Чтение онлайн

– Придется ехать, – сказал я Сашке.

Адрес у нас был, его обнаружили в записной книжке Ольги Пеотровской. Удивляло одно мелкое несоответствие: в записной книжке указан тридцать первый этаж, а в дневнике – тридцатый. Наверное, описка. В крайнем случае, проверим оба.

Ультрасовременная сияющая башня на охраняемой территории со сквером у подножия, отдельной диспетчерской и бухгалтерией. Пожилой консьерж (не иначе бывший профессор) смотрит подозрительно, но после предъявления удостоверений в недра башни пускает.

Идем по пушистому ковру, мимо живых пальм и раскидистых монстер к шикарной двери в облицованной мрамором стене. За дверью – всего лишь бухгалтерия.

– Нам нужны сведения о жителях тридцатого и тридцать первого этажей.

Девушка за компьютером удивлена.

– В доме тридцать этажей.

Ну как я и думал, описка.

– Тогда тридцатого.

Вручает распечатки фамилий владельцев – смотрю их уже в лифте. Насчет количества этажей бухгалтерша не обманула. На панели лифта (не иначе черного дерева) только тридцать кнопок.

В пентхаусах живут семьи, ни одного одинокого молодого человека. Впрочем, из того, что Небесный Доктор принимал Ольгу один, еще не следует, что он и живет один. Мало ли, мама в Париж уехала. К тому же регистрация далеко не всегда совпадает с реальным положением дела.

Поднялись на этаж. Я поискал номер квартиры, указанной в записной книжке Пеотровской.

– Мать!

– В чем дело? – спросил Сашка.

– Нет такого номера! Самый большой номер – сто пятнадцать. В записнухе – сто восемнадцатый!

– Может, пятерка так написана?

– Хрен его знает! Может.

В квартире номер сто пятнадцать обитает строгая пожилая дама, явно из бывших. Про себя я окрестил ее «генеральшей».

– Мы буквально на десять минут, госпожа… – Я взглянул в бумажку. – Шацкая. Только поговорить.

Она с отвращением взглянула в наши удостоверения, но в квартиру пустила.

Никакого намека на китайщину, скорее апартаменты напоминают дворец графа Шереметева: стулья с гнутыми ножками, стены, обтянутые шелком, и старинные вазы.

– Госпожа Шацкая… Константин Шацкий – это ваш сын?

– Муж.

Я вздохнул. Явно пальцем в небо! Небесному Доктору вряд ли больше тридцати пяти. Но все же продолжил:

– Интересуется Китаем?

– Нет, никакой ерундой он не интересуется. Он президент строительной фирмы.

– У вас есть сын?

– Дочь. Живет в Лондоне.

– Понятно… Возможно, у нас не совсем верный адрес… Нас интересует мужчина тридцати-сорока лет, несколько лет проживший в Китае, любящий восточную культуру, возможно, окончивший Институт Стран Азии и Африки. Не знаете такого?

Упоминание элитного вуза, видимо, вызвало в душе «генеральши» толику уважения, и она честно задумалась.

– Нет, молодой человек, такого не знаю.

– А над вами кто живет? – как ни в чем не бывало, спросил я.

– Над нами чердак и крыша с солярием. Слава богу, смотрит охрана – бомжей нет!

Осмотр чердака и солярия, естественно, ничего не дал.

– А может, она выдумала все? – предположил Сашка уже в машине.

– Кто?

– Пеотровская. Скучно ей было в банке работать с ее темпераментом, вот и выдумывала про всяких Небесных Докторов.

Я покачал головой. До сих пор все написанное Ольгой в дневнике неизменно подтверждалось. Можно, конечно, у Маркиза спросить, но я почти не сомневаюсь, что снова нарвусь на его наглое «не помню!».

Сподвигнуть Маркиза на очередное «путешествие» оказалось не таким уж трудным делом. После визита к Доку и наказания розгами я чувствовала себя практически не хуже, чем до. Кабош посмотрел, померил давление и подтвердил.

Мы попросили Кабоша приехать, если он не дозвонится нам в течение полутора суток. Он ругался, отговаривал, но приехать обещал, если уж мы «такие идиоты».

Наблюдая, как Маркиз раскладывает иглы, я поняла, что была еще одна причина его сговорчивости. Мой побег к Доку возымел действие – теперь Маркиз боялся меня потерять.

Все, как обычно. Последняя игла – и мир померк.

Звонок в дверь.

Господин кивнул мне.

– Открой, это они.

Я вышла в коридор.

Визитер один: высокий мужчина в черной шляпе и дорогом плаще. Я приняла шляпу и повесила плащ. Под ним обнаружился дорогой костюм: черный в тонкую серую полоску.

Лицо гостя можно было бы назвать красивым, если бы не слишком холодные серые глаза. Я подумала, что так бы выглядел Люцифер, явись он в наш мир. Дьявол? Или ангел утренней звезды?

А на периферии сознания всплыл еще один образ. Наш странный синолог, наш проводник: Небесный Доктор. Если счистить с него весь богемный налет, если убрать вальяжность, если сделать прическу аккуратнее и правильнее черты лица. Я подумала, что это и есть его истинный облик.

– Проходите, – сказала я.

Ранняя осень, серо и призрачно, на улице моросит дождь.

Господин сидит за столом, предлагает сесть гостю. Он пожимает Андрею руку.

– Игорь.

Господин кивает.

– Андрей, а это Ольга.

Гость раскладывает свои бумаги.

– Прежде чем мы заключим договор, я должен задать вам несколько вопросов.

– Спрашивайте, – говорит Господин.

Гость откидывает верхний лист договора, на следующем – шапка с надписью: «Танатос» и изображением ладьи, под ней – анкета. Он вынимает из внутреннего кармана пиджака дорогую ручку с золотым пером.