Чтение онлайн

— Доброе утро, Аврора.

— Давненько вас тут не было, лейтенант, — ее голос был теплым, манящим и доверительным — идеальный голос для приветствия любых посетителей посольства. Он радовал слух, также как и ее лицо радовало глаз. — Мне уже начало казаться, что вы избегаете меня, — поддразнила она его.

— Нет, я лишь пытаюсь держаться подальше от неприятностей.

Свободной рукой она нажала пару клавиш на своем компьютере и взглянула на экран.

— Ох, — сказала она, изображая глубокую озабоченность, — у вас назначена встреча с самой послом Гойл. — она выгнула бровь, игриво подкалывая его. — Мне показалось, вы сказали, что пытаетесь держаться подальше от неприятностей.

— Я сказал, что пытаюсь, — парировал он. — Я не говорил, что мне это удается.

Он был вознагражден легким смехом, по всей видимости, подготовленным заранее и хорошо отрепетированным, который, тем не менее, прозвучал тепло и искренне.

— Капитан уже здесь. Я сообщу им, что вы пришли.

Андерсон кивнул и легким шагом направился к лестнице, ведущей в кабинет посла. У него хватало ума не принимать близко к сердцу подобный разговор с Авророй. Она была профессионалом: секретарь обязан был радушно принимать посетителей, заставляя их чувствовать себя уверенно. Но, однако же, ему нравился этот маленький флирт.

Дверь в кабинет посла была закрыта. Аврора сказала, что они ждут его, но он все же постучал в дверь.

— Войдите, — раздался женский голос с другой стороны.

Он понял, что встреча будет непростой, как только шагнул за порог. В кабинете, кроме, разумеется, рабочего стола посла, были еще несколько удобных кресел и маленький кофейный столик. Но и посол, и капитан были на ногах, ожидая его.

— Будьте любезны, закройте дверь, лейтенант. — Андерсон сделал, как ему сказала посол, и шагнул в комнату, замерев в ожидании.

Анита Гойл была самой важной и влиятельной персоной земной политики; она прямо-таки излучала силу и власть. Энергичная и уверенная в себе, она была необыкновенной женщиной, немного за шестьдесят. Она была среднего сложения, с высокими скулами, ее длинные седые волосы были собраны в элегантный пучок. У нее были ближневосточные черты лица, однако ее изумрудно-зеленые глаза резко контрастировали с темно-коричневой кожей. Прямо сейчас эти глаза в упор смотрели на Андерсона, и он был вынужден бороться с желанием отвести глаза под этим пристальным взглядом.

— Вольно, — сказал капитан. Андерсон подчинился, расслабившись и сложив руки за спиной.

— Я не собираюсь ходить вокруг да около, лейтенант, — начала посол. Она была известна своей прямотой и часто обходила обычные политические уловки. Это была одна из черт, которые Андерсон уважал в ней. — Мы собрались здесь, чтобы выяснить, что пошло не так на Сайдоне, и как нам выйти из сложившейся ситуации.

— Да, мэм, — ответил он.

— Я хочу, чтобы здесь вы говорили свободно. Вам понятно, лейтенант? Говорите без утайки.

— Понял, мэм.

— Как вам известно, Сайдон был одной из наших совершенно секретных исследовательских лабораторий. Чего вы, по счастью, не знаете, так это того, что Сайдон был главной лабораторией Альянса по исследованиям в области ИИ — искусственного интеллекта.

Андерсону было нелегко сдержать удивления. Одной из немногих вещей, запрещенных Конвенциями Цитадели, были как раз исследования, относящиеся к сфере искусственного интеллекта. Создание искусственной жизни, неважно клонированием или синтезированием, считалось преступлением против всей галактики.

Эксперты почти всех рас пришли к выводу, что настоящий искусственный интеллект, такой как, например, синтетическая нейронная сеть, способная к критическому анализу и накоплению знаний, начнет расти в геометрической прогрессии, как только получит способность к обучению. Она будет самообразовываться и очень быстро превзойдет своих органических создателей и выйдет из-под их контроля. Каждая раса в галактике в своей повседневной жизни, в торговле, перевозке грузов или для обороны использовала компьютеры, объединенные в обширную сеть — экстранет. Если бы доступ к этим сетям смогла бы получить вышедшая из-под контроля программа ИИ, то последствия были бы поистине катастрофическими.

Традиционная теория утверждала, что в случае такого развития событий, конец света был не просто возможен. Он был бы неизбежен. По утверждению Совета, появление искусственного интеллекта было единственной угрозой органической жизни в галактике. И в поддержку их позиции существовало одно доказательство.

Триста лет назад, задолго до появления человечества на галактической арене, раса кворианцев создала вид искусственных помощников, которые должны были служить в качестве грубой рабочей силы. Гефы, как их называли, не обладали в полной мере искусственным интеллектом — их нейронные сети были созданы с большим количеством запретов и самоограничений. Несмотря на все меры предосторожности, гефы, все же, взбунтовались против своих хозяев-кворианцев, тем самым подтвердив самые страшные опасения.

У кворианцев не было ни сил, ни средств, чтобы противостоять своим бывшим помощникам. В ходе короткой беспощадной войны их раса была почти полностью уничтожена. Лишь пара миллионов, немногим более одного процента от общей численности их населения, смогли избежать ужасной судьбы. Они бежали с родной планеты на космических кораблях, навеки превратившись в изгнанников.

По окончании войны, гефы стали жить полностью изолированным обществом. Прекратив все сношения с органическими расами галактики, они расширили границы своей территории вглубь неисследованного района позади обширной галактической туманности, называемой Вуалью Персея. Любые попытки наладить дипломатические отношения с гефами оканчивались неудачей: они атаковали и уничтожали корабли послов, как только те входили в контролируемую ими область.

Корабли всех рас, населяющих пространство Цитадели, собрались на границах Вуали — Совет готовился к массированному вторжению гефов. Но ничего не произошло. В конце концов, флот постепенно покинул регион, и сейчас, спустя несколько столетий после изгнания кворианцев, там остаются только патрульные суда на случай внезапного нападения гефов.

Однако печальный опыт кворианцев не был забыт. Они потеряли все, что имели, пали жертвами собственных созданий. Но, что важнее всего, гефы фактически не являлись настоящим ИИ.