Чтение онлайн

— Хорошо, — кивнул я. — Идемте в лабораторию. Работы вал.

Мы прошли по коридору. Я открыл дверь лаборатории и шагнул внутрь.

Помещение было тем же самым. Те же столы, те же шкафы, те же приборы. Но оно казалось огромным и пустым. Мертвым.

Чего-то не хватало. Вернее, кого-то.

Здесь всегда было шумно. Илья вечно что-то паял, гремел инструментами, напевал под нос, шутил с Баюном.

Его стол так и оставался ровно в том же самом состоянии, в котором он его и оставил. Даже недопаянная схема на месте, будто он минут на пять отошел, сейчас вернется и закончит работу. Стул задвинут.

Без него это место превратилось просто в комнату с мебелью.

Василиса сидела за своим столом. Она не работала. Просто смотрела в одну точку перед собой, сцепив пальцы в замок. Услышав шаги, она дернулась, обернулась.

Увидев меня, она побледнела еще сильнее.

— Ты пришел?

— Доброе утро, Василиса Дмитриевна.

Она вскочила, опрокинув стул.

— Ты с ума сошел? — ее голос звенел от напряжения. — За тобой охотятся! Тебя вчера чуть не убили! Снайпер может снять тебя прямо сейчас, через это окно! Тебе нужно залечь на дно, исчезнуть, уехать из города!

Я спокойно снял пальто, повесил его на вешалку. Поправил воротник пиджака.

— Припоминаю, что в мою сторону вчера летели пули, — ответил я невозмутимо. — А вот приказа об увольнении среди них не заметил. Стало быть, либо память не хранит мне верности, либо я все еще тут работаю. А раз работаю — нужно явиться. Трудовой кодекс, знаете ли.

Я прошел к своему столу, сел.

Василиса смотрела на меня как на умалишенного. Она ждала паники, ждала приказов баррикадироваться. А я проверял ежедневник.

Это был расчет. Спокойствие заразительно. Паника лидера убивает команду, спокойствие лидера — цементирует ее. Если я буду бегать и орать «мы все умрем», работа встанет. А работа нам сейчас нужна как воздух.

Да и честно скажу, волновался не сильно. За остаток ночи, пока сидел с Милорадовичем, я успокоился. Илья под присмотром, он выкарабкается. А если на меня покусятся снова — так мне того и надо. В прошлый раз они застали меня врасплох. Теперь я готов. Мои алгоритмы защиты активны, «Страж» настроен на максимальную чувствительность, пистолет под мышкой. Пусть приходят. Может, удастся кого-то из них взять живым. Мертвые не говорят, а мне нужны имена.

Я встал и подошел к большой меловой доске в центре комнаты. Она была идеально чистой — мы всегда мыли ее перед уходом. Черная пустота, ждущая плана.

Я взял мелок. Он приятно лег в руку, сухой и твердый.

Крупными, печатными буквами я вывел заголовок:

ПЛАН МОДЕРНИЗАЦИИ

Потом начал писать пункты. Это были проблемы, которые я видел с первого дня, но откладывал ради «Циклона». Теперь пришло время заняться ими всерьез. Чтобы загрузить голову и руки, себе и им.

Аварии в энергосети (мониторинг).

Очереди (автоматизация).

Архивы (оцифровка).

Портал (рефакторинг).

Документооборот (оптимизация).

Подделки (безопасность/аутентификация).

Масштабирование «Циклона».

Я дописал последний пункт, поставил точку. Мелок стукнул о доску.

Повернулся к команде.

— Седьмой пункт, — пояснил я, указывая на «Циклон». — Мы не можем им заниматься вечно. Технология отработана. Передадим руководство старшему технику смены, пусть они монтируют. У нас есть задачи поважнее.

Василиса смотрела на список, потом на меня. В ее глазах страх медленно уступал место профессиональному интересу. Она начинала думать. Это хорошо.

С подоконника раздался скрипучий голос. Баюн сидел там, глядя на улицу, но уши его были повернуты в нашу сторону.

— Упрямство — твоя суперспособность, хозяин, — проворчал он. — Тебя убивают, а ты пашешь.

Я отряхнул мел с пальцев.

— Одна из многих, — ответил я. — А теперь за работу.

Я постучал мелком по доске, привлекая внимание. Мария вздрогнула. Василиса медленно подняла голову, и в ее взгляде читалось не столько внимание, сколько усталое ожидание очередного безумства.

— Итак, коллеги, — начал я, обводя список кружком. — Перед вами не просто список «хотелок». Это, если хотите, наш план выживания. И не только нашего, но и всего этого проклятого министерства.

Я ткнул мелом в первый пункт.

— «Пульс». Приоритет номер один.

— «Пульс»? — переспросила Василиса. — Это еще что? Очередной очиститель?

— Нет. Это мониторинг, — пояснил я. — Смотрите. Мы научили «Циклон» чистить засоры. Но это узкопрофильное решение, для одной конкретной проблемы. И сама его разработка — реакция на проблему, а не предотвращение.

Я быстро набросал схему рядом со списком: кристалл-источник, линия передач и маленький квадратик сбоку.

— Я предлагаю решение, которое проблемы будет обнаруживать до того, как вопрос встанет ребром. Возьмем сенсорную часть от «Циклона», упростим, удешевим, выкинем к чертям весь силовой блок очистки, но при том расширим спектр аналитических чар. Получаем маленькую коробочку, которая просто «слушает» сеть. Не на предмет забития проводников, но на любые проблемы в принципе. И если параметры выходят за рамки нормы — коробочка орет.

— Орет? — переспросила Мария, моргая.

— Фигурально выражаясь. Посылает сигнал бедствия на пульт диспетчера. Мы будем знать об аварии не тогда, когда у бабушки в квартире батареи лопнут, а за некоторое время до этого.

В глазах Василисы отразилось понимание. Ученый в ней был сильнее страха, хоть и ненамного.

— Превентивная диагностика, — пробормотала она.

— Именно. И такой прибор нам нужен будет один на подсеть, плюс — в идеале — усилители сигнала, для большей точности на отдаленных участках. Архитектуру и алгоритм я беру на себя. Это моя головная боль.