Чтение онлайн

— Не к добру это, — пробормотал Макс, когда я вернулся и, плотно задернув шторы на окнах, выпустил с изнанки улишшей. — Теперь у гильдии убийц в отношении тебя появились ненужные подозрения.

Я покачал головой.

— Подозрения у них появились, когда я притащил Шарану корону Аррихада. А теперь у них возникли вопросы. Причем, заметь, задали их очень вежливо. И я так же вежливо ответил, потому что ссориться с Лооргом мне не с руки.

— Думаешь, они от тебя отстанут? — беспокойно спросил дом, когда я вернулся из душа и завалился на кровать на пару с уставшей таиться в кармане Пакостью. Первый по привычке улегся рядом, уложив голову на покрывало и вопросительно посматривая снизу-вверх желтыми змеиными глазами.

Я закинул руки за голову.

— Нет. Но наезжать, скорее всего, не будут. По их законам я ничего не нарушил.

— Но они могут начать тебя шантажировать!

— Чем? — рассмеялся я. — Тем, что в моем доме якобы бесследно исчезли плохо воспитанные, хорошо вооруженные и насквозь незаконные мигранты? Да я тебя умоляю. О том, что эти самые мигранты вообще тут были, кроме меня, моих слуг, Лоорга, его людей и продажной стражи, которая впустила сиульцев в город, никто не знает. Но стража этот факт ни за что не подтвердит. Иначе должности и головы полетят только так. Так что на самом деле в Гоаре никого не было, друг мой. А Лооргу, по большому счету, наплевать. Он даже выгадал от того, что конкурентов убрали чужими руками. Ты, кстати, разобрался с их тряпками?

— Да. Они пропитаны каким-то травяным составом наподобие шекка.

— Забавно. Мне почему-то казалось, что на Ирнелле нет его аналогов.

— По-видимому, на востоке нашли.

— Ладно. Что с артефактами? Теми, что ты снял с убитых, имею в виду.

— Пока не понял. Они там заклинания научились так друг с другом перекручивать, что их даже без базовых нитей сложно оторвать друг от друга.

— Да, — рассеянно отозвался я. — У меня тоже не получилось. Хочу завтра забрать их в «изолятор» и там просветить эти хреновины всеми доступными способами. Может, получится разъединить эти нити или как-то нарушить структуру. Без этого нечего и думать снять с Ло ее браслет.

Макс на это ничего не ответил, но в это время меня отвлекла оставшаяся без внимания Пакость. Запрыгнув на грудь, она протянула все тот же странный шарик из серебристого желе, забрав который, я все же решился спросить:

— Макс, ты случаем не знаешь, что это за штука?

— Дай-ка посмотреть, — заинтересовался дом, и шарик под возмущенный писк нурры взмыл под самый потолок.

— Да тихо ты, — шикнул на нее я. — Никто его не отбирает. Сейчас Макс его изучит и вернет.

Пакость сердито засопела, а за шариком следила так внимательно, словно всерьез решила, что его украдут и съедят. А когда он так же плавно опустился мне на руку, подскочила, сцапала обеими лапками, после чего, смешно переваливаясь, доковыляла до моего лица и настойчиво ткнула в губы.

— Честно говоря, не уверен, что понял правильно, — сообщил дом, когда я проглотил угощение, и нурра успокоенно свернулась в калачик, прикрыв рубиновые глаза. — Но по структуре эта субстанция напомнила мне одну интересную штуку, которой маги раньше частенько пользовались при обучении. «Активатор» называется.

— И что она, позволь узнать, активирует?

— Да почти все: мыслительные процессы, память, внимание, процесс регенерации тканей… истощаешься при этом, правда, гораздо быстрее обычного, но на время эта штука способна придать тебе весьма недурственные способности.

Я поскреб подбородок.

— То есть я стал лучше запоминать, потому что Пакость создала для меня стимулятор мыслительной деятельности?

— Подходящий только тебе стимулятор, — уточнил Макс. — У обычных была масса побочных эффектов, поэтому от них в итоге отказались. А этот подходит тебе идеально.

— Жаль, что у меня не было такой штуки дома. Перед экзаменами знаешь, как бы пригодилась… так. Стоп. А чем ты кормил Пакость, чтобы она смогла производить эту фиговину? Я-то ничего особенного ей не давал.

— Да как обычно: золото, серебро, драгоценные камни… а еще она подвал мне потихоньку расширяет, — признался дом. — Всю облицовку уже съела. Теперь землю грызет. Старинный клад вот на днях нашла. Теперь уничтожает его. Хотя иногда и я по мелочи подкидываю, если просит. Но, видимо, ей хватает, потому что паркет и плитку в доме она больше не портит.

Я поскреб свернувшуюся клубочком Пакость по спинке.

— А что за клад-то хоть? Есть там что-нибудь интересное?

— Нет. Монеты, кубки, женские драгоценности…

— Тогда пускай ест, — успокоился я, а нурра тихонько замурлыкала. — Главное, чтобы на виду не хулиганила, а остальное мы как-нибудь переживем.

— Урр, — вдруг толкнулся мне носом Первый. А когда я вынул из-под рубашки и протянул ему монету, тут же прильнул к ней мордой и довольно засопел.

— Удивительно, — тихонько прокомментировал его действия Макс и так же тихо вздохнул, когда монета слабенько засветилась. — Сколько лет жил бок о бок с «разумниками», а даже подумать не мог, что их изобретения способны снабжать энергией что-то живое.

— Там же энергия с изнанки, — отмахнулся я, продолжая одной рукой почесывать Пакость. — Родная для улишшей. Вот он ее и лопает.

— Ты тоже ее лопаешь.

— Я — нет. При всей своей изменчивости нурры на это не способны.

— Эм. А кто же ее тогда вытягивает? — озадачился дом, когда я сжал пальцы, и монета засветилась гораздо ярче, чем раньше.

— Ули, конечно. Для него, как и для Первого, это прекрасный источник энергии. Причем продукт уже приготовлен, сконцентрирован в нужной степени, доступен и абсолютно безопасен. Вот малыш им и пользуется. А мне потом отдает уже в переработанном виде. Правда, не сразу, поэтому иногда регенерация слегка запаздывает.

Ули в ответ на мою догадку прислал смущенно-подтверждающую волну и притих, словно по старой памяти вдруг решил, что его накажут за самоуправство. Но мне было откровенно фиолетово, откуда он забирает энергию. Главное, что он делал это для меня и никого при этом не убивал. Ну а то, что аккумулятор нам попался емкий — за это надо сказать спасибо Шэду. Это ведь он нам его подарил.

— Рад, что ты оценил, — как по заказу, раздался голос со стороны окна, и я аж подпрыгнул на месте и, едва не уронив Пакость, резко сел, когда из пустоты проступил знакомый силуэт.