Чтение онлайн

Поутру меня разбудила, разумеется, Пакость, которая по старой памяти опять попыталась свить гнездо у меня на голове, но закономерно получила в пятак и в отместку тяпнула меня за палец.

— Это она проверяет, не нужно ли тебе еще что-нибудь, кроме бриллиантов и фэйтала, — со смешком предположил Макс, когда я от души выругался и засунул пострадавшую часть тела в рот.

— Зараза! Как она шкуру-то все время портит?! У меня под кожей чешуя из фэйтала, а она все равно умудряется прокусить ее до крови!

— Так ей и не надо кусать глубоко. Для анализа достаточно пары капель.

— Тьфу! Пакость! А ну, иди сюда!

— Мя? — вопросительно высунулась из-за кровати наглая серебристая морда.

— Если тебе надо меня укусить, приди, блин, и скажи нормально! — в сердцах рявкнул я. — Ты ж не дура! Так какого же хрена прикидываешься?!

— Мя-а, — задумалась Пакость, когда я погрозил ей кулаком. — Мяф?

— Да! Да, е-мое, разрешаю!

Нурра довольно фыркнула, вильнула хвостом и снова исчезла, поганка мелкая. Я за это велел улишшам утащить ее на изнанку и не выпускать оттуда до особого разрешения. А то ишь, проверять меня надумала. Да еще и исподтишка.

— Мя-я-ай! — вскоре раздался из-под кровати возмущенный писк, а потом по сумеречному миру промчалась сердитая нурра, за которой с азартом гнались шестеро стремительно набирающих вес зверей, при виде которых у меня потеплело на душе.

Эх, малышня… какие же вы еще дети!

Завтрак, как и вчерашний ужин, оказался превосходным, поэтому к учителю я отправился сытым и даже слегка осоловевшим. Однако сонливость мигом слетела, когда Второй и Четвертый, к тому времени заступившие в караул, сообщили, что незабвенный мастер Тан уже с заинтересованным видом прогуливается по Садовой улице, на которой стоял особняк великого магистра.

Когда я туда добрался, на видном месте мастера-хасаи, разумеется, не нашел. Но, судя по картинке от Второго, мастер Тан караулил меня, сидя в одном из экипажей на другой стороне улицы. И тронулся с места в тот самый миг, когда мимо него неспешным шагом прошел одинокий каратель.

На этот раз великий магистр Ной встретил меня уже одетым. И он явно куда-то торопился, причем настолько, что даже не соизволил как следует поздороваться.

— Заходи. Кабинет в твоем полном распоряжении. Если что-то понадобится, Иолш все сделает.

— Что-то не так, учитель? Я могу вам чем-то помочь?

Но он только нетерпеливо отмахнулся и умотал, даже не сообщив, куда и зачем уехал.

Ну и ладно.

Зато в «изоляторе» я мог теперь торчать хоть до посинения, тем более слуга подтвердил, что ему приказано не чинить мне препятствий и обеспечить всем необходимым по первому требованию. Для вящего удобства он даже оставил на столе в рабочем кабинете магистра серебряный колокольчик. На случай, если я выползу из «изолятора» совсем уж немощным и не найду в себе сил даже покричать.

Про блокиратор учитель тоже не забыл, поэтому я, едва зайдя внутрь, тут же его активировал. Однако, к моему глубочайшему разочарованию, а-зона ничем мне не помогла, и уже через пол-рина меня снова начала терзать немилосердная головная боль, от которой еще через рин я уже был готов лезть на стены.

Фэйтал слегка облегчил мои страдания, поэтому я извел все запасы, которые успела создать за ночь неутомимая нурра и которые я мудро прихватил с собой. Но и они меня не спасли, поэтому после трех пополудни я все-таки вывалился из «изолятора» и буквально рухнул на кушетку, остро жалея, что не сдох половиной рина раньше.

Примчавшаяся по изнанке Пакость, которую не сдержали никакие заклинания, тут же заметалась по кабинету, всем своим видом показывая, что готова помочь, спасти и, вообще, ужасно сожалеет, что сегодня утром вредничала. Но вывести ее из сумеречного мира я не рискнул — в доме наставника было слишком много сигнальных и прочих заклинаний, которые могли запечатлеть мелкую во всей красе.

Кстати, пока я ковырялся в личности Таора, то долго не мог понять, отчего же профессия артефактора считалась такой редкой. Оказывается, причиной этого стал обычный магический парадокс, который заключался в том, что чем слабее у мага дар, тем он, так сказать, был универсальнее.

К примеру, хороший стихийник по определению имел очень мощный, но узконаправленный дар, потерявший способность обращаться ко всем видам энергии, кроме одного. Вроде как мои улишши, которые, взрослея, утрачивали способность принимать различную форму. Зато маги послабее, проигрывая в силе, имели преимущество в количестве стихий, которые были им подвластны. А то и могли совмещать стихийную магию с какой-нибудь другой. Более того, зачастую это было гораздо полезнее, чем наличие, пусть мощного, зато узконаправленного и не везде применимого дара. По этой же причине самый сильный универсал был гораздо слабее самого никчемного водника или пироманта. А самый сильный бытовик существенно уступал в силе средненькому универсалу.

Артефакторами же, как правило, становились те, у кого магический дар был настолько слаб, что с его помощью даже светильник зажечь оказывалось проблематично. Маги этого направления не умели создавать обожаемые фантастами файерболы, не рушили горы и не трясли морское дно в ожидании цунами. Все, на что хватало их дара, это заметно легче, чем даже бытовики, оперировать различными видами энергии. Не дольше — именно легче. Поэтому в артефакторы обычно шли те, кто больше ни на что не годился.

Сложность же нашей профессии заключалась в том, что для работы с артефактами требовалась огромная масса знаний из различных областей. Чтобы уметь совмещать нити разных цветов и составлять из них настоящие букеты заклинаний, маг должен был разбираться во всем. Знать, что можно совмещать, а что нет. Какую напряженность магического поля выдержит та или иная нить. Как правильно распределить нагрузку. И как сделать так, чтобы нить не порвалась в самый ответственный момент, спалив к такой-то матери и артефакт, и артефактора, и полквартала вместе с ним.

На то, чтобы освоить практически весь курс магического искусства, да еще по такому количеству направлений… а тут действовало правило «чем больше, тем лучше», артефакторы… слабейшие, подчас никчемные в плане силы… тратили годы и десятилетия, а то и всю свою немаленькую жизнь в надежде хоть как-то устроиться. Отдача при этом была не то чтобы скромной, однако, выбирая специальность бытовика, маг всегда мог рассчитывать на постоянную работу в городе и стабильный, пусть и невысокий доход. Тогда как сила и ценность артефактора заключалась исключительно в его знаниях. В умении сочетать несочетаемое и делать то, до чего никто другой еще не додумался.