Чтение онлайн

– Что тебе от меня надо, а?

Собака приблизилась на пару шагов, и Мигель принял оборонительную позу. Он много раз слышал, что бездомные собаки нападают на детей.

Но эта собака вроде не собиралась на него нападать. Приближалась медленно, но с весьма уверенным видом. Потом стала обнюхивать место, где копался Мигель.

– Нет у меня ничего тебе поесть, – сказал Мигель, думая, что собака так же голодна, как и он.

А она тем временем начала ловко раскапывать кучу передними лапами. Будто, глядя на мальчика, запомнила, как это надо делать.

– Помочь мне хочешь?

При виде этой картины у Мигеля вдруг потеплело на душе.

Собака увлеченно рылась в мусоре.

– Ладно. Давай вместе.

Мигель возобновил работу. Но, как они ни старались, ничего стоящего не попадалось. И все равно мальчик не бросал своего занятия. Копал и копал, будто наперегонки с собакой.

Ковыряться в мусоре вместе с собакой было гораздо веселее, хотя это ничем не отличалось от того, что он делал каждый день.

Мигель решил прогуляться с Тамоном вокруг торгового центра. Пес сделал все свои дела и снова пошел рядом с человеком, подстраиваясь под его шаги. Поводок не натягивался и не провисал.

Минут через двадцать Тамон повернул в обратную сторону. Послышались голоса детей, идущих в школу.

– Ты что, детей любишь? – спросил Мигель.

Тамон смотрел вперед.

– Там, на юге, ребенок, которого ты ищешь?

Тамон никак не отреагировал на вопрос Мигеля. Тот пожал плечами, на ходу достал смартфон, набрал чей-то номер.

– Что с Рикки и Хосе? Не знаешь?

С того конца без всяких предисловий послышалось:

– Оба кончились. Тебя не только Такахаси, но и полиция ищет.

– Так, да? Там еще японец был, водитель. Он-то живой?

Раз по его следу идет полиция, значит, кто-то ей рассказал о Мигеле. Если Рикки и Хосе мертвы, никто, кроме того японца, этого сделать не мог.

– Когда его нашли, он был еще жив, но вроде умер в больнице.

– Вон оно как…

– Скорее всего, он о тебе полиции и сообщил.

– Понял. До связи.

Разговор окончился. Поправляя на голове бейсболку, Мигель надвинул ее на глаза. Полиция его ищет, поэтому не следует всем без разбора показывать свое лицо.

– Я так и думал, что он умер.

Тамон поднял голову, их глаза встретились. Лицо Мигеля отражалось в черных, казавшихся бездонными зрачках собаки.

– Ты знал… – пробормотал Мигель.

У собак особое чутье, которого нет у людей. Благодаря ему они много чего знают.

– Получается, теперь я – твоя семья.

Услышав эти слова, Тамон двинулся дальше.

Мигель почесал голову – пес будто говорил ему: разве я могу быть в одной семье с грабителем.

На встречной полосе показалась патрульная машина. Мигель с силой стиснул руками руль.

Его разыскивала полиция Мияги, префектуральная полиция Фукусимы здесь не при делах.

Мигель успокаивал себя, но тревога не уходила. А вдруг они к нему привяжутся и проверят чемоданчик на заднем сиденье? Тогда всему конец.

Патрульная машина исчезла в боковом зеркале, и Мигель наконец вздохнул свободно.

Он перевел взгляд на зеркало заднего вида. Голова Тамона была повернута налево – к югу. Если такая умная собака на чем-то зациклилась, значит, это не просто так.

Кто бы ни был тот человек на юге, для Тамона он незаменим.

– Я сделаю так, что он его забудет.

Мигель нажал на тормоз. Желтый свет на светофоре впереди сменился красным.

На перекрестке «Мерседес Гелендваген» поворачивал налево. Автомобиль стал набирать скорость, но тут водитель вдруг ударил по тормозам и резко развернулся.

Мигель покосился в боковое зеркало.

Загорелся зеленый. Мигель вдавил педаль газа и проехал перекресток по прямой. «Гелендваген», затесавшись в компанию трех микролитражек, последовал в том же направлении.

– Дерьмо! – пробормотал Мигель.

Контора Такахаси откуда-то узнала о его машине. Наверное, от того типа, который ее покупал. Он занимался продажей краденых авто в Россию и на Ближний Восток.

Мигель прибавил газу и резко обошел ехавшую перед ним машину. «Гелендваген» повторил его маневр.

Сомнений не оставалось. Якудза, связанные с Такахаси, искали именно эту машину.

– Тамон! Сейчас маленько потрясет. Держись крепче.

Мигель ускорился еще больше. Светофор на следующем перекрестке переключился с желтого на красный. Не снижая скорости, «Фольксваген» проскочил перекресток.

Позади прогудел клаксон. «Гелендваген» остановился на перекрестке.

Мигель назвал собаку Сёгуном. Где-то он слышал это японское слово, и ему понравилось, как оно звучит.

По утрам Сёгун появлялся откуда ни возьмись и вместе с Мигелем начинал раскопки, а с наступлением темноты куда-то исчезал.

Конечно, Мигель хотел бы засыпать и просыпаться вместе с Сёгуном. Однако он не думал, что родители это позволят. Он даже боялся, что отец скажет: «А не съесть ли нам этого», – если он, Мигель, на чем-нибудь проколется.

Вот какая тяжелая была жизнь.

Сёгун как будто знал, как живет их семейство, и, когда Мигель уходил домой, пес тоже удалялся, не показывая, что жалеет об этом.