Чтение онлайн

Ненавижу ее за это.

И люблю…

Каждой клеткой своего тела тянусь к ней. Даже член помнит, какая она сладкая, узкая, тугая. Дергается, предатель, ей навстречу, горит от желания. Это сумасшествие, от которого я бежал всю сознательную жизнь. Но Еве нет до меня дела. Огрызается, проходит мимо, как гребанная королева. Даже пренебрежительно задевает меня плечом. Скрывается в доме. Надменная сука. Очередной раз указывает на мое место, внизу лестницы, у ее ног. Снова втоптан в грязь со своей гордостью и тщеславием.

— Ты об этом очень пожалеешь, Ева, — выпалил я в сердцах. Я должен уничтожить эту суку. И я придумаю как…

Первой мыслью было то, что она приехала за наследством. Бабушка не раз при мне говорила, что хочет разделить дом поровну между нами. Я не могу этого допустить. Если Ева сможет приезжать сюда со своим мужем на правах хозяйки, я сорвусь. Убью этого ублюдка. Я не позволю больше ломать меня, издеваться. Но я слишком слаб перед ней. Мои чувства — мой бич, моя открытая рана, в которую она тыкает, издеваясь, своими крохотными пальчиками и даже не понимает этого.

Столько лет я усердно воспитывал и лелеял ненависть к ней. Ни разу она не интересовалась, каково мне жить без нее. Не передала ни одного привета, теплого слова. А ведь с детства твердила о своей любви. Которая, как выяснилось, ничего не стоила. Даже выеденного яйца.

Все было только ради денег. Проклятой бумаги!

Я решил держать свои желания в узде. Целый день провел на работе, чуть отвлекся. Я планировал остаться ночевать в своей городской квартире. И вообще стараться меньше появляться в доме, пока там находилась Ева.

Но ноги сами вели меня обратно. И во второй вечер, я вернулся снова в семейное имение.

Я переоделся и тихо заглянул в комнату Евы. Девчонки не было у себя. Понятно, она целый день провела с бабушкой. Внушает ей отписать побольше имущества в наследство. Если б она не притворялась пай девочкой, а сразу призналась, что хочет свою долю, возможно, я б меньше злился. Но она была настолько коварна, что умело прикрывалась любовью к наивной старушке.

Я спустился на кухню и достал себе еды. Ева оказалась внизу, смотрела телевизор в гостинной и дремала. Ее присутствие напрягало меня. Но дом мой, и я не собираюсь прятаться от нее.

Наглости Евы не было предела. Услышав, что я в кухне, она, как хозяйка, зашла и достала сендвичи из холодильника, сделала себе чай. Я невольно залюбовался ее хрупкой фигурой, длинной косой, которая ласкала поясницу. Хотелось бы мне тоже так провести рукой вдоль ее позвоночника, ощутить мягкость бархатной кожи под пальцами.

А она собралась просто выйти с едой, проигнорировать меня. Я среагировал мгновенно, преградил ей путь к отступлению и схватил ее за руки. У чертовки такие тонкие запястья, что я двумя пальцами обхватил их полностью. Я хотел ее и уже мысленно разложил на столе, сорвал неприметную одежду и вошел в нее по самые яйца…

А в реальности просто склонился ниже к ее кукольному личику с огромными зелеными глазами. Ева нервно облизала губы.

Наша словестная перепалка становилась яростнее. Но я смотрел лишь на ее губы. Думал, интересно, они такие же мягкие и сладкие, как я помню… Ведь с нашей единственной ночи прошло уже столько долгих лет.

В какой то момент я не сдержался. Слишком она была в моей власти. И да, я воспользовался ей! Я накрыл ее губы жадным поцелуем. Требовательно проник языком в ее влажный ротик.

Ммм, конфетка. Как была сладкой сукой, так и осталась, даже лучше. Я слетел с катушек, мне хотелось сожрать ее, задрать к чертям эту простую футболку, покрыть ее грудь поцелуями.

Всего одно касание к этой сладкой изменщице, и я весь горю. Ни одна женщина кроме нее не вызвала за столько лет во мне такое жгучее желание. Я предавался греху в разных интерпретациях, старался утолить свой адский голод несколькими партнершами. Но Еву я хотел сейчас без цензуры, без долгих прелюдий. В груди жгло, сердце оживало.

Я отпустил ее, думая, что девчонка сразу вырвется, сбежит. А она ответила на поцелуй, сама потянулась ко мне. Окончательно ввела меня в заблуждение, снова дала надежду. Хитрая сука, манипуляторша…

Когда в наших легких закончился воздух и губы с трудом оторвались друг от друга, я пошатнулся, как пьяный. Мне ее было мало.

Ева вырвалась и убежала. Уже в дверях остановилась и выплюнула, что я подонок, и она ненавидит меня.

Вот ее истинное лицо. Лживая, лицемерная шлюха. Только что сама целовала меня, а тут же кричит о своей ненависти и принебрежении мной. Другие женщины мечтают, чтоб я на них просто глянул, выделил из толпы. А эта, детдомовская королевна, мать ее, чихать хотела на мои чувства.

Взял ее чашку со стола и плюнул в нее. Вот, что я думаю о ее лицемерии. Ева вернулась и ее глаза запылали злостью и яростью, ноздри раздуваются, пухлые губки сложила в брезгливом выражении. Я усмехнулся. Амазонка, чтоб ее. Член налился тяжестью при одном ее вздохе. В ушах стучит, хочу. Хочу.

А эта сучка удалира по чашке и вывернула на меня кипяток.

Пелена спала с моих глаз, я кинулся за ней. Все, она нарвалась. Буду трахать ее всю ночь, пока всю спесь не выебу. Достала она меня своей неприступностью.

Проворная девчонка забежала в комнату и закрылась прямо перед моим носом. Какая неудача…

Я мог бы вынести ее дверь одним ударом. Остановили слабые стоны из комнаты бабушки. Такой стресс старушке ни к чему. Грохот выбиваемой двери, а потом крики Евы, ее точно разбудят. Уткнулся лбом в дверь манящей меня спальни. Чтоб ее… Эту заразу. Еще и глумится, говорит со мной через мнимую защиту, предлагает игнорировать друг друга.