М+ж
Шрифт:
Какое - то чудо заставило Лулле обернуться. Принц замахал руками и шлепнулся в воду снова.
С другой стороны на него летело еще двое.
Когда он был маленький, папенька тренировал его координацию тем, что завязывал ему глаза, а потом просил сборную команду Форта по футболу бать по нему мячами .
Принц присел, головы столкнулись вместе. Гидра развернулась всем телом. Принц рано обрадовался. У нее в запасе осталось еще шесть голов.
Нога уперлась во что - то твердое и плоское. Это был его мольберт. Если замахнуться и швырнуть его в одну из голов, то их останется всего пять и...
Нет.
Он никогда этого не сделает.
Пасть одной из голов была в локте от его лица. Лулле был готов уже на свадьбу. Зубы уже впивались принцу в плечо...
...А потом пришла она.
Хватка зубов на плече ослабла и чешуйчатая бошка завалилась ему на плечо. Принц пошатнулся.
Она, нет, не так она окинула его мимолетный взглядом и перезарядила огромный лук. Стрела ушла твари прямо в глаз.
Она была прекрасна. Длинные пепельные волосы струились по плечам, нет, не водопадом. Это описание было слишком простым и неизменным, чтобы выразить всю ее прелесть...
Глаза пятой головы выкатились, синий язык вывалился наружу и слегка подрагивал - обитающие на нем бактерии жили своей жизнью...
Лулле отмахнулся от летящего в его сторону ошметка плоти. Из тела дивного лесного создания отделилась призрачная женщина, которая вгрызлась подыхающему монстру в одно из горло.
Принцу было все равно, ведь у нее такие глаза... Чистая бирюза с небольшими вкраплениями океана.
Гидра зашлась в предсмертных конвульсиях. Она дернулась и упала, от ее тела прошла волна.
Она наконец - то посмотрела на него. По коже Лулле побежали мурашки.
Они бы были прекрасной пары. Ее носом можно было сверлить дырки в стене, чтобы потом привинтить его картины, но в остальном...
За спиной у принца раздалось чавканье и смачная отрыжка.
– О, здарова! Выжил все таки?
– Призрачная женщина отняла голову от развороченного брюха гидры и сердечно улыбнулась. На губах ее висели остатки требухи. У Лулле поплыло перед глазами, и он свалился в обморок.
Глава 8
Мама...
первое слово
главное слово
В нашей судьбе
Триада Фригг
Касле Торпера
– Почему наш гость весь в синяках?
– Я пыталась привести его в чувства - Ниал машинально уклонилась от пущенной в ее сторону молнии.
– Обычно в чувства приводят легкимим похлопываниями по щекам, а у него на левой скуле - гематома.
– Слегка не подрассчитала.
– Это возмутительно! Что о нас подумают потомки Маскула?
– О том, что мы - кучка свихнувшихся дур. И будут совершенно правы. Зачем вы его отпустили?
– Ах ты!
– в Ниал полетела вторая молния. Гидда у маменьки была меткая.
– Простите, ваше величество - принцесса церемонно поклонилась. Проще было один раз согласиться чем терпеть маменькину истерику.
– А в пустыне сейчас, наверное так хорошо и тихо. Скорее всего, напал какой - нибудь бешеный выводок битоменов, или Мальди опять оторвало ноги во время своих экспериментов - зараза - Лэйя еще больше подливала масла в огонь.
– Ниал, пойми!
– Ниал ненавидела, когда маменька начинала разговаривать с ней как с умалишеной.
– Я не могу рисковать миром, который мы восстановили с таким трудом. Ты, как старшая дочь, должна это понимать.
– Старшая, как же - Лэйя недовольно фыркнула - это значит, что все косяки просто повесят на тебя.
– Я это и так знаю.
– А в пустыне сейчас, наверное, миграции гигантских червеползунов, опять, наверное, косяк половину стены разворотил, а наши строители чинят...
– Ниал!
– Простите, матушка!
– принцесса сделала стеклянные глаза и уставилась в одну точку - Я настолько озабочена процветанием нашего королевства, что иногда совершенно выпадаю из реальности.
– Знаю я твои размышления - третья молния чуть было не подпалила ненавистную юбку, отчего принцесса могла сгореть заживо. Это указывало на то, что матушка успокоилась. Обычно она целилась в голову.
– Небось, уже прикидываешь, как бы скорее свалить в свою пустыню!
– Что ни говори, мать есть мать - глубокомысленно заключила гида - Насквозь видит!
– И не говори!
– согласилась Ниал.
– Старая ведьма!
– Чтоб даже не мечтала!
– огромная толстая колбаса, которая по совместительству была королевской рученькой, ударила по столу.- Пока не пройдет эта треклятая свадьба, пока не инициируем твою сестрицу и пока не подпишем мир, чтобы думать об этом не смела! И чтобы без глупостей! Гляди в оба! Эти охламоны признают только тебя, хотя и я им и королева.