Чтение онлайн

–  Но я готов рискнуть. И ответственность беру на себя. Я ведь не американский агент. Если что, французы будут обвинять меня, а не вас. Я привык смотреть противнику в лицо. А в данном случае, только личная встреча может убедить его.

–  Ты с ним хочешь поквитаться?

–  У меня накопились к нему кое-какие вопросы. Думаю, что это будет полезно и для моего начальства, которое, скорее всего, никогда не сможет допросить его как положено.

–  И о чем же ты собираешься спросить его?
– Воленталь перешел на повышенный тон.

–  Например, о том, платил ли он взятки Сотнику и тем, кто с ним связан, и кто был в сговоре с экстремистами. Ведь не зря финансовые потоки Мерзоева и некоторых сановников из Москвы пересекаются. Мы это уже установили. Нужно распутывать клубок дальше.

–  Разумеется, - согласился Воленталь.

–  Я и так далеко зашел, - спешил объясниться Александр.
– Я знаком с компроматом Сотника, уже этого достаточно, чтобы мне закрыли рот навсегда. Мне ничего не остается, как идти дальше.

Воленталь задумчиво потер подбородок, сомнение исчезло с его лица.

–  Есть конкретный план?
– спросил он с видом экзаменатора, смежив свои крупные карие глаза.

Визант даже смутился таким скорым согласием.

–  Можно проникнуть в дом, можно взять его на выезде. Он пользуется одной машиной с водителем и охранником. Я бы предпочел проникнуть в дом. По закону жанра, здесь, они меньше всего ожидают нападения. Это даже не будет похищением. Предполагаю проникнуть через прислугу, когда она будет подвозить продукты на машине. В доме только три человека охраны, один из них, за мониторами. Не думаю, что их трудно обезопасить. Мерзоев проживает здесь без семьи, нам это облегчает задачу. Нужно только как-то отвлечь французских агентов.

–  Это я возьму на себя, - подтвердил Воленталь, окончательно сдавшись перед ажиотажем и настойчивостью напарника.
– Мне нельзя светиться, а то бы я пошел с тобой. Чтобы немного разогнать застоявшуюся кровь, - добавил он, проявляя крепнущую солидарность.

Спирин в очередной раз инкогнито встретился с Юдиным в престижном ресторане и передал ему указание:

–  Операцию нужно провести накануне приезда президента. Если позже, то теряется эффект. Вскоре после этого будет спущен в иностранную прессу компромат на нашего общего знакомого. В общем, все, как мы с тобой и договаривались.

Юдин принял все молчаливо.

–  Что там с этим Отисом?
– сменил тему Спирин.

–  На этот раз, похоже, складывается все удачно. Тьфу, тьфу, чтобы не сглазить. Он согласился на наши условия.

–  Его нужно поторопить. Когда разгорится скандал, власти начнут хвататься за все известные им нити.

Юдин ощущал себя между Сциллой и Харизмой, не зная кого больше опасаться - поручений Спирина, или самого себя, парализованного неуверенностью в этих обстоятельствах.

Женщина прислуга раз в три дня выезжала из особняка на минивэне за покупками, в сопровождении то ли помощника, то ли охранника, но не вооруженного, всегда по неизменному пути.

Оставив машину неподалеку, они отправились по рынку. Возвратившись с кульками продуктов, они обнаружили двоих полицейских у машины, со штрафной квитанцией, зажатой Стекловым дворником. Такое уже случалось, из-за отсутствия мест парковки, но обеспеченность позволяла им иной раз идти на нарушение правил.

Обычно, полицейские просто оставляли бумагу, а здесь они зачем-то ожидали владельца. Почти не зная французского языка, охранник и прислуга пришли в замешательство. Один из этих крепких и молодых полицейских, поняв, что они иностранцы, заговорил с ними на английском, попросив документы на машину, и их паспорта.

Охраннику пришлось открыть дверцу, чтобы достать документы, в какую то секунду он ощутил мощную руку на шее, придавившую его голову как пресс, затем металлический стержень, жестко упертый ему в бок, похоже, пистолет.

–  Не дергайся, а то кишки выпущу, - произнес французский полицейский на русском языке.

Через секунду на второе место подсела перепуганная служанка. В следующий момент на задних сиденьях оказались четверо мужчин, двое уже знакомые, в форме, другие, в штатском. Все кульки они забросили в багажное отделение, не имевшее перегородки с салоном.

Сухим тоном один из незнакомцев потребовал, чтобы заложники пристегнулись ремнями и заблокировали дверцы, после чего скомандовал возвращаться домой.

–  Нам нужно попасть в дом, - сняв фуражку полицейского бросил Визант охраннику, потерявшего на время дар речи.

–  Что вы хотите?
– выдавил из себя тот с кавказским акцентом.

–  Вывезти твоего хозяина из страны. Остальных, не тронем. Трупы нам ни к чему, но провоцировать, не советую.

–  Все решат, что я его предал. Тогда мне крышка, - залепетал охранник.

–  Очень сожалею. Но мы не отменим из-за этого операцию. В крайнем случае, она нам поможет проникнуть в дом. Она часто сидит за рулем, так как ты любишь баловаться пивом, когда твой богобоязненный родственник не видит этого. Охрана в курсе. Нам достаточно въехать в гараж. Есть, правда, и другой вариант, неприятный для вас. Вы оба исчезаете. Это послужит ему предупреждением. Мы вас отпустим потом, но сделаем так, чтобы все вас преследовали, и ваш клан, и правосудие, - быстро и четко разъяснял Визант.

–  Тогда лучше первый вариант, - согласился охранник.

–  Ты кое-что должен сделать. Недалеко от особняка дежурят двое агентов из французских спецслужб. Не мешало бы проехать мимо них и помахать им рукой. Пусть знают, что вы их заметили. Вы, кстати, не обратили на них внимания?

–  Нет. Для нас это новость.

–  Негодная, значит, у твоего босса охрана.

–  Охранники следят, нет ли хвоста, когда он покидает особняк. Домовая охрана наблюдает лишь за подходами к дому.

–  Вот видишь, ты уже с нами сотрудничаешь, - с удовлетворением поддел заложника Визант, предвкушая дальнейшую игру с неуловимым экстремистом.