Чтение онлайн

А вот папаше все это дело не нравится, по глазам видно. Ну, я б тоже особо радостью не лучился, если бы кто-то левый принялся лезть во внутрисемейные дела.

– Спасибо, - тем временем продолжила Людмила, - что уговорили Артема приехать. Мы собирались прийти за ним, но вы нас опередили.

– Ну, чего стоишь?
– перебил вдруг супругу Владимир, не спуская глаз с тихо сопящего сожителя.
– Марш домой.

Парень вздрогнул, как если бы мужчина не просто говорил, а орал, брызгая слюной. Мрачно посторонившись в сторону, отец парня пропустил своего сына, который, судорожно вздохнув и мельком оглянувшись на меня, поплелся внутрь и скрылся с глаз. Людмила, покосившись на своих домочадцев, коротко вздохнула. Повернувшись ко мне, она заговорила быстро, проглатывая окончания:

– Ну, еще раз спасибо, что привели его. Вы не подумайте, мы приличные, но… не складываются у нас иногда отношения так, как надо. Уже не первый раз сбегает, но так надолго - впервые, - сокрушенно покачала головой дама.
– Ладно хоть, что у таких хороших друзей остается, а не у всяких оборванцев…

– А Слава?
– слетело с языка прежде, чем я успел осознать это.

– Слава, - тупо повторила Людмила за мной, в глазах промелькнула едва заметная боль.
– Да уж, повезло, что вы с ним в одном доме живете. Хоть с братом повидался, а то ведь как разругались в прошлый раз - и все.

– Извините, конечно, что лезу не в свое дело, - решил воспользоваться я моментом, - но почему он живет у какой-то родственницы, а не с вами? Я про Славу.

На несколько секунд замолчав, женщина открыла уже рот, чтобы охотно пуститься в объяснения, но громкий настойчивый окрик из квартиры опередил ее:

– Люда!

Снова замолчав, она, вдруг коротко улыбнувшись, сказала только:

– Так получилось. Я собираюсь это исправить. До свидания.

– Эм, да. До свидания, - пробормотал я уже из-за закрытой двери.

В некоторой неясной заминке потоптался на месте минут десять. Сначала колебался, уйти ли или остаться ждать парня. Затем, когда пришла запоздалая заинтересованность, я напряг до предела уши в попытке услышать, о чем могут говорить те трое. Почему-то я был уверен, что без ора дело не обойдется, но, к моему удивлению, через дверь не просачивался ни единый звук. А потом, попинав балду и начав страдать от безделья, я все же, в последний раз взглянув на дверь и уверившись, что выпускать сейчас она никого не намерена, пустился вниз по лестнице.

Выйдя на улицу, вдохнул свежий воздух полной грудью. Слыша, как за спиной закрылась тяжелая подъездная дверь, остановился, практически равнодушно покрутил головой по сторонам. Размышляя, в какую сторону пойти, чтобы прийти на остановку, трамвайную либо автобусную, привычно похлопал себя по карманам, выуживая на свет открытую сигаретную пачку.

Домой возвращался в странном настроении. Осталось чувство… неудовлетворенности. Хотя свою изначальную цель я выполнил с блеском - притащил пацана к нему домой и заставил пойти на разговор с родителями. Правильно. Пусть сами разбираются.

Наблюдая, как за автобусным окном мелькают давно не стриженные кусты возле обочины, отдельные листья которых уже начали желтеть, я свел брови на переносице. В голову неожиданно ворвалась другая каверзная мысль, вкрадчиво нашептывая: эй, Вадим, не кажется ли тебе, что тебя стоит назвать педофилом? Парень-то несовершеннолетний, а тебе тридцатник скоро. А какие вещи с ним вытворял, а?

Сглотнул. Сердце забилось неровно, кинул нервный взгляд на остальных пассажиров, что сидели с каменными лицами.

Вообще-то это странно. Вот сидишь ты, как и все остальные, и лицо у тебя ничем не примечательное, - ни косое, ни перекошенное, - а на самом деле втихушку портачишь что-то такое, что обществом не поощаряется. Или не втихушку. И никто не знает об этом. А вдруг узнают?

Ну… да ладно. Это же еще не значит, что я на маленьких детей, гм, падок. Если бы такое случилось - голову бы себе оторвал: может, в извращенцы я записался, но не в моральные уроды. Детей я воспринимаю только как клиентов. И как детей. Ну правда, что с малышни взять? Карапузы и в Африке карапузы.

А пацан… ну, он уже конь. По-моему, он даже вес набрал, причем прилично так, не несколько граммов. Странно, вроде до убоя я его не кормил. Сам куски таскал, пока я в другую сторону глядел? Неизвестно.

То есть, я хочу сказать, что сожитель на двенадцатилетнего мальчика не похож. И слава богу. Конечно, до взрослого кабана ему еще далековато, но… Черт, мне просто надо себя как-нибудь оправдать.

Тяжело вздохнув, прислонил лоб к толстому стеклу. Правда, тут же об этом пожалел, потому что в следующий момент автобус хорошенько тряхнуло, заставив мою черепушку гулко брякнуться. Сидящая рядом женщина покосилась на меня, пока я, ругаясь сквозь зубы, потирал рукой ушибленное место. Угрюмо уставился перед собой.

***

Уже с полчаса я сидел на диване, прикрыв глаза и откинув голову на спинку. Изначально я пробовал смотреть телевизор, чтобы как-то занять себя и прекратить думать о всякой всячине. Впрочем, детективные отечественные сериальчики не смогли заинтересовать меня должным образом, поэтому, повопив какое-то время, телевизор все же был выключен.

Закрыв глаза, зачем-то следил за своим дыханием. Краем уха слышал, как капает кран на кухне - единственный звук в доме. Ударяющиеся о раковину капли нисколько не раздражали. Я вообще не помню таких моментов, когда это меня нервировало. Кажется, в большинстве случаев я вовсе не замечаю текущий кран: может, мне на подсознательном уровне просто не хочется его чинить.

Сейчас же это даже несколько умиротворяло. Каждые три секунды раздавалось дежурное “кап”, и это успокаивало. В том смысле, что в голове находился хаос, в то время как окружающее оставалось таким же предсказуемым. И этой предсказуемости удавалось сглаживать тревогу, которая поселилась в душе.

Странное дело, в моем котелке было пусто. И одновременно я, казалось, думал обо всем. О каждой проблеме, что меня волновала, о каждой вещи, которая была мне неприятна. Я чувствовал себя жутко напряженным. И одновременно мне было совершенно все безразлично.