Чтение онлайн

Посмотрев в боковое окно, встретилась взглядом с кареглазым мужчиной. Похоже, он довольно давно смотрел на меня. Ведь мог уехать, в отличие от других водителей, потому что сидел на байке. Обтянутая чёрной кожей мускулатура приковывала взгляд. Осмотрев его, мои щёки запылали.

Как стыдно! Он же наверняка видел, а может и слышал мои завывания в салоне. Я от этой мысли отчего-то заулыбалась, не скрывая своего смущения. Мужчина подмигнул мне, задвинул визор, и стартанул с места. Защитный костюм и сам мотоцикл завораживали, хотелось смотреть не отрываясь.

«Всё, Полонская, ты поехала крышей…»

Очередь из желающих вырваться из затянутого смогом города, двинулась. И под очередной трек «гостей из будущего» чёрный гелик, за рулём которого восседала я, поехал за вынужденными соседями по несчастью.

– Ну наконец-то! Машенька, мы тебя заждались, – папа стоял у ворот, раскинув руки в стороны для объятий. Он всегда так меня приветствовал, в неформальной обстановке естественно.

– Здравствуй, папуль, – обняв его, вернулась к машине за вещами. Он посмотрел на автомобиль суровым взглядом, как бы заранее готовя меня к поучительной речи.

– Я не понял, Маш. А почему ты не на своей?

– Юрий взял, захотел сменить колёса. Ну ты знаешь, мальчики такие мальчики, – от отца не ускользнул мой холодок в отношении мужа.

А когда я вытащила чемодан со своими вещами, так вообще помрачнел окончательно.

– А это, что? Зачем так много вещей?

Рано или поздно мне всё равно пришлось бы рассказать о разводе, но я предпочла не вываливать на папу эту новость, по крайне мере сейчас.

– Пап, давай поговорим чуть позже. Я жутко устала.

Многозначительно хмыкнув, а у него это еще вышло угрожающе как-то, он вцепился в ручку моего чемодана. Мне досталось нести коробку с пирожными.

Наша дача уже давно была не похожа на дачу в типичном понимании. Ни тебе грядок, ни рассады и прочей атрибутики садоводов-любителей. Отец перестроил дом и о воспоминаниях детства мало, что напоминало. Вместо яблоневого сада стояла беседка, а на месте старых детских качелей был организован небольшой искусственный прудик.

Осмотрев участок, я грустно вздохнула. Так папа справлялся с потерей любимой женщины, моей мамы, которую забрал у нас рак.

– Заходи, дочь, – открыв мне входную дверь, любезно пропустил вперед. В большой кухне-гостиной витали божественные ароматы приготовленной еды.

– Ммм… – я невольно простонала, давненько не было домашнего уюта в этом доме. – Папа, ты нанял помощницу по дому?

Расстегивая пальто, осматривала интерьер, который заметно изменился.

– Машунь, да ты что! – по-доброму мягко рассмеялся родитель. – Это всё Светик. Она у меня такая хозяйка, – горделиво просиял Шилов.

Мне было странно слышать подобное. Я представляла наманикюренные девицу, коими были все предыдущие пассии. Папа выглядел на все сто, как сейчас, говорят «горячий дедушка». Седина в волосах и ухоженной бороде придавала и без того суровому бизнесмену мужественности. Он исправно следил за собой: умеренные физические нагрузки, бассейн по выходным и лыжи зимой. Конечно, он привлекал внимание женщин и я, давно повзрослевшая, всё понимала. Но в основном, это были всегда девушки моложе меня, что несказанно выводило и злило. Неужели нельзя было найти нормальную, умную и воспитанную?

Последняя жена Шилова, с которой он по дурости решил связать жизнь штампом в паспорте, была тупой как пробка. Вечно навязывалась ко мне в подружки, вмешивалась в наши с папой разговоры, как будто была мне матерью. Короче, пыталась что-то решать, ну кроме выбора времени на маникюр или спа.

Поэтому сейчас, находясь в полном неверии от происходящего, я хотела наконец лицезреть эту потрясающую женщину. Потому что ну не могло быть, чтобы человек, который так готовит, был похож хоть на одну из предыдущих девиц.

– Светик! Машуня приехала, – позвал папа женщину.

По ступеням со второго этажа спускалась высокая худощавая блондинка. Её притягательные черты лица примагничивали мой взгляд. Выразительные скулы и холодные серые глаза пронизывали, чем вызывали интерес. Я никогда прежде не видела такого сочетания притягательности. Это обескураживало и восторгало. Но самое главное, женщине было около сорока. Неожиданно и многообещающее.

– Добрый вечер, – изумлённо прошептала я, переводя на папу не верящий взгляд.

Он же, жук хитрый, зная мою «любовь» ко всем его бывшим, лишь тихо посмеивался. Видимо, моя растерянность читалась по моему выражению лица. Обнимая меня за плечи, подтолкнул ближе к блондинке.

– Знакомься. Это моя дочь Маша.

– Очень приятно, милая. Меня зовут Светлана, – женщина протянула руку для пожатия. Я неловко коснулась сухой ладони и вздрогнула, когда Светлана накрыла мою руку своей.

– Ты наверное устала, я подготовила твою комнату. Спускайся к нам, мы пока с твоим отцом накроем на стол, – я только смогла «угукнуть» и молча кивнуть, полностью озадаченная и не верящая во всё происходящее.

За столом, несмотря на мои разрушенные предубеждения, чувствовалась некая напряжённость. Особенно это исходило от Светланы. Может она, волнуется, как я её приму?

Чувствовалось, что женщине необходимо было поговорить и выплеснуть переживания. Это было странно, потому что с виду она походила на непоколебимую снежную королеву. Но при всем этом располагала к себе. А я давно смирилась с любым выбором отца. Тем более он особо не спрашивал, как и я его. У нас это было обоюдно.

– Чем вы занимаетесь, Светлана? – я хотела поддержать беседу и хоть как-то избавить от натянутости между нами.

– Я экскурсовод, – я восторженно округлила глаза, давая понять ей, что мне интересно услышать продолжение.

Женщина положила приборы и стала рассказывать о своей работе с таким вдохновением, что я могла ей только позавидовать. То, с какой страстью и блеском в глазах она говорила, было понятно, что женщина любила своё дело. Папа смотрел на Светлану с нескрываемым обожанием, сжимая её хрупкую ладонь.

В этот такой тёплый и светлый момент, мне стало невыносимо больно. Больно от того, что я по собственной наивности и глупости потратила десять лет жизни на недостойного человека. И самое главное, где? Где были мои глаза? Почему я только теперь поняла с каким человеком жила? Я вспомнила, как Юра обхаживал беременную брюнетку, как нежно и бережно помогал сесть в мой автомобиль, гладил её живот.