Чтение онлайн

юз

это, командованию вермахта не удалось достичь общего превосходства в силах и средствах над советскими войсками.

Тем не менее, в первых числах июля немецко-фашистское командование пришло к выводу, что подготовка их войск завершена. Гитлер после неоднократных переносов срока наступления наконец решил начать операцию «Цитадель» 5 июля.

Расчеты застать наши войска врасплох не. оправдались. Советская военная разведка вовремя разгадала замысел противника, установила направление его главных ударов и даже время начала наступления.

Опередив противника, войска Центрального и Воронежского фронтов провели заранее спланированную контрподготовку, обрушив на его исходные позиции ураганный артиллерийский и минометный огонь. Одновременно истребители и штурмовики 2-й и 17-й воздушных армий подвергли бомбардировке восемь вражеских аэродромов 8.

Неожиданность контрподготовки ошеломила гитлеровцев, нанесла им значительные потери, нарушила связь, систему наблюдения и управления войсками, дезорганизовала огонь артиллерии. Гитлеровцы смогли оправиться и перейти в наступление в полосе Центрального фронта лишь через 2,5 часа, а в полосе Воронежского фронта — через 3 часа. Под прикрытием артиллерийского и мино-• метного огня, при поддержке авиации к переднему краю обороны советских войск за сотнями немецких танков и штурмовых орудий устремилась мотопехота.

Семь дней шли ожесточенные сражения на земле и в воздухе, и наконец 11 июля продвижение вражеских полчищ было приостановлено.

После неудачной попытки прорваться к Курску по кратчайшему направлению через Обоянь в полосе Воронежского фронта 11 июля гитлеровское командование предприняло попытку прорвать фронт ударами на Про-хоровку. Главный удар наносила 4-я танковая армия.

Советское командование выдвинуло на прохоровское направление значительные силы, в том числе 5-ю гвардейскую танковую армию. В районе Прохоровки развернулось встречное танковое сражение, равного которому не было в течение всей второй мировой войны.

В обстановке полного крушения наступательных планов и отсутствия сил для удержания захваченных пози-

ций немецко-фашистское командование вынуждено было прекратить наступление в полосе Центрального фронта и к исходу 23 июля отвело свою группировку, действовавшую против Воронежского фронта, на ранее занимаемый рубеж.

Операция «Цитадель» закончилась полным провалом. Советские войска перешли в решительное контрнаступление.

Вместе со стойкостью и массовым героизмом воинов, определившими победу в оборонительных боях под Курском, важнейшую роль сыграла и титаническая работа советских людей в тылу. Коммунистическая партия возглавила могучее патриотическое движение тружеников тыла за выполнение заказов фронта. Их самоотверженный труд помог обеспечить сражающиеся войска необходимым количеством танков, самолетов, стрелкового оружия, боеприпасов — всем тем, без чего они не смогли бы одержать победу в такой упорной и жестокой битве.

Контрнаступление войск левого крыла Западного и Брянского фронтов на орловском направлении началось 12 июля, а Центрального фронта — 15 июля. На левом крыле Брянского фронта перешли в наступление войска 3-й армии генерала А. В. Горбатова и 63-й армии генерала В. Я- Колпакчи. Противник бросил против них крупные резервы и оказывал яростное сопротивление. Возникла необходимость подтянуть свежие силы, и Ставка передала из своего резерва в состав Брянского фронта 3-ю гвардейскую танковую армию.

В ненастную ночь на 14 июля войска армии были подняты по тревоге и двинулись к месту сосредоточения по раскисшим дорогам Орловщины — уже несколько дней здесь шли непрерывные дожди.

Двое суток продолжался изнурительный 130-километровый марш. Десятки тысяч солдат и офицеров, огромная масса боевой техники скрытно, только в ночное время, преодолевала под проливным дождем километр за километром, а лишь занимался рассвет — растворялась в придорожных лесах.

К вечеру 16 июля армия сосредоточилась в районе Новосиль, в 15—20 километрах от переднего края Брянского фронта.

Командующий фронтом генерал-полковник М. М. Попов приказал нашей армии с утра 19 июля вступить в сражение в полосе 3-й общевойсковой армии с рубежа

Богдановка, Подмаслово и решительным ударом в общем направлении на Спасское, Отрада перерезать железную и шоссейную дорогу Орел — Мценск, форсировать Оку севернее Орла, захватить плацдарм и выйти в район Нарышкино.

Рыбалко решил войти в прорыв, имея в первом эшелоне оба .танковых корпуса, возложив на них задачу сильным ударом по тылам противника разгромить его части, расположенные восточнее Оки, и овладеть переправами на участке Нарышкино, Ивановская Оптуха. Передовые отряды армии должны были перерезать шоссе Волхов — Орел на участке Полозовские Дворы, Не-полодь.

Последующие сутки наши офицеры вместе с общевойсковыми командирами проводили рекогносцировку местности, намечали маршруты прохождения танков через боевые порядки пехоты, уточняли задачи.

Однако в связи с успешными действиями частей Западного фронта севернее Орла и выходом наших войск в тыл немецкой группировки, днем 18 июля командующий фронтом внес коррективы в план операции. 3-й гвардейской танковой армии было приказано наступать в юго-западном направлении на Бортково, Становой Колодезь, Кромы и, овладев переправой на реке Рыбница, на участке Любаиово — Змиевка содействовать развитию успеха 63-й армии.

Быстро меняется в сражении боевая обстановка, порой внезапно ставя перед командующими фронтами и армиями, перед штабами, перед командирами соединений и частей неожиданные вводные, выдвигая новые тактические задачи, от своевременного решения которых подчас зависит успех стратегических операций. Умение в короткие сроки разобраться в обстановке в районах главных событий и принять более правильное, по сравнению с предыдущим, решение отличало советских военачальников в ходе Курской битвы, как и в других крупных сражениях минувшей войны. В этих условиях важное значение приобретала гибкость руководства войсками, отлаженность оперативного управления ими.

Надо отметить, что командарм Рыбалко, штаб армии, командование корпусов и в этот раз оказались на высоте положения. Задачи, выполнение которых требовало от командования и штабов колоссального напряжения и оперативности, неоднократно ставились перед 3-й гвардей-

екой танковой армией и в дальнейшем. К чести командующего, он всегда успешно справлялся с ними.

Генерал С. Д. Кремер, учившийся вместе с П. С. Рыбалко в академии, а в дни Курской битвы служивший в пашей армии, после войны вспоминал: