Чтение онлайн

— То, что орудием убийства стал скальпель, наводит на мысль об участии медика. Но все это лишь предположение. Купить скальпель может кто угодно. Без новых данных наши усилия сведутся к поиску иголки в стоге сена.

Никогда раньше Перегрин не слышал в голосе товарища такого раздражения. После неловкой паузы Маклеод тяжело вздохнул и сложил руки на груди.

— Все-таки кое-что у нас есть, — пробормотал он. — Вскрытие и предварительные результаты официального расследования тоже могут помочь нам.

Адам поднял голову. В его темных глазах вспыхнуло что-то, чего Перегрин был не способен истолковать. Но прежде чем старший друг заговорил, в окно со стороны Маклеода постучали. Когда инспектор нажал на кнопку электрического привода, чтобы чуть-чуть приоткрыть окно, к нему наклонился констебль Джеймисон.

— Прошу прощения, инспектор, но БТП на пути сюда. Они только что проехали ворота и сообщают, что замечены и выслежены журналюгами. Сержант Керкпатрик подумал, что вам следует знать, сэр.

Маклеод глубоко вздохнул и расправил плечи с агрессивным видом борца, готового схватиться с сильным противники, известным своей склонностью к грязным трюкам.

— Спасибо за предупреждение, мистер Джеймисон, — кивнул он. — Скажите сержанту, чтобы он не беспокоился. Пока он будет работать с БТП, я прослежу за прессой.

Джеймисон махнул рукой, словно отдавая честь, и отошел. Маклеод поморщился и застегнул молнию на куртке, потом надел перчатки.

— Что ж, пора нам начать снова действовать как профессионалам. Пресса любит такие случаи. Люди Керкпатрика сумеют держать языки за зубами, но, пожалуй, стоит переговорить с лесничим. Охотникам за новостями сильно повезет, если он начнет делаться впечатлениями.

Инспектор вылез из машины, громко хлопнув дверью. Перегрин снял очки, протер стекла носовым платком и задумчиво посмотрел на Адама, пытаясь изобразить профессионализм, которого требовал Маклеод.

— Сколько времени обычно требуется, чтобы получить отчеты, о которых упоминал инспектор?

Адам пожал плечами и поглядел в зеркало заднего обзора.

— От трех-четырех дней до недели, в зависимости от того, сколько других дел ждут внимания полицейского патологоанатома. Мы, конечно, сделаем все, чтобы ускорить процесс… А, вот и подкрепление.

Когда первая полицейская машина остановилась, Перегрин обернулся, чтобы взглянуть на них в заднее стекло, потом снова задумчиво посмотрел на Адама, который натягивал перчатки.

— Адам, я понимаю, сейчас это немного некстати, — решился он, — но вы упомянули вчера вечером… Мы не так уж далеко от Балморала. Вы по-прежнему считаете, что следует съездить посмотреть на ту башню, что повредила молния?

Адам вздохнул.

— Возможно, следовало бы. Но, откровенно говоря, не думаю, что мы в подходящей форме для еще одного путешествия. Это дело можно отложить еще на несколько дней. Сейчас важнее попасть домой. Нужно рассказать коллегам, что произошло.

— Хьюстонам? — спросил Перегрин.

— Им в том числе, — хмуро сказал Адам. — Даже будь жертвой не Рэндалл, все равно нам стало известно, что Ложа Рыси опять пришла в движение. Теперь нужно быть настороже. Наверняка это только начало.

В полдень Маклеод решил, что можно уезжать из Балтэрни. Они с Адамом и Керкпатриком снова сходили к месту убийства, когда прибыла «скорая», чтобы забрать тело. Перегрин остался в машине, решив, что на сегодня нагляделся более чем достаточно. Адам и Маклеод отнесли вниз носилки с бренными останками Рэндалла Стюарта, уложенными в черный пластиковый мешок на молнии, и передали его на попечение медиков. После стандартных процедур тело доставят в морг пертской Королевской лечебницы, где будут осуществлены вскрытие и прочие судебные исследования. Пройдет по меньшей мере неделя, прежде чем тело передадут семье для похорон.

Когда фельдшер задвинул носилки в «скорую», Синклер произнес несколько прощальных слов на гэльском языке, столь любимым убитым:

Милость великого Бога да пребудет с тобой,

Рэндалл, друг мой.

Покой Бога,

покой Христа,

покой Духа.

Да укроет тебя Михаил в тени крыльев своих,

дабы быстро препоручить тебя Царю Царей,

дабы защитить тебя Троицей всепобеждающей любви…

По дороге в Стратмурн все молчали. Адам и Маклеод ушли в свое горе; Перегрин, устало сгорбившийся на заднем сиденье, чувствовал себя одиноким и ненужным. Практически не зная Рэндалла Стюарта, он мог только предполагать, о чем думают друзья на пути домой сквозь тоскливые ноябрьские сумерки. Через некоторое время его одолела усталость, и молодой человек погрузился в беспокойный сон. Он проснулся, когда «рейнджровер» затормозил у задних ворот Стратмурна. Адам высадил его возле сторожки, почти выгнал из машины, и Перегрин обиделся бы, если бы не понимал, что за резкостью друга кроется с трудом сдерживаемая боль. Сознавая свою неспособность помочь, юноша уныло смотрел, как задние габаритные огни машины исчезают в темноте.

Маклеод заметил тоску в глазах художника и бросил на Адама осуждающий взгляд.

— Адам, я не уверен, что вы правильно оцениваете меру его понимания, — тихо сказал он. — И если вы действительно собираетесь ввести мистера Ловэта в Охоту, вряд ли стоило оставлять его в недоумении.

— Думаете, я не сознаю этого? — В обычно мягком голосе Адама слышалась резкая нота. — Теперь, когда Рэндалла нет, Перегрин нужен нам даже больше, чем прежде. Я знаю, сегодня у него был трудный день. Но объяснения придется отложить до лучших времен. Сейчас у меня дела поважнее.

— Я мог бы остаться и помочь… если бы вы позволили.

Адам покачал головой.

— Спасибо, не. стоит. Вас тоже ждет работа, и вы должны отдохнуть, если намерены эффективно поработать. Мне, как Повелителю Охоты, предстоит связаться с другими членами Охотничьей Ложи, чтобы известить их о приключившейся трагедии. Если я не могу дать ответы, то я по крайней мере должен проинформировать…

Перегрин помедлил в крохотной прихожей, чтобы освободиться от верхней одежды, потом устало потащился на кухню. Ему едва хватило сил поставить чайник на огонь. Он рухнул на ближайший стул, стараясь ни о чем не думать, и согнулся, чтобы расшнуровать ботинки трясущимися от усталости пальцами.