Маск: Тэйри
Шрифт:
Джубал бросился вперед, но пара железных рук схватила его сзади за предплечья. Из-за спины послышался голос Вайдро: «Пусти его! Он ее убьет!»
«Он проткнул ей глаз!»
«Один глаз остался. Подожди. Мир тесен».
Человек в маске прошел мимо Джубала. Брезгливо выбирая путь среди кровоточащих тел, он скрылся в непроглядном мраке, а за ним три его молчаливых спутника. Никто не двинулся вслед.
Пламя взметнулось и заревело над цитаделью Дроудов. Джубал посмотрел на пожар минуту-другую, повернулся и ушел.
Мора невозмутимо взошла в положенное время. В полдень Джубал звонил Нэю Д'Эверу из гостиницы «Скальное гнездо».
«Кадмус офф-Дроуд мертв. Рамус Имф ускользнул».
«Вы опознали Рамуса?»
«Уверен, что это был он».
«Уверены? Или только подозреваете?»
«Почти не сомневаюсь — хотя на нем была маска».
«Другими словами, вам не удалось опознать его наверняка».
«Нет».
Немного помолчав, Д’Эвер заметил: «Теперь вы, насколько я понимаю, наследственный вождь Дроудов, предводитель клана — или как это у вас называется. Почему вы мрачнее тучи?»
Джубал не сводил глаз с неподвижного бледного лица: «Вы полагаете, что я должен радоваться смерти брата и уничтожению огнем родового гнезда моих предков?»
«Радоваться приобретению преимуществ вполне естественно».
«Я не приобрел преимуществ. Одни потери».
«Что ж, вам виднее. Будьте добры, опишите обстоятельства как можно подробнее».
«Рамус Имф привез Кадмуса офф-Дроуда к цитадели Дроудов на своем скипе. Они убили моего брата, но сын моего брата успел взорвать скип. Обломки машины разбросаны по лугу. Родня Дроудов сразу окружила цитадель — Рамус очутился в ловушке, в компании Кадмуса. Он вызвал подкрепление из Джанада, остановленное вашим патрулем. В отчаянии Рамус вызвал бронированный скип, рассчитывая сбежать. Мы уничтожили второй скип и прикончили Кадмуса. Рамус оказался в затруднительном положении. Ему пришлось воспользоваться заложницами — женой моего брата и ее дочерьми — чтобы вырваться из окружения».
«Каковы его дальнейшие действия — допуская, что это был Рамус?»
«Он спустился по реке Флант до Арраспа, оставил заложниц под утесами на берегу и взошел на борт национальной фелуки. Фелука вышла в море, порт назначения неизвестен».
«В общем и в целом вы задание выполнили, — сказал Нэй Д'Эвер. — Мы начинаем подозревать истинный характер деятельности Рамуса Имфа. Тем не менее, его побуждения все еще загадочны. Почему, например, Рамус настойчиво пытается приобрести
мыс Стрещения? Находясь в Глентлине, вы можете внимательно проследить его перемещения. Попытайтесь найти им объяснение».
«Рамус бежал из Глентлина, и с ним ускользнули его побуждения, — возразил Джубал. — Здесь мы больше ничего не узнаем. Мне не терпится обсудить наши подозрения с Рамусом, лицом к лицу».
Д’Эвер вздохнул: «Поддаваться диким горским инстинктам в сложившейся ситуации совершенно неуместно. Вы стремитесь к бесполезному конфликту. По сути дела, теперь ваше присутствие в Визроде оказалось бы обременительным препятствием на пути к решению проблемы».
Продолжая сверлить глазами бледную физиономию всесильного служителя народа, Джубал сумел сдержаться и не повысил голос: «Каким образом мое присутствие может чему-либо воспрепятствовать?»
«События развиваются, расстановка сил меняется. В частности, Имфы узнали, что вы — эмигрант-возвращенец, и не прочь воспользоваться этим фактом, чтобы свести с вами счеты. Предпочел бы, чтобы вы оставались в Глентлине».
«Кто на меня донес?»
«Об этом можно только догадываться».
«Совершенно верно. Например, я догадываюсь, что о моей поездке в Кийяш знали только двое — вы и ваша дочь».
«Были и другие, — беззаботно отозвался Нэй Д’Эвер. — Не забывайте, что в операции участвовали офицеры Космического флота».
«Им не было известно, кто я такой».
«Распространение слухов и сплетен в таких делах практически неизбежно».
«И все же, так как Рамус Имф — тоже эмигрант-возвращенец, у них нет оснований предъявлять мне обвинения. Тем более, что я выполнял ваше поручение и нахожусь под вашей защитой».
Д’Эвер едва заметно улыбнулся: «Все не так просто. Вы возбудили ненависть и возмущение клана Имфов, самой знатной и влиятельной семьи в Визроде. Бросать вызов власть имущим всегда рискованно — если вы не можете противопоставить им авторитет столь же внушительной власти. Такова жизнь».
«Мой брат убит, мой дом сожжен — такова жизнь?»
«Что было, то прошло, — ответил Нэй Д’Эвер. — Последовательность событий необратима. Если вы не уверены в том, что можете навязать этой последовательности свою волю, лучше всего даже не пытаться».
Джубал медленно кивнул: «Не сомневаюсь, что так оно и есть».
Д'Эвер приготовился выключить телефон, но по обыкновению задержался, чтобы сказать еще несколько слов: «Маловероятно, но возможно, что к вам обратятся — Рамус Имф, его посредник или кто-нибудь еще — с предложением продать мыс Стрещения. Если это произойдет, известите меня без промедления».
«Не премину это сделать».
Глава 14
Рваные облака бежали по ночному небу, то пряча, то открывая гигантский яркий полумесяц Ская. Беспокойный прохладный воздух, напоенный ароматами садов — свежей листвы и влажной земли — окружал особняк Д'Эверов.
По аллее подъезжал старый разбитый кеб. Из колымаги выскочил темноволосый человек в роскошном белом костюме с бледнолиловыми узорами. На голове у него красовался черный кват с крупной аметистовой подвеской, с плеч спускалась короткая черная накидка. Пассажир приказал водителю ждать и длинными упругими шагами поднялся к главному входу.
Швейцар раздвинул высокие двери — на пороге появился Фла-ниш, проявлявший необычную даже для него нерешительность. Пристально вглядываясь в лицо прибывшего, интонацией голоса мажордом дал понять, что не имеет чести его знать: «Добрый вечер, достопочтенный…?»
«Будьте любезны сообщить его высокоблагородию о моем визите. Передайте, что я хотел бы посоветоваться с ним по неотложному делу».
«Сию минуту, сударь. Как прикажете вас величать?»
«Упомяните, что я имею отношение к человеку по имени Рамус Имф».