несмотря на тяжелые раздумья. Теперь, когда Лорена примирилась с присутствием войск Союза на ее земле, можно было ожидать, что она, следуя привычке, посетит склад. Она вряд ли могла одеться к ужину, не проверив, в сохранности ли ее драгоценный хлопок.

Янси застал ее на тюке в тени погрузочной платформы: Рина задумчиво опустила голову, а ее пальцы ухватились за клок хлопка, который торчал из джутовой упаковки.

— Не раздумывай слишком долго, — сказал он. — До прихода нашего гостя осталось полчаса.

Хозяйка Селби покраснела, но не подняла глаз.

— Ты все показал ему?

— Мы обошли твои владения от края до края.

— Скажи мне, что он говорил. И ничего не пропускай.

— Майор убедил меня, что он джентльмен и философ, — сказал Янси. — Конечно, он не нашего круга, но понимает нас достаточно хорошо. В целом я бы сказал, что сюда могли бы заявиться гораздо худшие завоеватели.

— Он оставит нас в покое?

— Это зависит от двух факторов — от приказов, которые он получит от своего корпусного командира, и — от тебя.

— Что я могу?..

— Сперва взвесим, какие донесения он может отослать. Он завершает инвентаризацию ресурсов Селби. Если у него сложится впечатление, что мы еще можем оказаться полезными Конфедерации, то его долг — сжечь плантацию. Или точнее, рекомендовать корпусу пойти на такой шаг.

— Тогда у нас нет никаких шансов.

— Возможно, что они все еще есть. А это, моя дорогая, зависит от второго фактора, о котором я только что упомянул.

— Ты намекаешь на то, что я пробудила его лучшие чувства? Как солдат Союза, он смотрит на меня только с одной точки зрения.

Янси сел на тюк с хлопком: он осторожно подбирал слова и смотрел на профиль Лорены.

— Лорена, ты сделала довольно поспешное заключение. Не забывай, что этот человек из сельскохозяйственной Пенсильвании: мне рассказывали, что больше нигде нет такой плодородной земли. Конечно, он восхищен тем, чего ты здесь добилась, твоей заботой о полях, тем, что ты обращаешься с рабами как с людьми, а не как с собственностью…

— Записи в книгах сохранились. Он обязательно обнаружит, что мы поставляли генералу Худу…

— Мы уже ничем не можем помочь генералу Худу, и его дело проиграно. Разве это не меняет наше положение?

— Дядя Док, все будет не так просто. Как может майор Кэролл пренебречь своими принципами или приказами?

— Давай забудем о приказах и взглянем немного на эти принципы. Я уже назвал его философом. Хочешь узнать его биографию?

— Если ты настаиваешь, — ответила Рина. — Должна признаться, мне казалось, что у тебя сложится более мрачное впечатление.

— Так и было бы, если бы Кэролл оказался закоренелым военным, который действует по приказу. Он закончил колледж Принстона в Нью-Джерси и готовился к адвокатуре в Филадельфии. Когда началась война, он уже стал удачливым юристом. По-моему, выбор им этой профессии говорит о многом. Стоило ему захотеть, и он мог бы вообще не работать. Он из богатой семьи…

— Майор Кэролл тебе и о своей родословной рассказал?

— Он об этом не говорил. Но даже я наслышан о семействе Кэроллов из Пенсильвании. Они взялись за добычу нефти в 1859 году, но до этого освоили добычу железной руды. Сегодня им принадлежит речной флот. Угольные шахты и ткацкие фабрики Питсбурга…

— Какая нам от этого польза? Мы ведь враги.

— Может, мы перестанем быть врагами, если ты станешь искусно защищать свои интересы.

— Какой смысл имеет слово «искусно» в лексиконе циника?

— Сама догадайся, — ответил Янси. Он все еще упорно избегал ее взгляда. — Кэролл опытный человек, а не какой-нибудь свихнувшийся аболиционист [11] . Он смотрит на вещи всесторонне. Я советую тебе сдаться ему на милость. Поклянись, что это муж вынудил тебя снабжать квартирмейстеров Худа, если он потребует бухгалтерские книги.

— Я не стану врать даже ради спасения Селби.

— Очень хорошо, если хочешь, оставайся благородной. Тверди, что триста негров, работающих на плантации, и их семьи без твоей помощи умрут с голоду. Говори, что из них выйдут хорошие вольноотпущенные, если он не лишит их средств к существованию. Я думаю, что он согласится.

— А если не согласится. Что тогда?

Янси молчал.

— Ты хорошо помнишь историю древних времен? Например, Пунические войны?

— Довольно хорошо.

— Тебе известна судьба Ганнибала, генерала из Карфагена?

— Того, кто завоевал Рим?

— Он не совсем завоевал его. Такова моя точка зрения. Ганнибал подошел к самым воротам во главе лучшей армии в мире и готовился подвергнуть город разграблению. Однако на следующий день он пошел дальше. История не оставила нам достоверного объяснения того, почему так случилось. Поэты твердят, что женщина заставила его изменить первоначальное решение.

— Ты считаешь, что я могу так очаровать майора Кэролла, что он пощадит нас?

— Можно попробовать, — ровным голосом ответил Янси.

— Он пойдет дальше. Следом за ним придут другие. Что помешает им уничтожить все?

— Я слышал кое о чем, но точно не знаю, пока сам Кэролл не подтвердит это. Если он на столбе твоих ворот оставит предупреждение начальника военной полиции, в котором всем войскам Союза будет предписано не беспокоить нас, мы легко отделаемся.

Пристально наблюдая за Лореной, Янси заметил, как та в задумчивости распрямила плечи, и понял, что его слова достигли цели.

— Ты точно знаешь, что он предпримет такой шаг?