Чтение онлайн

– Как спалось? – спросила я, ощутив голод.

– Отлично.

– Голова не болит?

– Вроде нет. Как насчет завтрака?

– Только сначала приведу себя в порядок.

– Ты и так прекрасно выглядишь. Свежа, как майская роза.

Шмаков хмыкнул и окинул меня оценивающим взглядом. Я вдруг увидела себя со стороны – в коротких шортах и полупрозрачной майке на тоненьких бретельках… Мне захотелось исчезнуть, и я поспешно взлетела вверх по лестнице.

Я приняла душ, вытерла волосы и обнаружила, что не захватила из спальни расческу. Обмотавшись наскоро полотенцем, я выскользнула из ванной в коридор и нос к носу столкнулась со Шмаковым, выходившим из комнаты Врублевской.

– Что ты там делал? – подозрительно спросила я.

– Алекс, ты неисправима, – нервно хохотнул Шмаков, – хорошо, что у тебя сковородки с собой нет. Я просто хотел напомнить тебе, что завтрак стынет.

С этими словами он отодвинул меня в сторону и насмешливо посмотрел на лужу, которая с меня натекла.

– А что это ты с зеркалом сотворила? Практикуешься в интерьерном дизайне?

Я вошла в спальню и со злостью захлопнула за собой дверь. Что Шмаков тут искал? На первый взгляд, все было на своих местах. Я прошлась по периметру.

Ничего необычного. Мне осталось продержаться один день. Всего один день. В воскресенье, то есть завтра, вернется Фиалка.

Я тщательно расчесала волосы, подумала и нанесла легкий макияж. Подкрасила ресницы и коснулась помадой губ. Надела джинсовые бриджи, хлопчатобумажную рубашку без рукавов, завязала ее на талии. Когда я вытаскивала вещи из сумки, то увидела, что молния на ней наполовину расстегнута. Сердце глухо стукнуло, но я убедила себя в том, что сама не застегнула сумку до конца.

– Не волнуйся, я скоро уйду, – сказал Шмаков, когда я спустилась вниз. Он стоял у окна, опираясь левой рукой на раму. В правой держал мобильный телефон.

Я пожала плечами. На столе остывала залитая яичницей колбаса, в чашках дымился кофе. На блюдце возле одной из чашек, очевидно, предназначенной для меня, лежал кусок сахара. Значит, Шмаков помнит, сколько сахара я кладу в кофе.

Я молча села за стол, ковырнула вилкой яичницу. Мелькнула абсурдная мысль, что еда отравлена. Аппетит сразу пропал. Я отодвинула тарелку.

Шмаков внимательно на меня смотрел.

– Алекс, что с тобой? – наконец тихо спросил он. Этот вопрос застал меня врасплох. Я не ожидала, что мое внутреннее состояние столь заметно.

– Не понимаю, о чем ты говоришь.

– Я же вижу, что что-то происходит, и это меня беспокоит. Ты напряжена, даже напугана. Я слишком хорошо тебя знаю.

– Ты знаешь меня прежнюю, – вяло парировала я. – С тех пор я сильно изменилась.

Шмаков в два шага пересек кухню и опустился на стул напротив меня.

– Доверься мне. Я тебе друг, а не враг, – прошептал он. Я почувствовала подступающие слезы, заморгала и отвернулась в сторону. Могла ли я ему доверять?

Денис выглядел искренним, но он талантливый актер…

Я схватила чашку с кофе и залпом выпила. Блюдце покачнулось, кусок сахара упал и укатился под стол. Я вымученно рассмеялась.

– Со мной все нормально, Денис. Тебе показалось.

– В любом случае, я хочу, чтобы ты знала одну вещь. Я… – он запнулся и продолжил после паузы, – всегда буду рядом.

«Вот это-то и пугает меня больше всего», – почему-то подумала я.

В этот момент раздался стук в дверь.

– Это, наверное, за мной. – Шмаков резко поднялся и направился к выходу.

Повернул ключ в замке и рывком распахнул дверь. На пороге стоял Олег Монахов. В руках он держал букет ирисов.

– Ну, конечно, – усмехнулся Шмаков. – Какая свадьба без баяна… Пока, Алекс!

Он нагнулся, небрежно чмокнул меня в щеку и ушел. Монахов молча повертел букет в руках и убрал его за спину.

– Доброе утро, – сказала я.

– Я, собственно, зашел узнать насчет вашей тренировки. Помните, мы с вами договаривались, что я буду приводить Дашу?

Монахов старательно избегал моего взгляда. Я вышла на крыльцо и опустилась на пару ступенек. На улице было свежо, поднявшийся ветер раскачивал верхушки деревьев. Я сделала глубокий вдох и повернулась к Монахову.

– Послушайте, Олег. Вы неправильно поняли. Мы с Денисом…

– О чем вы? – Монахов вскинул глаза. Они были холодными и равнодушными.

– Действительно, о чем это я? Пусть Дашенька приходит через два часа.

Монахов вежливо улыбнулся и, не останавливаясь, прошел мимо меня. Я осталась одна и могла теперь не прятать слез. Но их почему-то не было.

Столы, как это всегда бывало на кремлевских банкетах, ломились от яств. Но Кара не была голодна. Она устала и больше всего хотела сейчас оказаться дома, среди милых сердцу вещей, которые не способны обидеть, предать или причинить боль. Дом – единственное, что у нее осталось. Квартиру конфисковали сразу после ареста, теперь в ней жили другие люди. А дом отобрать не смогли, так как в нем прописалась Тая.

«Может быть, действительно поехать домой?» – подумала Кара. А вдруг Стертый караулит ее у входа? В Кремль его, естественно, не пустили бдительные охранники. Но кто помешает ему просто стоять снаружи? Придется дожидаться окончания приема. Обычно после таких мероприятий гостей развозили по домам на машинах.

Кара передернула плечами, взяла с подноса бокал шампанского и отошла в сторонку, в надежде затеряться среди приглашенных. Но уже через минуту за ее спиной раздался бодрый голос заместителя министра культуры.