Чтение онлайн

А маршал остался в зале, принялся расхаживать по залу, бормоча себе под нос все, что так и не высказал его величеству — что волонтеры неохотно идут под ванетское знамя, что вассалы не съехались по призыву прежде, могут отказать в покорности и теперь… что не за горами дожди и холода, и войску в походе придется туго… и многое, многое другое, чего Алекиану слышать не хочется… Хорошо Дрымвеннилю — ушел, и все. Тролля никто не остановит, если собрался убраться — а каково человеку?

Заброшенная крепостца оказалась в приличном состоянии. Формально место, где орки выстроили укрепление, считалось границей Альды. Разумеется, рубежом королевства с тем же успехом вполне можно было объявить любую точку западнее либо восточнее — этот холмик был выбран только из-за удачного расположения. Болотца и труднопроходимые заросли по сторонам превращали высотку в единственно удобное для проезда место. Вот на таком пригорке и были возведены укрепления. Ничего серьезного — каменная башня на макушке холма, да невысокая стена по периметру с двумя воротами — въезд и выезд. Башня имела ступенчатую форму — первый этаж представлял собой довольно обширный зал с камином, второй — обнесенное галереей нежилое помещение значительно меньших размеров, и венчает сооружение каланча с заостренной четырехскатной крышей. С каланчи открывается вид на унылые окрестности. Окажись подобное сооружение без присмотра в заселенной местности, наверняка б не сохранилось в такой целости — местные растащили бы камни и доски для собственных нужд… а здесь, в глуши, сооружение выглядит нетронутым, только крыша на вышке обвалилась, да ворот на месте нет.

Колонна остановилась, орки разошлись осматривать крепость, а возницы повели фургоны внутрь. Во дворе обнаружились кострища, кстати, тут же выяснилось, какая судьба постигла ворота — их пустили на дрова. Должно быть, проезжим, что останавливались здесь на ночлег, показалось, что сорвать и разбить створки будет полегче, чем собрать хворост либо срубить дерево.

Ингви огляделся… потом спрыгнул с коня и повел животное во двор, где сохранилась коновязь. Ннаонна пристроила свою лошадку рядом и поинтересовалась:

— Ну? И ради чего мы тащились в этакую даль? Чтобы созерцать здешние красоты?

— Тебе что-то не нравится?

— Вот только не надо! Не надо говорит мне, что я могла остаться дома!

Ингви вздохнул. Ннаонна пыталась разговорить короля, но девушке никак не удавалось одолеть овладевшую им меланхолию.

— Так зачем мы здесь? Твое присутствие не требовалось, наши прекрасно справились бы без твоих мудрых указаний.

— Ну… понимаешь… Я просто-напросто отвык отвечать за целое королевство. Ну, наша развеселая компания… ну, пусть даже отряд в полсотни крепких парней, которые сами могут о себе позаботиться… А тут…

— А что тут?

— А тут всевозможные заботы… Эти люди, добивающиеся аудиенции. А еще, не приведи Гилфинг, появятся иностранные послы… Я и сбежал от них. Вот увидишь, едва вернемся — что-то стрясется. Какая-нибудь гадость.

— М-да… — Ннаонна принялась усиленно ковырять носком сапога рыхлую землю у коновязи. — Это я понимаю. Но ведь все равно придется вернуться. А за время отсутствия новые дела накопятся, а?

— Новые пусть копятся. Вот мы съездили, да я собираюсь еще на обратном пути в Мокрогорье завернуть. Это полезно, когда монарх лично приезжает к вернейшим подданным… Потом приедут Филька с Кендагом, привезут жен. Напьемся… А дела — ну, когда король с графами напивается, дела могут подождать… Видишь ли, мне кажется, что Мир сходит с ума по-прежнему, и только в Альде тишина.

— А в Энмаре? Там тоже ничего этакого?

— Никлис кое-что вызнал. Энмарский Совет собирался собрать города побережья в союз, чтобы перестали подчиняться императору. Формально — торговый союз, сообщество равных общин, но равенство равенством, только ясно, кто станет в таком союзе верховодить. Северяне снова осмелели, торговые пути постоянно подвергаются их набегам, волхвы набирают силу… так сказал Никлису возница из энмарского обоза. Я не знаю, не уверен, но впечатление такое, что потоки маны сместились, концентрация увеличивается. Амулеты волхвов, видишь ли, устроены таким образом, что получают и накапливают сырую ману… как бы это сказать… ну, сами собой. Волхвы не могут этого не чувствовать, их постоянно влечет в Легонт, на земли Империи, там больше маны. Скорей всего, дикари сами не понимают, почему им хочется туда… но хочется. В общем, в Энмаре готовили союз городов против Империи… Ну, то есть говорили, что против варваров, но на самом-то деле понятно, против кого… и все было на мази, но тут самый большой город Легонта, Ливда… Помнишь, мы там были как-то? Так вот, Ливда объявляет, что готова принести вассальную присягу Алекиану. Для энмарцев это — крушение всей операции. Им придется измыслить что-то новое. Так что и там не будет тишины, в Энмаре неспокойно. Вот мне и кажется, что единственное спокойное местечко в Мире — наша Альда. Это не может продолжаться вечно, но я хочу удержать спокойствие как можно дольше… Я хочу отдохнуть. Тьфу, вот ты напомнила, и опять эти мысли в голову лезут. Я не желаю размышлять о судьбах Мира! И вообще…

Ингви огляделся в поисках кого-нибудь из старших солдат.

— Эй, Стер! Приглядишь тут за порядком!

— Слушаюсь, ваше величество капитан!

Ингви рассмеялся, обнял Ннаонну, и оба побрели в лес…

Ворота Могнака распахнулись с душераздирающим скрипом. В проеме стоял человек с ног до головы закованный в матово блестящие латы. Подняв забрало шлема, он прокричал:

— Глава Черного Круга приглашает Гезнура из Гевы в Тайный Город!

Голос глашатая, усиленный магией, разнесся по всей округе. Тролли остались неподвижны, будто происходящее их не касается, а от линии всадников, развернутой против ворот Могнака, отделились двое. Не спеша, они пересекли пустошь, приблизились к воротам. Перед аркой, в тени мрачных стен передний спешился, передал поводья другому, и шагнул в проем.

Могнакский глашатай жестом пригласил пришельца следовать за собой, и оба исчезли внутри. Ворота пришли в движение, створки медленно сошлись. Глухо стукнул засов.

За воротами Гезнура встретили выстроенные неправдоподобно ровными рядами мертвые солдаты. В центре между колонн неупокоенных короля ждали чародеи в доспехах. Маршал в глухом шлеме, увенчанном изогнутыми рогами, стоял первым. Позади него топтался долговязый старик в черной мантии. Подойдя к нему, Гезнур поднял забрало и сказал:

— Я — Гезнур, король Гевы.

Маршал передал огромный меч стоящему рядом колдуну, обеими руками снял громоздкий шлем, обнажим совершенно лысую голову, и отозвался:

— Я ныне глава Черного Круга, правитель Могнака Забытого и главнокомандующий армии мертвых. Рядом со мной — брат-архивариус, мистик Черного Круга, — старик в черном неразборчиво просипел короткую фразу, которая вполне могла быть как приветствием, так и ругательством. — Я прочел письмо. Приглашаю для переговоров в Башню.

Не дожидаясь ответа, маршал развернулся и зашагал прочь от ворот, Гезнур тут же догнал его и пристроился рядом. Архивариус, шелестя черными одеяниями, ковылял следом. За ним попарно шагали четверо магиков в доспехах, передние несли шлем и меч предводителя. Улицы были пустынны, дважды Гезнур заметил женщин, укутанных в черное, обитательницы Могнака провожали процессию равнодушными глазами.