Чтение онлайн

армия должна была перерезать железную дорогу Моховое — Орел и содействовать 63-й армии в выходе на рубеж реки Ока. В дальнейшем нам предстояло перерезать железную дорогу Орел — Курск и при благоприятных условиях овладеть городом Орел. Если овладение Орлом не будет соответствовать обстановке, армии предписывалось двигаться на запад в направлении Кромы.

Ознакомившись с директивой, Рыбалко сказал:

— Ни в Мценск, ни в Орел мы входить не будем. На узких улочках фашисты расстреляют наши танки в упор. М.аневрировать-то нам негде...

В эту же ночь соединения армии, перегруппировавшись, совершили марш-маневр и с утра 20 июля совместно с войсками 3-й армии начали наступление.

Боясь оказаться в котле, гитлеровцы оставили Мценск. Чтобы прикрыть отход, они бросили против наших частей большое количество штурмовой авиации. В воздухе завязались ожесточенные бои.

Однако к исходу дня 20 июля в районе Каменево танковые части нашей армии перерезали шоссе Мценск — Орел, выдвинулись к железной дороге и захватили переправу на Оке.

Войска 3-й армии генерала Горбатова отстали и вышли к реке только на следующий день. Они сменили наши части и развернули бои за расширение плацдарма.

...В соответствии с директивой Ставки командующий Брянским фронтом в ночь на 21 июля приказал Рыбалко повернуть армию на юг, в полосу 63-й армии, и наступать в общем направлении на Золотарево, Становой Колодезь с последующим выходом в тыл группировки противника, действовавшей восточнее и юго-восточнее Орла.

Войска армии были выведены из боя и после перегруппировки начали выполнять поставленную задачу.

Гитлеровцы всеми силами пытались удержать в своих руках Собакино — узел сопротивления, прикрывавший путь на Орел. Поступило донесение от полковника Й. И. Якубовского, что продвижение его бригады приостановилось ввиду упорного сопротивления врага. Рыбалко немедленно выехал в бригаду Якубовского.

Этот выезд едва не стоил жизни Павлу Семеновичу. В пути налетели фашистские истребители, машина сгорела, водитель был убит, адьютант серьезно ранен, а сам Рыбалко чудом остался живым и невредимым. До наблюдательного пункта командира бригады он дошел пешком.

Якубовский доложил, что бригада захватила северную часть Собакино, а продвижение к южной задерживает река Оптушка. Дно топкое, илистое и для танков непроходимое; нужно навести переправы.

Почему же не оборудуете? — спросил Рыбалко.

— Скоро приступим. Бойцы разбирают сожженные фашистами дома в ближних селениях и подвозят подходящий материал к берегу. А саперы...

— Ускорить! — прервал его командарм.— Что еще мешает выполнению задачи?

— Рубеж сильно укреплен противником в инженерном отношении. Нас активно контратакуют. Силами одной бригады сломить сопротивление гитлеровцев будет трудно и после наведения переправ.

Выслушав комбрига, Рыбалко пошел к своей рации и через несколько минут вернулся:

— Вы здесь наступаете не одни, а во взаимодействии с 12-м танковым корпусом. Приказ комкору я отдал. Его передовые отряды уже захватывают переправы на западном берегу. Приказываю вам овладеть Собакино к 12.00.

В полдень 22 июля комбриг 91-й отдельной танковой радировал, что во взаимодействии с танкистами 12-го корпуса форсировал реку и, овладев районом Собакино» продолжает продвижение в глубину обороны противника.

Многие танкисты и мотострелки бригады И. И. Якубовского отличились в этом бою, но мне бы хотелось отметить танкиста-женщину, юную комсомолку Катю Петлюк.

Успех данковой атаки во многом зависит от мастерства механиков-водителей. Регулируя скорость, меняя направление движения, мгновенно останавливая машину или рванув ее с места вперед, они помогают командиру танка навести орудие точно на цель или уводят танк из-под огня противника. Таким механиком-водителем в бригаде Якубовского была и Катя Петлюк. Участница Сталинградской битвы, она постоянно совершенствовала боевое мастерство; и в Орловской операции, особенно в бою под Собакино, механик-водитель танка Т-70 Екатерина Алексеевна Петлюк показала себя зрелым воином и бесстрашным человеком.

В связи с описываемыми событиями мне хотелось бы вспомнить командира танкового взвода из 88-й танковой бригады лейтенанта М. П. Окорокова.

Во второй половине дня 23 июля танкисты получили задачу поддержать атаку пехоты, которая готовилась к штурму укрепленного опорного пункта гитлеровцев.

Мгновенно взревели моторы, и машины рванулись с места. Гитлеровцы открыли по ним огонь из противотанковых орудий. Однако танк Окорокова, маневрируя — то спускаясь в лощину, то поднимаясь по склону,— подавлял вражеские огневые точки. Так танкисты подошли к деревне Никольское. Из ближайшего дома, где был замаскирован «тигр», по машине срикошетил снаряд, но танк быстро развернулся и устремился на врага. «Тигр» сменил позицию, и его пушка вновь угрожала отважному экипажу. Лейтенант припал к прицелу и, поймав в перекрестие основание башни стальной громадины, нажал на спуск... От разрыва снаряда у «тигра» заклинило гусеницу и он, неуклюже дернувшись, подставил борт. Этого оказалось достаточно: еще один выстрел — и немецкий танк вспыхнул.

Из зарослей орешника по соседней машине бьет «фердинанд». Окороков делает короткую остановку и первым же снарядом поражает самоходку.

Через несколько минут лейтенант заметил большую автоколонну противника и . принял смелое решение — уничтожить ее. Страшный треск, дикие вопли огласили деревенскую улицу. Заряжающий швырнул несколько граш.т. Фашисты бросились врассыпную. В это время Вражеский снаряд поджег топливный бак. Танк вспыхнул.

— К дому! — скомандовал Окороков.

Едва танкисты выскочили из машины и вбежали в дом, как его окружили гитлеровцы.

Дробно стучал пулемет механика-водителя Колымни-ка. Продолжал стрелять и раненный в руку лейтенант.

До позднего вечера длилась эта неравная схватка. Кончились боеприпасы. Все плотнее сжималось кольцо гитлеровцев. И вдруг в наступившей тишине послышалось громкое «Ура-а!» — на выручку подоспели товарищи... >lb

Матвей Петрович Окороков был удостоен звания Героя Советского Союза, а сержант Колымник награжден орденом Ленина.

...С ожесточенными боями, под сильной бомбардировкой танковые корпуса 3-й танковой и соединения 63-й армии перерезали железную дорогу Орел — Курск и, прорвав оборону противника на глубину до 15 километров, вышли к реке Оптуха. Таким образом, сопротивление гитлеровцев на всем южном крыле Брянского фронта было сломлено.