Чтение онлайн

– Ты грустишь.

– Есть такое. А теперь слушай, историю для своих родителей. Тебе и Паркеру стало плохо. И я решил отвести вас по домам. Но так как не знаю ваших адресов, привез вас к себе. Тут вам стало хуже. Поднялся жар и вы потеряли сознание. Вызванный доктор, ни чего серьезного не заметил, и прописал малый объем лекарств. Вы поправились, и если Паркер сам уехал, то тебя я решил проводить, что бы объяснить твоим родителям что произошло, и почему их дочь отсутствовала.

– Странно. Но, мне кажется что ты говоришь правду.

– Правда. Вам же действительно было плохо. К тому же я не знал ваших адресов. Доктор, это я же. Где ложь? Правильно ее вроде как и нет, но тут очень много недосказанного, на которое в обычной жизни ни кто не обращает внимания.

– А понятно. Но я по прежнему, тебя практически не чувствую. Только грусть...

– Я уже сказал. Это основная моя эмоция. Как должен чувствовать себя смирившийся смертник? Не знаешь? Просто грусть и сожаления, о том что не успел. Я все успел, а грусть это так, от сократившегося времени. Ладно, все собирай свои вещи, пора тебя родителям отвезти. Наверное переживают. Вещи можешь оставить себе, мне они не особо нужны.

До ее дома добрались молча. Правда она всю дорогу, косилась на водителя. Видимо что то чувствовала. Ни чего, скоро ты поймешь какая это мина замедленного действия. Как это плохо чувствовать чужие эмоции. Хотя, надеюсь ты ни когда не узнаешь, какого это потерять эту способность.

Как ни странно, но дома у нее было пусто. Меня попросили подождать на кухне, пока она разговаривала с отцом по телефону. Как я позже выяснил, он у нее коп. Матери нет. Недавно перебрались в Большое яблоко. Это все узнал, пока ждали ее отца.

Встреча была нечто. Первым делом, мне попытались набить морду. Угу, уклонился на ав-томате, и провел добивающий, хорошо что вовремя сместил немного руку, иначе бы убил. Ну, не привык я расслабляться. Потом, было долгое и нудное объяснение, меня чуть ли не по минутам заставляли пересказать все случившееся. Ага, желаю успехов. На, втором часу просто грубо послал его, на трех языках. И ушел, слыша в спину, что за мной следят.

Нет, я всегда знал что чужие родители это зло. Но не думал, что они могут быть на столько выматывающими...

Со дня разговора с Конорсом, прошла уже неделя. Нанятые люди нашли слепые пятна в канализации. Но, интуиция настойчиво орала, что лезть туда не стоит. А я привык доверять интуиции. Уже второй день обдумываю план проникновения, обходным путем.

Стейси первое время пыталась приставать ко мне с вопросами, но мое явное игнорирова-ние ее личности, разозлило девчонку, и теперь она на меня дулась. Паркер, пытался скрыть свои новые возможности. Со стороны, если знать на что смотреть, это было забавно. Очень забавно, только ради этого представления и ходил в школу.

А что, имею право расслабиться. Самое смешное, в другом, все его изменения проходили толком не замеченными. У людей даже вопросов на некоторые нестыковки не возникало. Вырубил, качка, так может он тренировался. Стал сильным и ловким, так все те же тренировки. А то что, еще пару дней назад ни чего подобного не было и в помине, так может просто не демонстрировал. Короче было весело.

Этот день ни чем особенным от прошлых не отличался. Сидел, под деревом и делая вид что читаю, изучал планы подхода к дому Конорса. По всем прикидкам, выходил единственный путь через канализацию. Во всех других местах, слишком плотное наблюдение. Не пройти.

Нет, захват или убийство возможны, но мне то надо просто поговорить не засветившись. При этом, возможно сдать некоторые анализы. В общем, дела были не очень, а настроение в след за ними стремилось к нулевой отметке.

– И что грустишь?
– Рядом уселась Гвен.

– Думаю.

– О чем? Как поработить мир?

– Это и без меня придумали, и отлично осуществляют.

– Чего?

– Демократия. Тоже рабство. Просто мене заметное и скорее добровольное.
– Пришлось отвлечься, и повернуть голову. А потом, рассмеяться с ее удивленного лица.
– Ты что то хотела?
– Немного успокоившись, смог выдавить.

– Кто то обещал мне рассказать все мои возможности.
– Недовольно заявила она.

– Угу, а то ты их сама уже не опробовала. Угу, вижу опробовала, так же вижу что они тебе понравились. И кстати, на будущее, не следи за профессионалами. Я тебе трижды чуть голову не снес.

– Так тот огрызок, был не случайностью!?

– Нет. И на будущее, если уж за кем то следишь, не смотри на него. Смотри на одежду или вещи рядом с ним. Такой взгляд сложнее почувствовать.
– Посоветовал, возвращаясь к планам проникновения.

– Так о чем думаешь?
– Спустя пару минут вновь уточнила она.

– Как поговорить с Конорсом и сильно не засветиться перед его наблюдением.

– А зачем тебе профессор?

– Ты, явно меня очень плохо слушаешь.
– Она стушевалась под моим недовольным взгля-дом.
– Мне осталось жить, от шести до восьми месяцев. И даже зная, что этого времени не доста-точно для нахождения решения сдаваться не собираюсь. Всегда есть случай. Который и может помочь.

– Так ты не врал?

– Нет.

– А почему на прямую не можешь с ним поговорить? Да я понимаю наблюдение, но что они тебе?

– Не люблю светиться. Тебе рассказал просто по велению интуиции. Я привык ей доверять. И если она говорит надо, значит надо. Не взирая на последствия. Ведь что по сути интуиция, это анализ всех неучтенных факторов, случайностей и вероятностей, помноженное на опыт.

– А м-м-м. А если я поговорю с профессором, ведь я прохожу у него практику.

Смачный шлепок моей руки о лоб, был ей ответом.